Сила зверя (СИ)

Были и другие эмоции. Страх, что я опять оказался в плену. Тревога за то, что не справлюсь и что с этим миром что-то случится.
Эти эмоции сплетались, объединялись и нашептывали мне, что поставить мир на колени не такая уж и плохая идея, чтобы обезопасить себя. Да и сам мир уберечь от разрушения.
Если бы я не знал, что именно с подобных мыслей начинается путь в темные алхимики, которые мир и уничтожают, то, кто знает, каким бы я переродился после испытания.
Постепенно эмоции ослабевали. Я изучал их, препарировал и, как подобает алхимику, трансформировал одно в другое. Пережигая свою темную сторону... А я не настолько глуп, чтобы отрицать её существование, я формировал центр спокойной воли, выстраивая его, как каркас моей личности.
В какой-то момент состояние стабилизировалось, я перешёл невидимую черту и ясность мысли вернулась в полном мере.
Но ошибкой было думать, что от этого станет легче. Воспоминания нахлынули полноводной рекой, снова выбивая из колеи. Я полностью вспомнил, что привело меня на это место. Вспомнить то вспомнил, но что с этим делать было совершенно непонятно.
Зачем-то этот мужик отравил меня отваром, который напрочь отбил инстинкт самосохранения и усилил агрессивность. Чем думала Ольга? Я считал её умной женщиной, но либо это попытка избавиться от меня, либо невероятная тупость. Да и я сам хорош. Взял и выпил неизвестный отвар, доверившись посторонним людям.
«Не показывай свои способности» — попросила женщина. Ага, конечно. В начале я и правда действовал, как бес, пытался то скрыться от нападающего ходока, то убить его. А он и рад стараться. Сейчас то я понимаю, что у него не было цели именно убить меня. Скорее это походило на попытки как можно сильнее разозлить.
Идиотизм.
Сейчас я понимаю, в чём замысел. Бесы обладают не только регенерацией плоти, но и повышенной адаптивностью психики. Мы это разбирали с Ольгой Владимировной, когда она делилась информацией про бесов и ходоков.
Получается, суть в том, чтобы сначала выбить все сдерживающие оковы, потом вывести агрессию на пиковый уровень... Такой, какой не встретишь в повседневной жизни... И дать возможность испытуемому адаптироваться к этому. По принципу: если хочешь научить плавать, то скинь в бушующий океан.
Жестоко. Уверен, что в отношени типичных аристократов эффективно и оправдано, но...
Идиоты, блин.
Этот человек, которые провоцировал меня, хорошо знал свою работу. Но видимо он не встречался с алхимиками, которые потеряли над собой контроль. С момента, когда я пустил в ход алхимию, как раз и начинались основные странности.
Как я, черт его возьми, швырял деревья? Вырывал их с корнем и заставлял лететь в сторону ходока! Которого до этого блокировал, чтобы он не убежал. Да и его самого несколько раз швырнул. Это чем-то походило на то, когда я взорвал похитителей. В смысле и там и там я не мог вспомнить, какие печати использовал. Это при том, что на этот раз ясность воспоминаний была довольно высокой. Мысль, что обошлось и вовсе без печатей, казалась кощунственной.
Дрался я не только с ходоком. На моём пути встречались звери. Не смотря на опасность, я умудрился выйти победителем, хотя за это время опасных моментов хватило.
Меня не раз расстреливали, взрывали, резали, грызли и что только не делали. Кажется, ходока я довёл до какой-то точки, что он попытался меня всерьез убить. Знать бы ещё, где он и почему перестал нападать. Последнее, что помню — это то, что приголубил его печатями.
Их я тоже использовал. Что подтверждало — память помнит такие моменты. А значит, идея, что где-то я обходился без печатей получает косвенное подтверждение.
Впрочем, это сейчас не самое беспокоящее. То дело минувших дней. Сейчас же я лежу в неизвестном месте, в ошметках одежды, на печати, которую сам создал. И смысл которой понимаю лишь смутно. Кажется, в состояние ярости я решил, что мне не хватает сил и взялся за этот вопрос всерьез. Нашёл место с повышенной плотностью энергии. Я такого никогда не встречал. Здесь её раз в десять больше, чем любые скопления, которые я видел. Эту возможность печать использовала на полную, преобразовывая моё тело.
 
Преобразовывала по самому рискованному и экстремальному варианту. Когда я разрабатывал практики по раскрытию потенциала, то набросал несколько вариантов, остановившись на оптимальном, с точки зрения безопасности и скорости. Сейчас же скорость и эффективность были выкручены на максимум и куда меня это заведет... Остаётся дожидаться окончания. Я чувствую, что вокруг меня гуляют какие-то процессы, как они входят в тело, проходят через него и что-то меняют. Оставаться в рискованном ритуале опасно, но ещё опаснее прерывать его.
Вот же Ольга... Подставила, так подставила.
И как она до такого додумалась?
Сейчас я уже не испытывал ненависти в её сторону. Почти... Злость была, но в наморднике. Что-то во мне и правда изменилось. Что-то, что давало возможность холодным умом, без эмоций, анализировал цепочку событий, которая привела меня туда, где я лежу.
Хорошо, что лежу. Есть время подумать.
Подумать над истинными мотивами той, которая меня сюда засунула.
***
Ольга выпросила у брата ещё неделю, чтобы отыскать Соколова. Времена сейчас были непростые, дел по горло, но их пришлось отодвинуть. Каждую свободную минуту Ольга выбирала один из квадратов, перемещалась туда, оглядывалась и выискивала следы.
Повезло ей аккурат в последний день отведенного срока. Она заметила вдали поднимающийся дым, направилась туда и нашла того, кого искала.
Переместившись, сразу давать знать о себе Ольга не стала. Медленно двинулась вперед, вглядываясь в просветы среди деревьев и пытаясь понять, что её ждет впереди. Она помнила, что Соколов умеет блокировать ходоков. Если он не в себе, то идти туда опасно, но куда деваться. Как бы там не было, из-за неё пострадал её ученик, над которым она взяла ответственность.
Вскоре женщина добралась до поляны. На поваленном дереве сидел человек, который ворошил палкой угли в костре. Не забывая подкидывать веток, чтобы дымило посильнее.
Когда Ольга подошла, Эдгард приподнял голову, но поворачиваться не стал. Дал понять, что в курсе появления гостей.
— Это я, — подала голос женщина, — Ты в порядке?
— Да, — последовал короткий ответ, — Присоединитесь к костру?
Ольга медленно вышла из под тени деревьев. Соколов выглядел чистым. Это бросалось в глаза, учитывая, сколько времени он провёл в дикой природе. Также бросалось, что одежды на нём нормальной нет. Вместо неё тело закрывала шкура.
— Ты стабилен? — прямо спросила Ольга.
— Сложно оценить себя со стороны. Мне кажется, что да, но...
Ольга Медведева кивнула. Она помнила свою инициацию. Многое после этого меняется. Многому надо учиться заново.
— Как себя чувствуешь? — она рискнула подойти и сесть на любезно приготовленный пенёк, подумав, что это и ловушкой может быть.
— Не бойтесь. Я не собираюсь вас убивать.
Ольга застыла, а потом заставила себя расслабиться и выдохнуть. Но пометку сделала, с какой уверенностью Соколов сказал про убийство высшего беса и ходока. Будто и не сомневался, что у него такая возможность есть.
— Извини, — сказала она.
— За что? — поднял взгляд парень.
Он и до этого выглядел серьезным, а сейчас... Идеальное спокойствие на лице. Лицевые мышцы не выдавали, что чувствует парень. А глаза... Они изменились. Да и ощущения от Соколова тоже поменялись. Теперь он ощущался, как противник, которого надо воспринимать всерьез. Ещё не угроза, но может и укусить.
 
Здесь дело было не в намерениях, а в уровне силы. Это один из широко распространенных звериных даров, которым владели большинство аристократов. Дар слёту понимать, кто перед тобой — добыча или хищник, о которого легко обломать зубы. Если в начале знакомства Эдгард воспринимался, как пустое место, то сейчас уже как потенциальная угроза, пусть и небольшая. Только вот, бес он нестандартный, его способности одаренного не факт, что оценивались даром, а значит чувство опасности могло врать.