Коммандер (СИ)
— Не двигайтесь! Это приказ! — продолжал надрываться Форд в громкоговоритель. — Или мы будем вынуждены…
Фраза оборвалась на середине — видимо, агент все-таки сообразил, что еще немного — и мы уберемся с дороги, которая отлично простреливалась с обеих сторон.
— Бегите! — заорал я, расставляя руки в стороны. — Я их задержу!
Кеннеди и остальных не пришлось просить дважды — они тут же рванули вперед, в спасительный переулок. А на меня будто обрушилась лавина — одновременно и справа, и слева. Еще год назад даже десяток пуль сорок пятого калибра превратил бы мой Щит в решето за считанные мгновения — но с тех пор я набрался сил.
Вот только и пуль оказалось куда больше. Чертовы трещотки системы Томпсона лупили одновременно с двух концов улицы и, кажется, еще и сверху. Стрелки из федералов оказались так себе, но и промахнуться на таком расстоянии по бегущей толпе было почти невозможно: я удерживал защитный купол всего пару секунд, но он сожрал почти половину резерва.
И все же мы успели: Кеннеди нырнул за ближайшую машину, и за ним тут же последовали еще двое. Рядом с Джонсоном Хельга выглядела почти крохотной, но все же без особого труда согнула его долговязую фигуру чуть ли не вдвое — и толкнула вперед так, что господин президент едва не свалился.
— Давай сюда! — Кеннеди высунулся из-за капота и наугад выстрелил. — Мы прикроем!
— Сам справлюсь, — пропыхтел я.
Сил осталось не так уж много — но на финальный аккорд их все-таки хватило. Я сжал магическую защиту, поддаваясь хлеставшему по ней свинцовому ливню — и резко раскинул руки, будто отталкивая навалившуюся тяжесть. Вышло даже лучше, чем я рассчитывал: машины вокруг с грохотом разъехались в разные стороны. Застонал смятый мощью моего Дара металл, зазвенели выбитые стекла — а волна уже катилась дальше по улице, ломая деревья и опрокидывая на асфальт подобравшихся ближе стрелков.
Треск томми-ганов на мгновение стих — и тут же зазвучал снова, стоило мне нырнуть в переулок следом за остальными. Федералы уже оправились от неожиданности — и теперь наверняка стремились отыграться. И даже столкновение с сильным Одаренным разве что слегка замедлило их прыть.
— Идем! — скомандовал я. — Вперед, за мной!
Плетение Хода привычно подхлестнуло уставшее тело, и я без особого труда обогнал остальных и помчался по переулку, на ходу выпуская из ладони Горыныча. Я влил в простенькое заклятье столько сил, что ревущее пламя катилось по узкому проходу между домами, снося мусорные баки и освещая нам путь. Оно в одно мгновение пожирало все, что могло гореть — будь то деревянные перегородки, бесхозная мебель, какие-то ящики…
Или живая плоть. Кто-то кричал там, впереди — и мне очень хотелось верить, что в зубы огненного змея угодили мятежные федералы, а не какой-нибудь незадачливый бедняга из местных жильцов, которому зачем-то понадобилось выйти на улицу в такой час. Но разбираться было некогда — я уже расчистил проход, и теперь вел свой крохотный отряд на соседнюю улицу и дальше, через дорогу к спящим в темноте домам.
Кажется, здесь нас тоже поджидали, однако большая часть выстрелов все равно гремела за спиной. Форд со своими прихвостнями буквально наступал на пятки, но люди Кеннеди огрызались из всех стволов. Не знаю, скольких мы уже потеряли, пробиваясь сюда — я едва успевал следить за Кеннеди и Хельгой, буквально тащившими под руки Джонсона.
И искать еще один переулок определенно было уже некогда.
— Сюда! — Я ногой выбил дверь, ведущую в трехэтажное здание из красного кирпича. — Пойдем насквозь!
— А если там нет другого выхода? — поинтересовался Кеннеди.
— Значит, проделаем! — Я чуть отодвинулся, пропуская остальных. — Добро пожаловать, господин президент. Постарайтесь не перепугать местных.
Когда весь отряд телохранителей оказался внутри, я захлопнул дверь и тут же повесил на нее два плетение — охранное и защитное. Вряд ли моя магия могла надолго задержать идущих следом федералов, но несколько секунд мы все-таки выиграли. На наше счастье, дома никого не было — или жильцы не проснулись даже от грохота и пальбы снаружи. Пока я возился с Даром, Хельга уже отыскала выход с другой стороны и даже открыла дверь. Может, не так быстро, как я — зато куда изящнее.
Через мгновение мы уже снова были снаружи — кажется, в крохотном внутреннем дворике, окруженном деревянным забором с калиткой. Здесь федералов уже не было. Я вообще уже было подумал, что мы промахнулись и вышли не там, где надо — но вдруг услышал за грохотом выстрелов мерный рокот.
— Мы почти на месте! — Я пнул хлипкую калитку. — Проезд здесь.
— Какого?.. — Мне навстречу из темноты шагнула гигантская косматая фигура. — Это ты, бро? Проклятье, что у вас там творится?
— Потом объясню! — Я хлопнул Гризли по плечу. — Где мой байк?
— Здесь… Мы уже сваливаем отсюда?
— Да! И как можно быстрее. — Я повернулся к своим спутникам. — Занимайте места, джентльмены… и леди. Эти парни доставят нас в Массачусетс.
Уговаривать никого не пришлось — все тут же бросились к мотоциклам. Гризли благоразумно велел не глушить двигатели, так что все сборы заняли считанные секунды. Телохранители буквально взлетали на задние сиденья, но с Джонсоном пришлось повозиться — Хельга с Кеннеди пристраивали его мне за спину вдвоем.
— Проклятье, — простонал он. — Ну и ночка… Никогда еще не ездил на этой штуковине! Как тут вообще?..
— Просто держитесь крепче, господин президент. — Я выровнял байк и пинком убрал подножку. — Прокатимся с ветерком!
Глава 29
Мотор сердито рявкнул, и байк буквально швырнуло вперед. Я пролетел между забором и мусорными баками и дальше, набирая скорость. Для машин проезд на задворках квартала был бы слишком узким — жители столицы предпочитали крупные автомобили, большинство из которых здесь бы попросту не протиснулись. Но для мотоциклов места оказалось предостаточно.
— Вы нас всех угробите! — прокричал мне в ухо перепуганный Джонсон. — Осторожнее… Черт!
Я отчетливо услышал, как клацнули зубы — байк как раз въехал колесом то ли в яму, то ли в плохо заделанный стык между мостовой и асфальтом дороги. Мне тоже пришлось несладко — похоже, конструкторы “харлея” сэкономили на амортизаторах, и боль от удара прокатилась волной по позвоночнику и засела где-то в шее. Руль задергался в руках, как живой, и я едва смог выровнять байк. Слева мелькнули фары — большая черная машина заходила в поворот на ближайшем перекрестке. Видимо, кто-то из федералов оказался достаточно сообразительным и смекнул, что мы вряд ли собрались удирать из окружения пешком.
И за нами снова гнались — на этот раз на колесах. На хайвее мотоциклы едва ли смогли бы тягаться с двигателями в пару сотен лошадиных сил, но здесь, на узких улочках старых кварталов Вашингтона, нам не было равных. Мы промчались где-то с четверть мили по асфальту и снова свернули в узкий проезд. Я не выбирал дорогу. Скорее просто чувствовал, где можно проехать только на двухколесной машине — и не угодить в глухой тупик. Но по задворкам приходилось буквально продираться. Я ехал первым, расчищая дорогу силой Дара. Кое-где без магии пришлось бы туго: мусорные баки, дурацкие перегородки, какие-то ящики и даже невесть откуда взявшиеся кусты или почтовые ящики так и норовили прыгнуть под колесо, и я то и дело расшвыривал их в стороны, тратя жалкие остатки резерва.
И все же мы прорывались, уходя все дальше и дальше. Когда я в очередной раз выехал на дорогу, Гризли с Нелли обогнали меня и, сердито рявкнув моторами, улетели вдаль по улице. Еще трое из банды повернули налево, а пятеро — прямо, в очередной узкий проезд между домами. Я успел заметить, как за ними следом помчалась черная машина. Она выглядела помятой, потеряла правое зеркало и скребла по асфальту наполовину оторванным бампером, высекая искры — но все равно упрямо ломанулась в переулок.
Впрочем, я куда больше опасался тех умников, что берегли технику и мчались в объезд. Не успел я догнать своих, как в треснувшем круглом зеркальце на руле снова замелькали фары. Сначала далеко, чуть ли не в целом квартале — однако с каждым мгновением они становились все ближе и ближе. Я выжимал из двухцилиндрового “панхеда” все, что мог, но и у федералов под капотами скрывались не детские игрушки.