Ведьмин круг (СИ)

— Одобряю, хозяюшка, только не перепутай их как в прошлый раз с сыроежками, — иронично пропел кот, намывая усы. — Помнишь, как рвало с них твоего предыдущего кавалера? Кстати, не подскажешь он изначально, от природы имел такой окрас, или ты специально вызеленила его сыроежками? Откуда такая любовь к кузнечикам — зеленым огуречикам? Хочешь, познакомлю с одним из них? Просто гигантская саранча — тебе понравится.
— Фу, дружок, нехорошо издеваться над хозяйкой. Плохой мальчик, так и знай, утром не получишь своих любимых сливок!
— М-рр, моя хорошая! Тебе не идет быть такой злюкой, — кот спрыгнул с приступочки и, состроив умильную мордочку, потерся о хозяйские ноги. — М-рр, ты только посмотри какой я хороший.
— Так и быть сменю гнев на милость, будут тебе сливки, причем отборного качества! — засмеялась ведьмочка, подхватывая на руки кота, который при этом очень недовольно сверкнул зелёными глазищами.
— Хор-рошая девочка, но лучше немедленно отпусти, а то сейчас получишь лапой так, что мало не покажется, — предупреждающе зашипел он, попеременно то выпуская, то снова втягивая ятаганы своих огромных когтей.
— Ах ты, мохнатый поганец! Вот и корми тебя после подобных заявлений!
— Ваше хозяйское дело простое. Знай себе ухаживай за домашней живностью и поменьше спрашивай, зачем тебе это нужно, — снисходительно ответил зверь.
— Слушаюсь Ваше кошачье величество! — насмешливо сказала рыжая ведьмочка и, опасливо покосившись на его когти, опустила кота на землю. Тот презрительно фыркнул, и немедленно удрал в лес.
— Плохой мальчик! Убежал, теперь и поговорить не с кем! — сокрушенно пробормотала она и, подхватив корзинку, бросилась следом. — Кис-кис, постой! Ведь я тоже в лес собиралась!
— Как-нибудь ты у меня получишь «кис-кис» в полный рост, чтобы знала, как фамильярничать! — донесся красивый, но очень сердитый голос из лесной чащи.
— Ой, извини! Я забыла, что ты не любишь, когда тебя зовут «кис-кис»!
— Ну, всё! Издеваешься, да? Ухожу насовсем. Я тебя предупреждал — еще одно «кис-кис» и мы расстанемся.
— Ой, нет! Вернись, котик! Прости, я же нечаянно оговорилась! — отчаянно завопила рыжая ведьмочка и, не разбирая дороги, бросилась в лесную чащу на голос кота, но того и след простыл.
Вечерело. Рядом с высоким цветущим кустарником сгустились синие тени и Вековечный дух леса, перекинувшись из зверя в человеческий облик, присел на поваленное мшистое бревно и посмотрел на крытую соломой приземистую избушку. Мрачный взгляд и сердитое выражение на лице показывали, что он очень недоволен. Ещё бы! Ведь живущая в лесу ведьма доставляла ему немало хлопот.
* * *
На следующий день в избушке на опушке леса царила необычная суета, оттуда доносилось усиленное бряканье посуды и из открытых окон тянуло разнообразными запахами, правда, не всегда приятными. Ведьма усиленно готовилась к грандиозному празднеству одиночества. Ей должно было стукнуть сто шестнадцать лет. И поскольку не каждый день рождения исполняется такая круглая дата с двумя нулями — сто лет в обед, и шестнадцать лет — после, веснушчатая красавица решила отметить свой юбилей с долженствующим размахом и побаловать себя разными вкусностями вкупе с небольшим праздничным фейерверком. Погрузившись в сложный процесс его изготовления, изложенный в древнекитайском манускрипте, ведьмочка одновременно варила зелья для заказчиков из соседнего города, рассеяно помешивая длинной ложкой булькающее содержимое нескольких котелков на плите.
«Колдовство колдовством, а звонкая монетка никогда не бывает лишней», — решила она, поселившись в лесной глухомани. — Грибы с ягодами и орехами, конечно, очень здоровая пища, но иногда хочется разнообразия в меню, а призрачным хлебом сыт не будешь, даже если ты мастер в своем деле. Конечно, наколдованная еда по всему не отличается от настоящей, вот только питаясь ею можно протянуть ноги в один более или менее прекрасный день». Быстро выяснилось, что не имеет смысла наколдовывать подменку. Невзирая на другой внешний вид, такая еда все равно имела вкус исходного продукта и очень сильно отдавала либо грибами, либо ягодами, либо орехами.
 
Сегодня ведьмочка столь сосредоточенно изучала фейерверки оттого, что вчерашние испытательные драконы оказались чрезмерно шкодными и живучими. Ей пришлось всю ночь гоняться за ними с заклинаниями небытия, поскольку она боялась, что они дорвутся до соседних с лесом поселений и натворят там черт знает что.
Вдруг в избушке раздался грохот, что-то по-змеиному зашипело, и изо всех щелей повалил едкий дым. В довершение она вся засветилась ядовито-зеленым светом.
«Ну, горе моё, опять начинается! — Вековечный дух тяжко вздохнул. — Мелочь, живо по норам пока шкуры целы! Да и вы, остальное зверье, не медлите и прячьтесь поскорей!». Он прислушался к разговору волчьей стаи, обитающей неподалеку.
— У-у! — грозно взвыл седой вожак, — порву поганку на мелкие кусочки! Сколько можно терпеть идиотские выходки девчонки? Опять всю охоту испортила, лихоманка её раздери!
Он немедленно заработал укус от своей дражайшей половины.
— За что? — прорычал он, обиженно глядя на волчицу.
— Не стыдно? Забыл, кто прошлой весной спас наших щенков во время наводнения? А кто зимой лечил тебе лапу, когда ты попал в охотничий капкан?
— Ладно-ладно! Я же пошутил, дорогая. Знаю, что она хорошая девочка, но согласись, уж очень беспокойная. Невозможно же каждый раз сломя голову прятаться в норе, когда она экспериментирует со своими зельями или осваивает новые заклятия. С таким экстремальным режимом жизни мы скоро окончательно отощаем. Давай-ка, поищем себе местечко в другом лесу…
Нырнула в ближайшую нору парочка лис и Вековечный дух прислушался к их разговору.
— Что струсил, дорогуша? — ласково пропела Патрикеевна.
— Кто бы говорил! — язвительно отозвался рыжий красавец и презрительно покосился на подружку. — На себя посмотри бесхвостая!
— Дура двуногая! Я же не виновата, что она спалила мне хвост своими огненными шутихами! — обижено пробормотала та, стыдливо поджав куцее охвостье.
— Вот-вот! Дураков нет. Помнишь, как я нечаянно словил ледяной оборот и статуей простоял трое суток вон на том взгорочке? Мое счастье, что была зима, а то растаял бы на солнышке и поминай, как звали. Поэтому береженого бог бережет. Лучше нам отсидеться в норе — от греха подальше.
Стоя в кустах, задрожала всем телом пугливая олениха, припомнив свою недавнюю радужную окраску, которую она заполучила благодаря все той же ведьмочке. Правда в этом была и некоторая польза. Лесные хищники, при виде ядовитого окраса оленихи страшно смущались и, утеряв всякий аппетит, с жалобным воем линяли в ближайшие кусты.
— Дурища! Вот и что с ней делать? — сокрушенно пробормотал Вековечный дух, по-прежнему не сводя глаз с избушки. — Н-да, пора что-то предпринимать, пока она окончательно не разорила мой лес и не распугала окрестное зверье. Может, все-таки заманить редкой разрыв-травой и утопить в болотной трясине? Или напустить кикимор, пусть защекочут её до смерти. Э, нет! Тогда она обратится в болотное страшилище. Фу!.. Ладно, утоплю её в реке, пусть будет красавицей-русалкой. Она девчонка веселая и наверняка знает множество историй и сказок. Будучи русалкой, она сможет выйти на берег при полной луне. Мы с ней потанцуем, и она расскажет мне какую-нибудь волшебную сказку. Нет, все равно как-то нехорошо получается. Выходит, мы сможем видеться только раз в месяц? — Вековечный дух схватился за голову. — О, нет! Только не это! Ах, мать — сыра земля, кажется, я начал привязываться к ведьме и уже думаю о том, как её умертвить, чтобы оставить у себя навечно! Нет-нет! Нужно срочно избавляться от возникшей зависимости! Эта дурочка совсем мне не нужна!
Но вопреки возмущению, ему невольно припомнилось, как пару лет назад худенькая девчонка на вид эдак лет шестнадцати по людским меркам, с развевающейся шевелюрой, конечно же, рыжего цвета в лучших ведьминских традициях, нарисовалась в небе над его лесом. Распевая во все горло песенки, она восседала на коньке своего домика и, сделав лихой разворот, с диким грохотом сверзилась вниз вместе со всем своим скарбом. Тогда он подумал, что пришелица разбилась насмерть, но ничего подобного. Все и вся остались в целости и сохранности, даже разухабистая избушка вопреки ожиданиям не рассыпалась, а нахально притулилась на краю небольшой поляны.