Обретение (СИ)

— Не угодно ли первому советнику выпить с вечным странником янтарного вина?
— Благодарю, Дит. Вина на сегодня я выпил достаточно.
Вампир пригубил поднесенный служанкой кубок. Визит этого существа оказался для хозяев сюрпризом. Эрфиан много слышал о нем, но видел впервые и воочию убедился, что рассказы про обращенного Сновидца — не выдумки. Внешне Дит выглядел юношей — невысокий рост, хрупкое телосложение, золотые кудри и мягкие, почти нежные черты лица. И только фиалковые глаза отличали его от Сновидцев-людей. Слишком глубокий и холодный взгляд. Дит был древним вампиром, по ощущениям Эрфиана, намного старше Нави. И те же ощущения подсказывали, что этот вампир ему не нравится.
— Далекие звезды в ночном небе остаются прежними, а в мире, который они освещают, все меняется. Когда-то за этим столом я видел только Жреца и его прекрасную супругу, а теперь рядом с ними сидят советники. Как много лиц, отмеченных печатью мудрости. И достойное существо, собравшее их. Жрец Нориэль, слава богам, здоров и нескоро передаст обруч сыну, но в твоем лице тот обретет мудрого помощника…
Эрфиан молчал. Если уж Дита посадили на почетное место между Нориэлем и первым советником, придется терпеть витиеватые речи гостя. Как и все Сновидцы, он умел лить мед в уши собеседнику. Но шаманы, в отличие от вампира, были смертны. Он постигал это искусство дольше, чем самый древний из их старейшин.
— Где твоя прекрасная подруга, первый советник? — Дит обвел взглядом сидевших за столом и остановился на Арелле. — Она не скучает в обществе воина.
Этому существу нужно было укоротить не только язык, но и нос, который он совал туда, куда не надо. Хотя способность хорошо слышать осталась бы.
— Похоже на то. Но она поглядывает на тебя и ждет, что ты пригласишь ее на танец.
Дит оживился.
— Первый советник не станет возражать?
Эрфиан покачал головой. Вампир подошел к Арелле и отвесил ей поклон.
— Прекраснейшая из необращенных, в чарующем свете глаз которой меркнут самые яркие звезды ясной ночью, — обратился он к эльфийке. — Не согласишься ли ты принять руку вечного странника и сделать пару кругов вокруг пылающего костра?
На лице Ареллы читалась растерянность.
— Он приглашает тебя потанцевать, — пояснила одна из сидевших рядом девушек.
— Потанцевать! — восхитилась Арелла. — Да, я хочу потанцевать.
— Самый сладкий ответ, который когда-либо слышали мои уши, прекрасная госпожа.
Таир, наблюдавшая за этой сценой, скорчила гримасу. Деон, сидевший рядом, потрепал ее по руке. После той памятной ночи Эрфиан не видел обоих советников больше двух суток. На третий день эльфийка вернула ему янтарную коробочку. Порошка в ней не убавилось ни на щепоть, но уже следующим вечером Деон и Таир сидели на пиру рядом, и отчуждения между ними не наблюдалось. Женщина поселилась в шатре бывшего первого воина. Свадебного украшения он ей не подарил, несмотря на разносимые эльфами сплетни, но их отношения были близкими и трогательными.
Эрфиан протянул Таир плошку с инжиром, присел рядом и наклонился к ее уху.
— Все собрались? — поинтересовался он.
— Да, — кивнула эльфийка и бросила короткий взгляд в сторону Ламиса. — Вот он. Заявился последним.
— Выглядит юным, — с сомнением сказал Эрфиан.
— Не так давно встретил восемнадцатую весну и чуть больше двух весен назад занял место отца. Но ему можно доверять.
— Доверять нельзя никому.
— Особенно женщинам, — язвительно заметила Таир, кивая на отплясывавшую с Дитом Ареллу.
Деон нетерпеливо махнул рукой, предлагая Эрфиану отойти.
— Подвинься, первый советник. Не так часто я вижу твою подругу в объятиях вампира. Вся деревня глазеет, чем я хуже?
Эрфиан решил, что услышал достаточно. Он встал и подошел к Ламису, сидевшему в окружении двух красивых женщин. Одна из них подняла голову и одарила его улыбкой. Вождь отвлекся от разговора с расположившимся напротив него Элайном.
— Благодарю тебя за то, что ты почтил нас своим присутствием, Ламис. Твой мудрый отец был другом моего Жреца. Жаль, что он уже не с нами.
 
— Боги забрали его в лучший из миров, — ответил вождь. — Там он охотится всласть, пьет вкусное вино и каждый вечер засыпает на ложе с красавицами. — Он сделал знак женщине, сидевшей справа от него, и она поднялась. — Прошу, садись.
Женщина направилась к костру, и за ней тут же увязался первый воин, до этого шептавшийся с Ареллой. Эрфиан занял место подруги вождя и кивнул служанке, принесшей очередное угощение.
— Это лунная ягода, — объяснил он Ламису. — Кисловата, но вместе с ней подают мед.
Поговаривали, что люди, в отличие от живущих в деревне эльфов, могут есть все, что угодно, чуть ли не глодать камни, и неспособны изысканные яства со стола Жрецов, но вождю и его второй женщине лунные ягоды пришлись по душе.
— Их собирают в ваших лесах, первый советник? — спросила красавица, с наслаждением облизывая пальцы. «Дикарка», говорил взгляд смотревшей на нее Таир — гостья словно не замечала стоявшей рядом плошки с водой.
— Лунная ягода растет в любом лесу. Но смертные не найдут ее даже днем. А плоды обычно собирают в полнолуние. Поэтому она носит такое название.
Женщина кивнула. Жители пустыни не боялись темных существ, не принимали их за богов или злых демонов и сосуществовали с ними мирно. Эльфы, в свою очередь, не считали людей недостойными, что не мешало им издеваться над дикарскими обычаями — облизывать пальцы после еды, пить воду или вино из кувшина или заводить несколько жен.
— Воины сказали, что после переселения к границам земель его величества короля Ниньяса вам начало недоставать фруктов, дичи и питьевой воды, — обратился Эрфиан к Ламису.
Вождь едва заметно поморщился.
— Не хотелось бы беспокоить Жреца Нориэля по пустякам, — заговорил он, понизив голос. — Все знают, как занят его советник. Вряд ли он предпримет долгое путешествие только из-за моих подозрений. Они могут оказаться беспочвенными.
— Доставляли ли вам торговцы сладкое вино из храма богини сладострастия?
Ламис выглядел заинтересованным.
— Нет. Их сладкое вино мне пробовать не доводилось.
— Моя служанка кипятит его, добавляя специи. Я угощу тебя.
* * *
Пока вторая служанка первого советника, совсем юная эльфийка, кипятила вино, Эрфиан изложил Ламису суть своего предложения. Вождь слушал. Когда девушка принесла вино, он сделал глоток и одобрительно кивнул. Будь здесь Деон, он посоветовал бы гостю предоставить хозяину честь отведать напиток из своего кубка первым и убедиться, что в нем нет яда — как-то раз он уже испортил этой фразой серьезный разговор.
— В жизни не пил ничего вкуснее, — поделился Ламис. — Ты говоришь, это вино из храма богини сладострастия?
— Да. У них есть еще много вин, в том числе, и тонких, они придутся по вкусу твоим женщинам. Жрецы редко продают их и просят десять золотых монет за небольшой кувшин, но не существует вопросов, которые нельзя решить.
Вождь приложился к кубку, взял с блюда финик и извлек из него косточку.
— Что еще есть в храме богини?
— Украшения из дорогих камней, редкие травы, специи, смеси для благовоний, масла, краски, которыми пользуются женщины, одежда из изысканных тканей. Мы с главной жрицей Такхат близки, когда-то я тоже был служителем культа. Она может обучить одну из твоих женщин искусству любви. Поверь, жрецы знают в этом толк. — Эрфиан выдержал паузу. — Вероятно, согласится обучить обеих.
Глаза Ламиса, и без того блестевшие после выпитого на пиру вина (Таир наполняла его кубок, если служанка задерживалась), вспыхнули. Юн, но это только на руку. Эрфиан поблагодарил богов за то, что напротив него сидел не отец молодого вождя. Тот не ступал ни шагу без своего советника, а советник, будучи хитрым, как все темные боги, вместе взятые, не позволил бы ему ввязаться в такую историю. К счастью, он оказался предан хозяину — кто бы мог подумать, что такой мерзавец способен на благородные поступки — и в ночь его смерти выпил чашу с ядом.