Стану ему женой. Ребенок от монстра (СИ)

— Спокойной ночи, — я поцеловала гладкий лобик, и села за ноутбук.
Как теперь собраться? Работу я бросила, тем более нужно держаться за заказы, а я не могу. И с крошечным ребенком оказаться в бегах совсем не то, как было Андрею. Ну что ж, ее рождение целиком было моим решением. Он предлагал аборт.
Дочка сладко посапывала, а я запустила пальцы в волосы и смотрела в одну точку. Не могла пошевелиться.
Вымоталась.
До нервного истощения. Стычка с директором в кабинете — казалось, это было не утром, а сто лет назад; убийство, мое помешательство и шок от встречи со снайпером… Перед глазами вновь появилось лицо парня: радужка орехового цвета, удивление. Когда мы столкнулись, он был так же шокирован, как и я.
Почему он не тронул меня?
Я выдохнула, и устало выпрямилась. Нужно позвонить Эмилю… Как я все объясню? Только устроилась на хорошую работу — впервые в жизни так повезло, и наемный убийца пристрелил гендиректора…
Я нахмурилась.
Таких совпадений не бывает. Я не случайно оказалась там.
А ведь Михаил сам откликнулся на резюме, выложенное в интернете… Первое собеседование прошло удаленно. Он был в восторге. Не заострял внимания на образовании, тащил изо всех сил — даже Геннадий Александрович удивился. Не говоря про эйчара.
И сразу же взял больничный, когда меня приняли.
Твою мать.
На меня вышли специально, заманили в компанию? Но как, зачем? Объяснить это мог только Михаил.
По скайпу он не ответил, по телефону тоже — гудок шел, трубку не брали. Сменил номер? Старый телефон я и сама выбросила по дороге, предусмотрительно скопировав контакты. Я написала ему везде. Может не ответить, но с сотрудниками Михаил как-то держал связь. Пригрожу, что сообщу обо всем в полицию. Чтобы ускорить дело, я написала на почту. Затем нашла списки тех, кто в розыске.
Снайпера я отлично запомнила.
Внимательно рассматривала снимки, многие были не очень качественными. Изучала черты, понимая, что плохая съемка, время, даже пластика, могли изменить их. Среди них я неожиданно наткнулась на Андрея…
Вот это удар.
Он все еще в розыске. За него объявлена награда. Выглядит так ужасно, что у меня заболело сердце. Худой, полуприкрытые глаза, и в них ничего нет, кроме пустоты и личного ада. Одна сторона лица обвисла. Фото сделали, когда он был в заключении. Если не снят с розыска, значит, власти не нашли тела… Хотя это ни о чем не говорит, конечно. Ничего не гарантирует.
Я досмотрела список до конца — снайпера не было.
Взгляд вернулся к Андрею. Я прочла текст, и больно было от каждой строчки.
— Дурак, — с горькой обидой прошептала я. — Что ты с собой сотворил?
Стало обидно за нас с дочкой. За то, что он не сумел наладить жизнь после службы. За сигареты на кухне, и за то, что не любил меня. Пока я была с ним, то на все закрывала глаза. Теперь молчаливая обида, которую я прятала, выгрызла себе путь наружу.
Что ты с собой сделал? Почему не пытался исправить?
Он никогда не рвался за богатством, ему не нужно было влияние. Но вместе с тем ничего не менял. Даже не пытался. Раньше я принимала это в нем, а потом… начала завидовать Дине и ее семье, когда их увидела.
Что-то звякнуло — мне ответили. Я открыла вкладку:
«Зачем сообщать в полицию? Чего ты хочешь?»
Ого! Михаил ответил.
«Поговорить!»
Я испугалась, что он даст заднюю, но арт-директор согласился на видеозвонок. Полиция его испугала. Сонный, он щурился в полумраке комнаты. Лицо и шея гладкие, без ушибов, не похоже, что он действительно попал в аварию.
— Ты одна? — хмуро спросил он.
— Да, — я проследила, чтобы в обзор не попала кровать с дочкой, и вообще ничего, что могло выдать местоположение гостиницы. — А с кем я могла быть?
Михаил явно ждал кого-то увидеть.
— Что ты хотела? — он сразу закрылся.
— Ты слышал, что Геннадия Александровича убили?
Я следила за лицом арт-директора. Брови сошлись над переносицей, но он не слишком удивился — да, уже знает. Нервничает, но не особо боится, вдруг поняла я… Меня осенило: он в растерянности, и не понимает происходящего, поэтому ответил на звонок.
 
— Что ты хотела? — повторил он, пытаясь скрыть страх.
Если я права, и меня устроили в это теплое местечко, то инициатором был не он. Слишком молод, пустышка — Михаил напоминал Валеру. Наверняка тоже меняет девушек, ходит по клубам и покуривает травку. Но чего-то он боится. Страх чувствуют все. У всех есть слабые места.
Поведу себя неуверенно, ничего не добьюсь. Начну мямлить, Михаил будет все отрицать. Такие парни, как он, эгоисты, трусы и думают только о себе. Для начала нужно его расколоть и я решила сделать вид, что все знаю.
— Как тебя заставили принять меня на работу?
  
Глава 7
 
— Шантаж? — продолжила я. — Угрозы? Деньги? На чем подловили? Только не нужно врать… Что обещали взамен?
От обиды я говорила немного развязно. Не так уж я оказалась хороша, чтобы меня взяли за «мазню», как выразился Геннадий Александрович.
— Я никому не скажу, — продолжила я. — Но если не ответишь, я пойду в полицию. Они захотят выяснить, не было ли связи между этим случаем и убийством…
— При чем здесь убийство? — не на шутку перепугался Михаил, потея на глазах. — Я ничего криминального не сделал!
— Ты бы не прятался…
— Я по личным мотивам прячусь, понятно!
Он отпрянул от камеры, лоб блестел от пота, как на последнем собеседовании. Глаза арт-директора расширились от возмущения. Хотя бы не врет про аварию. Вид искренний. Кажется, раньше он даже не думал, что тут возможна связь.
— Я скрываюсь от кредиторов, понятно! Мне обещали помочь с этим и попросили тебя к нам устроить! Он прислал твое резюме, сказал, ты его девушка!
— Что? — переспросила я, наклоняясь к монитору. Лицо исказилось и глаза стали огромными. — Чья девушка?
В глазах Михаила появилась неподдельная паника.
— У тебя ведь есть парень, да? — испуганно спросил он.
— Когда это было?
— В прошлом месяце… Я играю иногда, а в тот день меня крупье подставил!..
Иногда — он приуменьшил. Михаил путано объяснил, что пристрастился к азартным играм через интернет-казино еще в студенчестве, затем пошел дальше. Долги росли, но власть игры была сильнее воли и здравого рассудка.
Во время очередного проигрыша его отвели на задний двор вышибалы подпольного казино и, по приказу хозяина, крепко поговорили о том, что долги пора возвращать. В расправу вмешался один из посетителей: шуганул вышибал, отвел в бар, угостил выпивкой… Разговорились. Михаил всем поделился: где работает, сколько должен, что игра не прет.
— Ну, он как узнал, где работаю, говорит, я все проблемы решу, — Михаил пожал плечами, словно извиняясь за свою недалекую корысть. — Сумма большая. Он попросил устроить тебя к нам. Говорит, у меня девушка художница, хочу ей сюрприз сделать.
— И тебя это не насторожило? — нахмурилась я.
Скорее всего, он этим вышибалам и заплатил, чтобы все подстроить!
— А что такого? К нам многие хотят попасть, ты видела конкурс? Никакого же криминала… Он мне помог, я — ему. Впечатлить, может, хотел тебя…
— Почему ты прятался? Он не отдал деньги?
Исчезновение на следующее утро после успешного собеседования меня настораживало.
— Отдал, — Михаил уставился в пустоту. — Я тем же вечером пошел в казино возвращать долг. Ну, зашел в зал подождать хозяина… Деньжищ куча… Думаю, сейчас поставлю на рулетку, куш сорву и долг верну, и еще останется. Ну и…
— Все проиграл, — заключила я, потеряв интерес. — Как он выглядел?
В груди неприятно заныло — тихонько, и неизбежно. Почти незаметным фоном, так наверное, ноет у бесплодных, когда те видят счастливых малышей, у брошенных у алтаря, у преданных… Тоска по несбыточному.
Это не он…
Андрей не стал бы втягивать нас в игру. Он стремился спасти нас, спрятать — любой ценой.