Стану ему женой. Ребенок от монстра (СИ)
Он увидел, что я заметила, и быстро довел себя до оргазма. Секунд за двадцать. Без всякого стеснения, прямо у меня на глазах. Зажав в кулаке хозяйство, свободной рукой оперся на стену и на миг опустил голову. Мне даже померещился стон, за шумом воды плохо было слышно.
Проваливай!
Я выдохнула от страха.
Перед глазами уже летали черные мушки от нехватки кислорода — я задерживала дыхание. Стекло запотело и я не стала протирать. Все равно видно, как черная тень в коридоре шелохнулась, и киллер направился в ванную.
Я забилась в дальний угол душевой кабины. Сверху падала вода, заливая глаза, я задыхалась от водяной пыли и страха. Грохнулась на пластиковый пол и поджала ноги, не зная, как закрыть все свои прелести…
Киллер не пялился. Повернувшись спиной, он включил воду в раковине и зачерпнул: смывал следы. Что он здесь делал? Поджидал меня или… уходил и задержался, увидев голой в душе? Он застегнул ширинку спиной ко мне, и с неспешностью хирурга начал мыть руки. Не отрывая настороженных глаз от плечистой фигуры, я свесилась из душевой кабины и подобрала халат. Не надела, просто прикрылась. Сначала сидела тихо, как мышка, а затем поняла, что ни насиловать, ни убивать он не будет — иначе уже бы приступил. Ну же, соберись с духом…
— Что вы знаете про Андрея? — выпалила я.
Он взглянул в зеркало. В моих глазах он видел лишь надежду и желание узнать правду.
— А ты?
Бархатистый голос был тихим и спокойным.
Я думала, он вымоет руки и молча уйдет. Но один вопрос уже сказал многое — он знает, кто такой Андрей.
— Вы ведь что-то знаете…
— Ремисов пропал без вести, — киллер внимательно посмотрел в глаза, вроде небрежно говорил, но взвешивал каждое слово. — Говорят, один из клиентов его кончил. О нем почти два года ничего не слышно. А ты его жена, да?
Он узнавал про Андрея…
Про меня.
Сказал «два года», округлил или совпадение, но два года назад началась наша история. Пошли слухи, что его девчонка подзалетела, меня начали искать враги. Повезло, что Андрей нашел меня, уже на приличном сроке беременную, первым.
Логично, что киллер знает нас, раз впутал меня в план с неизвестными целями. Но почему сказал: жена?..
— Что вам нужно?
Парень молча выключил воду. Капюшон не снял, но я и так видела остроскулое широкое лицо.
— Я думал, ты меня не заметишь, — белоснежным полотенцем он вытер руки. — Извини.
Он вышел из ванной, хлопнула дверь номера. Уходит… Я выдохнула, опустив голову. И дернулась — в соседнем номере Аня! Иррациональный материнский страх толкнул вперед. Поскользнувшись, я вывалилась из душевой кабины, встала, скользя, и, на ходу натянув халат на мокрое тело, выбежала в коридор.
Там никого не было. Киллер ушел.
Я затарабанила в соседнюю дверь. Вдруг унес малышку?!
Соседка открыла с Аней на руках, и с недоумением уставилась на меня. Представляю зрелище: перепуганная мамаша, волосы обвисли сосульками, с них капает…
— Показалось, Аня кричит, — пробормотала я, подхватывая ее на руки. — Иди ко мне, маленькая… Спасибо!
— Не за что, — соседка приветливо улыбнулась. — Если что, обращайся…
Я занесла Аню в номер и прислонилась к двери. По ногам прошел сквозняк, и я приоткрыла глаза — в распахнутую балконную дверь выдувало тюль.
— Вот как ты сюда попал…
От слабости у меня затряслись руки, и я ссадила дочку на пол. Выглянула на балкон: соседний примыкал встык, спортивному парню ничего не стоило перебраться с одного на другой. Свет там не горел — нежилой. Нас долго не было в номере. Аня играла с детьми, я за ней присматривала, киллер забрался, увидев что окна долго остаются темными… Это потом я не вовремя вернулась и полезла в душ, а человек оказался слаб к развлечениям.
Что он здесь делал?! Не подрочить ведь заходил?
Капризная после простуды и игр, Аня расхныкалась. Я подхватила ее на руки и огляделась: не помню, как лежали вещи… Он мог перерыть здесь все, и я бы не заметила. Бросилась за документами: на месте. Микрофон, жучок, бомба? Какой «подарок» оставил?
Я беспорядочно запихала вещи в сумку. Сунув дочери кубики, полотенцем отжала и скрутила в тугой пучок на затылке волосы. На улице тепло, и в такой прическе видно не будет, что они мокрые. Переоделась, быстро натянув чистое белье, джинсы и старую блузку.
— Иди ко мне, — дочь расхныкалась, не желая расставаться с игрушками, но я посадила ее на сгиб локтя, схватила сумку и выглянула через глазок в коридор. — Анечка, давай договоримся… Я куплю, сколько хочешь кубиков, только сейчас веди себя потише, ладно?
Коридор пустой. Я тихо приоткрыла дверь и быстро спустилась по лестнице. Сердце бухало в груди. Вот как парень меня нашел, а? Так оперативно и быстро — только по записям: на ресепшен мои данные вносили в компьютер. Я думала, это безопасно. У меня был случай, когда он выследил меня по медицинским записям. Но тогда у Андрея были широкие возможности, и те сведения много куда поступают, в отличие от регистрации в гостинице. Я не собираюсь играть с ним в эту игру.
Надеюсь, на ресепшен никого не окажется…
— Что-то случилось? — администратор была на рабочем месте и вскинулась, как только я спустилась на первый этаж.
— Опять температура, — пробормотала я. — Хочу показать врачу, вызвала скорую… Простите за неудобства.
— Вам помочь? — долетело, когда я уже оказалась за вращающимися дверями на крыльце.
Темно.
Самое время бегать с больным ребенком на руках… Я вздохнула, чувствуя разрушительную усталость, дробившую кости и мышцы, как тонна камней.
Ничего. Найду гостиницу попроще, положу лишнюю купюру, скажу, паспорт украли… Не выгонят же нас на улицу. Я поддернула Аню повыше — рука отрывалась, и быстро пошла вдоль здания отеля.
Позади раздался визг покрышек.
Резкий, как будто водитель бьет по тормозам в последний момент. Я на ходу обернулась и спряталась за углом, в узком проходе между домами. Присела, прижимая хныкающую дочь.
К центральному входу подлетели несколько джипов. Хлопнули двери. Мужчины в черных костюмах целеустремленно взбежали по ступенькам. Может, не за нами, но я полузадушенно пробормотала:
— Твою мать!
Аня хныкала, и я прижалась губами к горячему лбу. Температура опять растет, а мне еще искать ночлег. Нужно идти. Сейчас кто-нибудь увидит сверху, как женщина с малышом сидит в тупике за зданием. И на камерах, натыканных вдоль фасада, останется, как я ушла и куда свернула.
Если киллер меня нашел, то и другие могли. Убежать с Аней на руках не получится, так что надо встать, тихонько выйти и идти от них. В авто остались водители, но с этого расстояния вряд ли меня узнают. Блондинок много. Они охотятся за мной? Или за киллером, который только что был у меня?
Глава 10
Перекинув Аню на другую руку, я поднялась, чуть не надорвав поясницу, и подхватила сумку. Дала себе отдышаться и бодро вывернула из-за угла.
Главное, не оглядываться.
Быстрым шагом я удалялась от гостиницы, ожидая, что в любой момент за мной бросятся следом. Прежде чем свернуть в переулок, я обернулась: мужчины в черном вышли на крыльцо.
Я скорее свернула на более оживленную улицу, нашла кафе и устроилась за столиком в глубине зала, посадив Аню на колени. Людей много — повезло. Дочка с любопытством оглянулась, заметила рыжебородого здоровяка слева и задорно улыбнулась. Пока она глазела по сторонам, я отрыла телефон на дне сумки и поискала поблизости гостиницы и комнаты внаем.
Нужно продержаться всего два дня.
Такого набора паспортов, как у Андрея, у меня нет, лишний раз светиться не хочется. Но если переезжать каждый день и мои данные никуда не внесут, вряд ли я чем-то рискую. Можно и просто соврать, что нет документов, и «доплатить за риск». Но этот способ тоже не казался надежным, когда я рассмотрела его внимательней: женщина с ребенком без документов могут вызвать подозрения. Как бы не вызвали полицию, решив, что дочку я украла, а мне эта круговерть ни к чему… Ане надоело сидеть на коленях и она попыталась спуститься.