Мой прекрасный враг (СИ)
– Бывай, – Макс протянул руку, сжатую в кулак, и они с Кириллом стукнулись, видимо, прощальный жест. Денис тоже поучаствовал в мужском ритуале, Оля и я молча наблюдали за сим процессом, а вот Тоня покачивала головой, словно происходящее – не иначе театр абсурда.
Когда Волков, наконец, нас покинул, Дэн вдруг сказал:
– Ставлю сотку, что Кир тебя сделает, – деловито выдал друг Ледовского. Мы с девочками переглянулись, не особо понимая, к чему он клонит.
– Кого сделает? – спросила Тоня.
– Тебя!
– Что? – прикрикнула подруга, ее глаза округлились, а вилка выскочила из пальцев. – Совсем спятил?
– Я три ставлю, – поддержал неожиданно Макс, улыбнувшись.
– Ты серьезно? – я отодвинула поднос с едой и повернулась к Ледовскому.
– Абсолютно.
– Тогда я ставлю пятьсот, что у него ничего не выйдет! – теперь уже и я каким-то образом оказалась втянута в ставки. И чем мы только занимались? Что за детское ребячество?
– Да вы в конец офигели? – прорычала Миронова. – Я тысячу ставлю, что этот парень и близко ко мне не подойдет. Он – чокнутый.
– У-у-у! – завыли Макс с Денисом, в них явно проснулся азарт.
– А я… – прошептала смущенно Оля. – Я тоже…
– Что ты тоже? – прошипела змеей Тоня.
– Я тоже ставлю сто рублей на… Волкова.
– Отвечаю! – Дэн ударил ладонями по столу, как по барабану. Он ерзал на стуле, предвкушая веселье. – Будет круто. Ставки сделаны! Ставок больше нет. Какие сроки, господа?
– Сроки? – я удивленно хлопала ресницами.
– Неделя, – выдвинула свой вариант Тоня. И куда ее несло? Неужели дело было в деньгах? Или очередное желание доказать всем свою правоту?!
– Мало, – покачал головой Макс.
– Согласен. Два-три месяца, – предложил Денис.
– Да вы, ребят, совсем? Слишком долго, – возмутилась Миронова.
– Ты же ничего не теряешь, ну кроме штуки, – засмеялся Дэн.
– Ребят… – я обвила всех взглядом. Они реально собираются спорить, и главное на что? На Волкова, который подкатит к Тоне. Нет, вполне возможно, что этому парню Миронова и понравилась. Но… вел он себя крайней странно. Да и Тонька подобных ему не переносила на дух, плюс, он окатил ее водой, показал средний палец, а она… вылила ему кофе на машину, если тот автохам был все же он. Разве такое может быть началом чего-то нежно-романтичного?
– Заметано! – вдруг согласилась подруга.
– Отлично, – Ледовский отодвинул стул и произнес. – Напоминаю, что все это по фану, ничего серьезного. И перемена через пару минут закончится. Надо закругляться.
Глава 48
Следующие две пары мы только и делали, что обсуждали этого Волкова. Вернее, Тоня осуждала, ее больше не интересовал Макс, слухи вокруг меня, и люди, которые продолжали коситься. Хотя, отдаю должное, перешептываний стало меньше, но самое удивительное случилось позже. Ко мне вдруг подошли Гера и Вася, те самые идиоты, что строили из себя крутых карателей судеб. А когда они извинились, я окончательно обомлела. Только и могла стоять истуканом, глазея на парней, что мялись, подобно дворовым нашкодившим мальчишкам.
– Видимо, Айс их прищучил, – сказала Тоня уже после. Мы спускались на первый этаж, планируя взять вещи в гардеробе и уйти по домам.
– Я в шоке, девочки, – призналась, сжимая лямку рюкзака. В один миг мне стало все равно на имя врага, на его причины очернить меня. Эта ситуация показала многое, в ней даже были плюсы. Например, я узнала истинные лица своих одногруппников. Или вот… убедилась, что Максиму плевать на слухи, чужое мнение и людей. Для него важны только личные чувства, для него я была важна любой, пусть и со шлейфом черных клякс, тянувшихся следом.
А еще я внезапно осознала, что не хочу быть идеальной. Не хочу иметь образ королевы, лучшей из лучших. Я хочу быть обычной, как все, и не бояться замарать руки, оказавшись втянутой в какую-то бредовую ситуацию.
Спустившись на первый этаж, мы заметили Ледовского. Он сидел на стуле, привлекая к себе внимание студентов. Я встретилась с ним взглядом и замерла. В его глазах был целый мир. Все, что только возможно: лазурное летнее небо, безмятежные пушистые облака, первые распустившиеся одуванчики, напоминающие солнце и меня саму. Верно, я увидела в его глазах себя, свою глупую робеющую улыбку, что никак не хотела сползать с лица. Наверное, это действие мужского обаяния или же я окончательно втрескалась в Макса. Других доводов у меня не было.
Заприметив меня, он поднялся и походкой кота – победителя прошел по холлу, останавливаясь напротив.
– Я заждался.
– Вот как? – я смущенно прикусила губу. Сердце медленно таяло под столь пристальным взглядом, превращаясь в сладкую карамель.
– Я подвезу тебя, – озвучил Максим далеко не предложение. Он никогда не спрашивал, если чего-то хотел. Подобные вещи для него попросту были неприемлемы.
– Какой ты наглый, – буркнула Тоня.
– Я уже сочувствую Волкову.
– Что? – прикрикнула Миронова.
– Я сейчас пальто возьму, подождешь меня? – спросила, робея. Надо было поскорей уезжать, пока Тонька не устроила шабаш ведьм. Она ведь могла.
– Эй, – Миронова дернула меня за локоть, провожая строгим взглядом Макса. Кажется, она ему не очень-то доверяла. С другой стороны, подруга в целом была мнительной.
– Переживаешь из-за Волкова?
– Ой, да к черту его. Слушай, – Тонька чуть наклонилась, и ее парфюм с яблочными нотками повис в воздухе. – Ты же помнишь наше самое главное правило?
– Какое еще правило?
– Чтобы ни случилось, мы должны быть счастливы, – деловито заявила она. Я прыснула, вспоминая, как с пеной у рта Миронова накидывала минусов в корзину Максиму. Перемены явно на лицо и довольно положительные.
– Да ну?
– Мне понравилось, как он сказал, что заставит того парня встать на колени. Это было круто, – прошептала Тоня мне на ухо.
– О чем вы там шепчетесь? – обиженно надула губки Оля.
– О Волкове, – ответила за меня Миронова. Затем подмигнула и, так сказать, отпустила в дальнее плавание. Впервые в жизни я ощутила нечто невероятное – ту самую поддержку друзей, о которых слагают строки в книгах.
Подойдя к женщине, что принимала жетоны с номерами, я оглянулась и произнесла шепотом, смотря на подруг: «Спасибо».
* * *Макс открыл передо мной дверь своей машины и жестом показал, чтобы я садилась. До парковки мы шли молча, просто держались за руки и ловили на себе многочисленные взгляды. И хотя я частенько была в центре внимания, сегодня оно отличалось. На лицах студентов читалась зависть, но они не решались озвучить свое негодование. Теперь не решились. Ведь я стала официально девушкой парня, за которым тянулся шлейф самых разнообразных слухов. Что ж, кажется, мы друг друга стоили.
– Домой? Или… – Максим сел на водительское сидение и посмотрел на меня в ожидании ответа.
– Или? На край света?
– Край света – так край света, – он улыбнулся, и я почувствовала, как щеки вспыхнули от смущения. У него была слишком очаровательная улыбка.
– Ого! Ты знаешь дорогу до края света?
– Ну да, – Макс завел мотор, и мы двинулись с места. Я понятия не имела, о каком месте шла речь, но сейчас это не имело значения. Главное вместе, и пусть бы дорога заняла целую вечность, пусть бы мы попали в пробку и простояли там множество часов подряд. Я вдруг поймала себя на мысли, что безумно соскучилась по этому самоуверенному парню, который тридцать первого декабря вызывал во мне ужасающие чувства, а теперь заставлял бабочек в животе парить, демонстрируя свои разноцветные крылья.
– Это так забавно, – произнесла вслух. Мимо мелькали городские пейзажи, сквозь мрачные нависшие тучи прослеживались лучи солнца. Кажется, оно рвалось в наш мир, кажется, я так давно его не видела.
– Что именно?
– Что парень, который заныкал мой дневник, теперь хочет увести на край света. Это очень забавно.
– О, ты мне еще много желаний должна. Как я мог забыть? – воскликнул Макс.