Шёл бы ты к лешему… (СИ)

Дарвальд достал из-под ворота рубашки бусину и сжал ее в пальцах.
Искренние чувства… Что это? Имеются ли они у Ведьмака вообще? Он уже смирился со свадьбой, да и отношения с Русленой перешли в новую фазу, только достаточно ли этого? А, может, пустить все на самотек? Ведь скольких проблем удастся избежать…
Ведьмак тряхнул волосами и сжал кулаки.
Нет. Такой вариант его не устраивает. И не только оскорбленная гордость выступала против такого решения, а имелось что-то еще, там, глубоко внутри, о чем Дарвальд не хотел думать, но что упрямо тянуло свои тоненькие росточки к поверхности.
— Руслена, — робко позвал он.
Никакого ответа. И даже жемчужина осталась совершенно холодной. Принц разочарованно прикрыл глаза.
— Наплевать на чувства! У меня есть и другие возможности, и, кажется, пришла пора кое-кого с ними познакомить!
Раздраженно засунув жемчужину за ворот, Дарвальд направился прямиком к покоям брата.
— Варлекс, открой, — Ведьмак громко стукнул кулаком в дверь.
— Нашел? — Лексаш широко распахнул дверь и пропустил принца в комнаты.
— Нет, но, думаю, что у меня это не займет много времени, — лицо Ведьмака скривила злая усмешка. Он пихнул брата плечом, входя в его комнату.
— Ты на что намекаешь? — Варлекс попытался изобразить оскорбленную гордость, но Дарвальд ему не позволил.
— А я не намекаю, я прямо говорю, что только ты виноват в исчезновении моей невесты. И лучше бы тебе добровольно вернуть ее во дворец, — принц по-хозяйски сел на ближайшее кресло.
— Может, у тебя имеются и нужные доказательства? — теперь Лексаш сменил тактику и язвительно усмехнулся.
— А зачем мне они? Сейчас ты мне сам все расскажешь, — руки Дарвальда начали наполняться магией.
Варлекса показательные выступления нисколько не напугали. Он демонстративно развалился в кресле напротив брата и скрестил на груди руки.
— О чем? Уж не о том ли, как сладко было мне целовать губы русалки в то время, когда ты бегал всклокоченной курицей по дворцу? И, знаешь, она не возмущалась. А самое приятное в этом, что мне даже не пришлось прибегать к своей магии.
— Ты лжешь! — Дарвальд стремительно вскочил и схватил Варлекса за грудки.
— Мне поклясться? — совершенно безэмоционально произнес Лексаш, даже не делая попытки вырваться. Это сразу же охладило пыл Ведьмака. он понял, что Варлекс специально выводит его, чтобы контролировать магию было сложнее, а сам в это время полностью концентрируется.
— Руслена сегодня же должна вернуться во дворец. Я не позволю позорить свое имя.
Дарвальд выпустил одежду Лексаша из пальцев и отошел от него.
— Извини, братец, но ничем помочь тебе я не смогу. В таких играх каждый за себя. А свое уязвленное самолюбие ты как-нибудь успокоишь.
— На что ты надеешься? — Дарвальд хмуро взглянул на кузена. Он видел, что брат настроен был решительно, значит, их разборки могут закончиться весьма плачевно для кого-то одного. В себе Ведьмак был уверен, но калечить кузена не хотел. Пока не хотел. Ведь есть еще и второй путь.
— На свою исключительную неотразимость. Или тебе до сих пор сложно поверить, что между троном и чувствами не все выбирают очевидное?
— Варлекс, какие чувства? Да я охотнее поверю, что у тебя с Дивленой больше взаимности, чем с моей невестой. Так зачем тебе это? Что ты пытаешься доказать? — Ведьмак удивлялся сам своему терпению. Ведь всего каких-то пять минут назад он готов был брату шею свернуть, а сейчас совершенно спокойно выслушивает его далеко не приятные откровения.
— Тебе не понять, ведь ты привык быть примером для подражания во всем, — голос Варлекса заледенел.
— Так это все из-за детского комплекса младшего брата? — иронично усмехнулся Дарвальд.
— Не только. Руслена сама по себе стоит того, чтобы за нее побороться, — Лексаш понял, что несколько увлекся с признаниями.
— А как же твое обручение? — Ведьмак успокоился окончательно, он хорошо понял, что за игру ведет братец.
— Это? — Варлекс вытащил шнурок с бусиной. — Я легко могу разорвать помолвку хоть сейчас.
 
— Неужели?
— Сомневаешься? Ведь это просто традиция, — вопреки своему заявлению, бусину Лексаш снимать не стал, а лишь сжал в пальцах.
— Скрепленная магией, между прочим, — Дарвальд достал и свою жемчужину, бережно проведя по ней пальцем.
— Да какая там магия! Уж тебе-то должно хватать здравого смысла, чтобы понять, что таким способом можно удержать разве что деревенского пастуха? — Варлекс убрал жемчужину на место, а принц усмехнулся.
— Я бы на твоем месте так открыто с судьбой не играл.
— Веришь в кару небес?
— Можно и так сказать, — Дарвальд вспомнил клубочек в руках Дивлены и глубоко выдохнул. Теперь, когда Варлекс почти не скрывал своих намерений, он очень хорошо понимал слова русалки. И догадывался, что в этот раз Варлекс сам себя переиграл, подарив Дивлене магическую нить.
— Боюсь тебя разочаровать, но это все фикция, — Лексаш не знал мыслей принца, а потому лишь ответил на слова.
— Я даже не стану продолжать этот разговор. Ты уже проиграл. И мне даже нисколько тебя не жаль.
  
Глава 43
 
— Ну и чего ты здесь разлеглась? — по моей щеке звучно проехалась холодная скользкая ладонь.
— Матушка? — сонливость, навеянная зельем, тут же испарилась, позволяя мне разглядеть свою спасительницу.
— А ты кого ожидала? Принца на белом коне? — поддразнила меня мать.
— Валдеш предпочитает черных скакунов, под цвет своей магии, — вяло отшутилась я, все еще не придя окончательно в себя.
— Это да. Кстати, мне придется тебя огорчить. Вряд ли у твоего жениха хватит смелости даже самому себе признаться в своих чувствах, а уж воспользоваться моей подсказкой он и вовсе не решится. Во всяком случае, не сейчас. Так что можешь не ждать.
— Ты разговаривала с ним? — я смущенно потеребила край простыни.
— Да. Как раз перед тем, как отправиться на твои поиски, — матушка оглядела комнату и пренебрежительно фыркнула.
— И где он сейчас? — мне было непросто задавать такие вопросы, но очень уж неспокойно было на душе.
— Полагаю, что выясняет отношения с моим женишком, — поделилась матушка своими предположениями, вызвав у меня волну паники.
— Ой!
— Не переживай, до кровопролития у них вряд ли дойдет, — легкомысленно отмахнулась от моих страхов мать.
— С чего такая уверенность? — я так быстро успокоиться не могла.
— А у меня есть одна вещица, которая позволяет делать такие выводы с высокой степенью вероятности.
Мать зашарила в карманах, что-то там выискивая. Я с интересом уставилась на руки матушки.
— Что это? — мое сердце сразу же забилось быстрее, стоило мне увидеть клубок.
— Это подарок Варлекса. Не правда ли, хорошенький? — клубок поднесли прямо к моим глазам и руки мои затряслись.
— Но это же… это же…
— Алконост, ты угадала.
Клубок мне в руки не дали, а вот полюбоваться издали позволили вдоволь.
— Ты уже пробовала? — я даже дышать боялась рядом с таким чудом.
— Конечно. Знаешь, как легко такая ниточка ложится? И за это я твоего мага поблагодарила, — матушка еще немного полюбовалась на клубок и убрала его на место.
— Как? — в моей голове сразу нарисовались весьма откровенные сцены.
— Словами, — хохотнула матушка, наслаждаясь ситуацией.
Какие все-таки русалки противные!
— И что теперь? — я постаралась сдержать свое раздражение.
— Теперь мы покинем это уютное гнездышко, у нас совсем другие планы. Ты будешь ждать, пока твой Ведьмак созреет для любви, а я начну потихоньку выплетать новое полотно.
 
— Но ведь русалки не могут влиять на свою судьбу? — я глупо хлопала ресницами, не понимая, как матушка планирует извлечь выгоду для себя.
— А я и не буду. Я просто свяжу Варлекса с его нареченной, и кто будет в том виноват, что ею совершенно случайно окажется одна скромная и тихая русалочка?