Красавчики из френдзоны (СИ)

Клыкастая улыбка друга развеяла часть моих опасений. Но только лишь часть.
* * *
Вернувшись в общежитие и застав измученных новыми подлянками соседок, вспомнила, что в этот раз не проверила свой шкафчик. Разбираться с водопадом записок с утра не очень-то и хотелось, поэтому я развернулась и поспешила обратно в учебный корпус.
Да, уже довольно темно. Да, Сириус где-то рыщет озлобленный с пустыми руками, но выскребсти шкафчик надо. А может, я просто очень хочу застать младшего Альтенайра с поличным. Тогда-то неизвестная магия спадет? Тогда-то я смогу во всеуслышание заявить о маньяке?
Осторожно, стараясь не издавать лишнего шума, поднялась по ступенькам на крыльцо, приоткрыла входную дверь… и тут же ее захлопнула.
Шкафчик мой располагался в самом конце коридора первого этажа, аккурат напротив двери. И сейчас рядом с ним кто-то сидел. Этот некто подсвечивал себе фонариком, потому я так быстро определила его местонахождение.
Какие отчаянные. Поздний вечер на дворе, а они вместо отдыха заваливают меня записульками с угрозами.
Нет, правда на моей стороне, и в этот раз я решила действовать более рискованно, верно? Ага, так и есть.
— Эй, ты! — вновь распахнула я двери и уверенной походкой двинулась к нарушителю по длинному коридору.
Свет фонарика не погас, не ускользнул. Мое появление никак не смутило незнакомца. Он продолжил шебуршать, заставляя меня ускориться и до боли закусывать губу.
Это не Сириус. Волосы рыжие. Файер. Но и не Ойя. Оттенок намного светлее.
Только сократив расстояние между собой и нарушителем до пары метров, я узнала его. В самом деле, однажды мы уже встречались ранее. Седьмого сентября. Именно тогда Ойя отколошматил его на глазах всех моих однокурсников за оскорбительное послание в мой адрес.
— Ты чего здесь делаешь? — как можно строже поинтересовалась я.
Стихийник поднял на меня глаза, подтянув к себе сумку доверху набитую записками.
— Прибираюсь, — последовал ответ.
— Прибираешься? — уточнила на тот случай, если расслышала неверно. Кивок файера изумил еще сильнее. — Зачем?
— Рин… попросил.
— Попросил или заставил?
— Послушай. — Складочка пролегла у парня на лбу. — Это я ту записку с утра оставил. Но не думал, что всё настолько серьезно.
Непонимающе захлопала глазами. Интересно, что же такое наплел ему Рин, что один из моих ненавистников резко переквалифицировался в уборщика?
— Я думал, ты внимания их добиваешься, чтобы поддержкой заручиться. Ну, ты же белая. В смысле, нейтралка, — поспешно исправился файер. — Но если вы впрямь так близки, кто же будет радость у кумиров отнимать? Я хотел сказать, что… мы, вроде как, неправильно друг друга поняли, да?
— Наверное, — пробубнила под нос, переваривая услышанное.
Говорила же я, что Рин на мордобоях не специализируется. У каждого свой подход. И этот подход мне, несомненно, нравится больше.
— Я всё убрал.
Поднявшись с корточек и захлопнув мой шкафчик, файер провел какие-то манипуляции с замком, нагрев его добела и вернув к исходным параметрам.
— Завтра займусь тем же, если ты не против.
— Как тебя зовут?
— Чейн.
— Чейн, ты… не надо. В следующий раз сама справлюсь. Спасибо.
Стихийник неловко помотал головой из стороны в сторону, подхватил набитую макулатурой сумку и, шаркая подошвами, отправился восвояси.
Еще некоторое время, стоя в темном коридоре, я потратила на то, чтобы обдумать сегодняшний день. Пусть некоторые события повторились, многие претерпели большие изменения. Как эти изменения повлияют на историю в целом и поимку Сириуса в частности — пока остается загадкой.
— Клянемся! — четыре руки легли одна на другую. Моя маленькая светлая ручка поверх крупных смуглых ладоней мальчишек. — Быть друзьями всю жизнь, пока смерть не разлучит нас!
— Какая-то странная клятва, не думаете? — Миши поморщил нос.
— Нормальная клятва, — немедленно возразил ему взъерошенный Ойя. — Я ее в фильме одном подсмотрел. Блин, теперь из-за Миши сначала начинаем.
 
Коллективный раздраженный вздох, и террер сложил губы трубочкой. Мол, ничего теперь по поводу клятвы не скажет. Я это так поняла.
— Клянемся! Быть друзьями всю жизнь, пока смерть не разлучит нас! Быть вместе в горе и в радости!..
— Тут что-то не так, подождите, — теперь сам Ойя обнаружил ошибку в тексте на листочке. — Секундочку. — Две стрелки вырвались из-под карандаша, меняя пару строчек местами. — Вот, сейчас точно всё нормально. Давайте.
— Клянемся! — заголосили мы еще пуще прежнего. — Быть вместе в горе и в радости! Быть друзьями, пока смерть не разлучит нас!
Какая глупая клятва. Детская и глупая, но почему-то я верила в ее силу до сих пор.
  
Глава 3. Коттедж на берегу моря
 
Зная наперед, что произойдет на следующее утро, предусмотрительно завела будильник на более раннее время, дабы предотвратить проникновение стихийниц в комнату. Аж на четыре утра перевела и не прогадала. В половину пятого раздались долгожданные шепотки за дверью.
Припугнув девушек стуком по той же двери и убедившись в том, что нервный срыв соседкам не грозит, перевела будильник на пару часов вперед и легла досыпать.
* * *
Предупрежден — значит вооружен. Однако всегда стоит помнить для чего именно я предупреждена и вооружена. А также о том, что изменив определенные события, я не искореню проблему. Я лишь перенесу ее на остальных, иногда на более дорогих мне. Таких, как…
Отрешенно я взглянула на пустующее за партой место Карамелиты. Может, приболела? Внепланово. Простудилась, аллергия началась… неожиданная. До последнего отказывалась верить в то, что третья жертва Сириуса, благодаря моему расчудесному вмешательству, изменилась. И на кого? На Карамелиту? Серьезно? Как их с Сириусом пути могли вчера пересечься? Мне даже предположить такое трудно.
Стиснув кулаки, направилась к виновнику. Что я могла ему предъявить? Ничего не могла. Но эмоции требовали выхода.
У меня подруга пропала!
— Сириус! — схватив сидящего за партой старосту прямо за воротник, тряхнула его, сколько сил хватило, и уставилась в лживые, лицемерные глаза. — Где Карамелита?
Метаморфозы в моем поведении не только самого Альтенайра застали врасплох, но и однокурсников. В образовавшейся тишине я слышала только свое ритмичное сердцебиение под аккомпанемент похрапывавшего за учительским столом Эйприла Лангью.
— Я не знаю, — удивление на лице Сириуса так и подмывало прописать нейтралу по первое число.
— Знаешь, — встряхнула еще разок. — Знаешь! Ты же… — «…сам ее и отловил!» — …староста нашей группы. Наверняка, тебя оповестили, что она приболела. Или переехала. Или отчислилась! Или… или да что угодно!
То ли в меня Ойя вселился, то ли нервы мои в одночасье не выдержали и со звоном лопнули.
Мне страстно хотелось выместить всю накопившуюся по вине Сириуса злобу. Прямо здесь и сейчас. Но осознав весь идиотизм сложившейся ситуации, отпрянула от старосты и вернулась за свою парту. Рядом с пустующим местом Карамелиты.
Настанет день, и этот экспериментатор недоделанный за всё мне ответит. Обязательно настанет. Уж тогда я нисколько не поскуплюсь на эмоции.
Еще и родителями моими почившими вздумал прикрываться! За живое задеть решил, но не выйдет. Ничего у тебя не выйдет, а все твои затеи изначально обречены на провал.
Теперь смысла оттягивать наше с красавчиками сожительство под одной крышей не было. Моя подруга со мной не переедет. Уже не переедет.
 
Об этом я ребятам и сообщила во время обеда. Разумеется, умолчав об истинной причине отсутствия нейтралки в академии. Магия не позволила чужеродная, чтоб ее.
Кстати о переезде. По словам Рина, он уже отыскал нам замечательный коттедж на берегу игнипортского моря. Для аквера выбор неудивительный, учитывая, что Рин, так же, как и Ойя, в полной мере обучился владению формой мифа. Поплавать ему хочется в свободное время, хвост поразминать.