Поклянись, что никто не узнает... (СИ)
Не глядя беру первую попавшуюся бутылку вина, рассчитываюсь и иду дальше, оказываясь на мосту. Шум летящих мимо машин хоть немного заглушает эти роящиеся в голове мысли. Темнеет и становится слишком холодно. Смотрю на бутылку вина в своих руках и вздыхаю. Надо было брать что-то покрепче… и штопор. Стираю с лица слёзы и, подавшись внезапному порыву, усаживаюсь на перила. Вода всегда успокаивала меня… Но сегодня темнеющая внизу водная гладь не справляется с моей душевной бурей. Ледяной ветер хлещет по щекам, бросая в лицо первый мокрый снег. Он выбивает из моей головы все мысли до последней, оставляя взамен только боль и пустоту… Ксюша, как же ты могла?
- Эй, малышка, - слышу настороженный женский голос. - Надеюсь, ты не собираешься прыгать?
Оборачиваюсь и вижу молодую женщину ненамного старше меня. Она медленно подходит, и я слезаю с перил, чтобы не пугать человека без причины.
- Нет, не собираюсь. Слишком много чести, - хмуро отвечаю ей.
Женщина вздыхает, вытаскивая из кармана красной меховой жилетки пачку сигарет, и протягивает мне одну. Не курю, но сегодня особенный день, мать его! Надо отметить красным цветом в календаре, чтобы не забыть! Подкуриваю и захожусь кашлем с непривычки.
- Что случилось? - выдыхает моя неожиданная гостья вместе со струей дыма.
- Жизнь случилась, - горько усмехаясь, отвечаю ей и делаю затяжку. - Хотя это не жизнь, а сплошное блядство.
- Понимаю, - усмехается она, и я окидываю подозрительным взглядом ее короткую кожаную юбку, ботфорты и яркий макияж. - Марина.
Женщина протягивает мне руку, и я пожимаю ее.
- Элиза.
- Красивое имя.
- Спасибо. Штопор есть? - выдаю я, демонстрируя бутылку вина, и Марина, к моему удивлению, достает из розовой лакированной сумочки раскладной нож со штопором.
- Клиенты разные бывают, - произносит она в ответ на мой удивленный взгляд, и теперь я не сомневаюсь, что передо мной представительница древнейшей профессии…
Беру штопор и пытаюсь открыть бутылку. Марина молчаливо наблюдает за моими потугами, а потом отбирает ее.
- Эх, молодежь, - приговаривает она, ловко вытаскивая пробку и всучивая бутылку мне. Предлагаю ей, но Марина отрицательно качает головой. - На работе не пью.
Я вздыхаю и делаю пару глотков. Алкоголь дарит долгожданное тепло, но лишь на мгновение. Вспоминаю о предательстве Ксю, и на глаза снова наворачиваются слезы.
- Ну, рассказывай, что произошло?
Вы всерьез думаете, что я сейчас начну изливать душу совершенно незнакомому человеку? Пф!
- Я застала лучшую подругу с мужчиной, в которого вроде как была влюблена…, - залпом выдаю я, снова делая глоток.
- Классика, подруга, - выдыхает Марина очередную струю дыма. - А все потому, что бабы по своей сути сучки еще те. Только увидят симпатичную задницу и все, сразу дружба вся пропадает. Знаешь, у меня была аналогичная ситуация.
- Правда? И что ты сделала?
- Я вырвала ей космы, а ему дала по яйцам. Правда меня потом в обезьянник закрыли, но поверь, это того стоило!
- Я не могу дать по яйцам своему преподу, мне в этом институте учиться еще три года.
- Оу, пикантная ситуация, - хмыкает Марина. - Ну, тогда вырви этой своей подруге космы.
- Не хочу, - вздыхаю я. - Я не собираюсь мстить, поверь, месть не приносит удовлетворения. Только пустоту в душе… Я просто чувствую себя очень одинокой сейчас. Знаешь, каково это терять близких людей? Сначала папа, теперь Ксю… Все, кого я люблю, исчезают из моей жизни. Вот и Тим скоро переедет… А знаешь каково это, когда рушатся все твои представления? Когда думаешь, что семья — это навечно, что дружба — это святое, что любовь — это на всю жизнь. Стремишься к этому, а тебя просто каждый раз бац и мордой об асфальт. Хотя я сама дура еще та, Тим прав. Чувствовала ведь в глубине души, что Паша ко мне несерьезно относится, но закрывала на это глаза. За мечтой видите ли гналась! А Алёнка оказалась права. Некоторым мечтам лучше оставаться мечтами…
- Ты должна радоваться, малышка, что твой препод и подруга спалились. В жизни главное вовремя избавляться от ненужных вещей. Забей на эту стерву. Мужика нового найдешь. Увы, они все думают одним местом, смирись с этим. Как говаривала моя ныне покойная бабуля: «Весь мир бардак — все люди бляди».
- У тебя была, эм… мудрая бабуля. Но не все люди такие, Марина. Мой брат не такой. Он любил девушку, но она видимо отшила его. И он целый год ни к кому не прикасался.
- А твой брат случаем не гей? - с сомнением протягивает она, и я отмахиваюсь.
- О, нет, он не гей, я проверяла.
Марина давится дымом.
- Смотрю у вас с братом близкие отношения, - откашливаясь произносит она, и я понимаю насколько странно сейчас прозвучали мои слова.
- Он мой сводный брат, - тут же спешу исправить положение я. - Он один такой необыкновенный. Исключение из правил, а остальные все другие. Марина, ты не представляешь насколько он чудесный. Самый красивый, самый умный, самый добрый…
- Кажется, кто-то втюхался по самые помидоры, - протягивает она, хитро прищуриваясь.
- Я не могу в него втюхаться, Марина. Он мой брат, и я даже думать об этом не имею права.
- Сводный брат, - ухмыляется она.
- Все сложно…
Замолкаю, делая глоток вина, пытаясь отвлечься от волнующих мыслей, но это мне не удается…
- Знаешь, Марина, а ты права. Будем считать, что сегодня родилась новая я! Я вступаю в новую чертову жизнь! И первым делом избавлюсь от всех ненужных вещей!
Вновь усаживаюсь на перила, делаю глоток вина и пихаю полупустую бутылку в руки Марине. Уверенно срываю с пальца кольцо, которое подарили мне родители до того, как разрушили нашу семью.
- Никогда не выйду замуж! К черту семейные ценности! - кричу во все горло, и кольцо стремительно летит в пучину речной воды.
- Аминь, сестра, - проговаривает Марина, все же делая глоток.
- Никогда больше ни с кем не подружусь! К черту дружбу!
Сдираю с запястья браслет дружбы, который Ксю сплела мне десять лет назад, и который я как дура таскала не снимая, и он следует судьбе кольца.
- О, да, женская дружба — это миф, малышка!
- Никогда больше не влюблюсь! К черту любовь!
Браслет Паши, то есть Павла Андреевича, словно в насмешку, совершенно не хочет расстегиваться. Справляюсь-таки с проклятым замком, и браслет исчезает в водных глубинах.
- Тут вот даже не чокаясь, - выдает Марина, делая еще глоток.
Осталась последняя вещь, которая совершенно не нужна мне в моей новой взрослой жизни. Вещь, от которой одни только чертовы проблемы. Вещь, без которой мое сердце сейчас бы не разрывалось от боли… Слезаю с перил и подхожу к этой мудрой женщине, пожимая руку с наманикюренными пальцами.
- Спасибо тебе, Марина…, - лепечу слегка заплетающимся языком и ухожу прочь.
- Удачи тебе, малышка! - несется мне вслед, когда я стремительно сбегаю с моста. Теперь я знаю куда мне нужно идти. Пусть все катится к дьяволу. Я больше не буду маленькой невинной овечкой! Молнией взлетаю по ступеням и открываю дверь нашей квартиры. Лихорадочно сбрасывая промокшее пальто и обувь, врываюсь в комнату Тима и уверенно выдаю, глядя в его удивленные глаза:
- Тим, путана Марина была права!
Глава 37
Тим поднимается с постели и сморит на меня так, словно сомневается в моей адекватности.
- У тебя странный круг знакомств…, - успевает он произнести прежде, чем я делаю шаг навстречу. Неуверенно замираю, но затем, резко выдохнув, подаюсь вперед, обхватывая дрожащими руками его шею. Тим выглядит совершенно обескураженным, когда я впиваюсь в его губы поцелуем. Страстным, неистовым, срывая с них сладкий, бесстыдный стон. Он звучит для меня как самая желанная музыка, пуская дрожь по позвонкам. Но Тим вдруг словно приходит в себя. Отталкивает, придерживая за плечи.
- Что происходит? - выдыхает он, старательно пытаясь вернуть себе самообладание, но я не даю ему этого сделать. Вновь обхватываю ладонями его лицо и страстно целую такие желанные губы, мгновенно срывая чертов стоп-кран. Один рваный выдох, и я оказываюсь прижата к его крепкому телу. Лихорадочно шаря ладонями по его спине и груди, освобождаю из плена футболки. Боже, какой же это кайф прикасаться к его разгоряченной коже, скользить кончиками пальцев по рельефу мышц. Невероятно красивый, сексуальный, только мой… Тим отвечает не менее страстно, принимая мои ласки с жадностью. Но в какой-то момент вдруг снова отстраняется.