Исповедь Мотылька (СИ)

Таких дней было не много, но все они были связаны с мыслями о Ви. И о Марине.
Даже сейчас, когда мы едем из аэропорта и ситуация абсолютно не подходящая, я вспоминаю все слова, сказанные Мариной в то утро. Черт знает зачем и почему. За это время она уже успела превратиться в мой голос совести.
— Олег, я думаю… — Диана делает нерешительную, абсолютно несвойственную ей паузу.
— Что-то случилось? — задаю стандартный вопрос, хотя примерно понимаю, о чем она хочет поговорить. Даже странно, что она протянула так долго, а не начала еще в самолете.
— Я хочу понимать, что между нами теперь и в каком формате.
— Разве мы не договорились об этом еще до отпуска?
— Олег, ради бога, — зажигается она, но тут же берет себя в руки. — Я знаю мужчин. К сожалению, не могу похвастать тем, что мое общение с сильным полом всегда было удачным. Если мужчина сам не заводит разговор — это не значит, что он не понимает, это значит — он его избегает.
— Не привык бегать от серьезных разговоров и тем более — от женщин.
Она красиво, нарочито театрально складывает ладони на коленях, как будто мы сидим в ложе оперы, Ане не заднем сиденье моего внедорожника, и дает понять, что раз уж я громко высказался о своей смелости, то она вся внимание и готова слушать.
— Диана, я правда не понимаю, что именно ты хочешь услышать. Нам хорошо вместе, во всех смыслах этого слова. У нас прекрасный секс, ты лучшая любовница, что у меня была.
Она закатывает глаза, давая понять, что ни на секунду не верит моим последним словам. Нафига я вообще это сказал?
— Я не собираюсь тебя прятать. Серьезно, Диана. Мы встречаемся, окей: вместе проводим время, вместе куда-то ходим, вместе посещаем официальные мероприятия, которые есть и в твоем и в моем списке «Не хочу идти, но все равно не отвязаться». Если ты имеешь ввиду других женщин, то не в моих привычках собирать гарем. Если я с тобой, значит — я с тобой.
Она пристально на меня смотрит, как будто пытается понять, что не так. Но правда в том, что я искренен. И искренность, как и любая правда, хороша тем, что к ней невозможно придраться. Даже если я бы точно так же честно сказал Диане, что просто хотел развлечься и не планировал ничего серьезного, ей все равно пришлось бы это принять.
— Мы встречаемся? — зачем-то уточняет она, хотя я все предельно четко объяснил.
Хотя, может, это я придираюсь? Нет ничего страшного в том, что женщина пытается выяснить все и сразу, особенно, если это в будущем избавит мужика от ее непонятных обид, молчания в стену и других фокусов.
— Мы встречаемся, да.
— И как долго ты планируешь со мной встречаться?
— Я предпочитаю не форсировать события.
Что, черт подери, она хочет услышать? Предложение руки и сердца?
— Мне тридцать пять лег, Олег. — Она набирает в легкие побольше воздуха, как будто готовиться выступать с трибуны. — Ты мне тоже очень нравишься. И это я намеренно преуменьшаю, чтобы не выглядеть сопливой девчонкой с влажными розовыми фантазиями. Мне нравишься ты, мне нравится секс с тобой, нравятся наши разговоры и даже то, как мы вместе смотрим фильмы. Ты… блин, идеально мне подходишь!
Диана издает нервный смешок и в этот момент водитель по моей просьбе притормаживает на стоянке и отправляется нам за американо в ближайший кофе-хаус. Без присутствия третьего моя спутница явно чувствует себя свободнее.
— Но как бы ты мне не нравился, — наконец, продолжает она, — я не готова потратить на тебя даже полгода своей жизни, если в конечном итоге окажется, что все это время мы хотели совершенно разного и преследовали разные цели.
— Разве мы уже не говорили об этом?
— Говорили, прости. Но я правда не понимаю, как ты видишь будущее. Мы ведь оба понимаем, что часто мужчины заводят отношения просто ради присутствия женщины рядом. Чтобы она была ради эмоций, ради доступного секса и многих других вещей. Я пытаюсь сказать, что не понимаю твоих планов на наше будущее. И хотела бы услышать их предельно четко и конкретно, прежде чем вляпаюсь в тебя окончательно, Олег Игнатов.
 
С моей стороны было бы полным идиотизмом и дальше делать вид, что я не понимаю, чего она от меня хочет. И в общем Диана не просит ничего заоблачного, наоборот — в очередной раз приятно удивляет меня своим трезвым взглядом на мир и умением доходчиво формировать свои мысли.
Проблема в том, что я вряд ли способен сказать то, что она хочет услышать. И чтобы не обижать ее размытыми формулировками и заходами издалека, говорю все как есть:
— Диана, я не готов сейчас пообещать тебе, что спустя три месяца или полгода, или год наших отношений, я поведу тебя в ЗАГС. Не потому что не рассматриваю такой вариант в принципе, а просто потому что слишком мало тебя знаю. Нам хорошо вместе, но это слишком мало для брака. Прости, но я не из тех мужчин, которые готовы жениться спустя три свидания. Я однажды уже был женат и знаю, чего хочу от брака, у меня нет с этим проблем. Но мне нужно время, чтобы понять, та ли женщина рядом со мной.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Она недовольно поджимает губы, но спустя пару секунд, все-таки согласно кивает. Я бы очень удивился, если бы при всей своей расчетливости, она вдруг заявила, что правда ждала от меня кольцо и приклоненное колено.
— И ты не исключаешь возможность, что спустя три месяца или полгода, может оказаться, что я — не та женщина? — закономерный вопрос.
— Нет, не исключаю. Не все отношения заканчиваются браком.
Еще один сдержанный, вынуждено согласный кивок.
Диана отворачивается к окну и больше не произносит ни звука. Когда возвращается водитель, так же молча берет кофе и нарушает молчание только чтобы еще раз напомнить свой адрес, хотя он и так его знает.
Я понимаю, что от меня ждали что-то другое. Все эти две недели она строила планы на наше общее будущее, хотя лично для меня это дикость — мы ведь почти не знаем друг друга. Сексуальная совместимость и наличие общих тем для разговора — то отличный старт, но фундамент отношений строится на другом, и это совсем не про минет.
— Зайдешь? — предлагает Диана, когда мы притормаживаем около ее дома.
Неожиданно. Я был уверен, что после демонстративной сцены молчания она выскочит из машины, громко хлопнет дверью и на этом наше недолгое, хоть и приятное общение, закончится. Но Это не первый раз, когда Диана ломает мои закостенелые шаблоны о женщинах.
— Мне нужно в офис, ты же помнишь.
Перед самым вылетом позвонила моя умница-помощница и вывалила мне на голову целый ворох проблем, которые без моего личного участия никак не решить. Съездил, называется, в отпуск.
— Тогда жду тебя на ужин, — улыбается Диана, и пока водитель переносит ее чемоданы, вытаскивает меня из машины просто чтобы обнять и прижаться, как будто мы встретились после долгой разлуки, а не провели вместе отпуск. — Приготовлю что-то абсолютно не романтическое.
— Неужели жареную картошку и бутерброды с докторской колбасой? — подыгрываю ее внезапной смене настроения.
— И специально для тебя откопаю кильку, — хихикает как девчонка.
Есть в этой женщине что-то от хамелеона.
— Прости, — уже еле слышно, куда-то как будто нарочно мне в подмышку, шепчет она, и я чувствую, как ее длинные острые ногти впиваются мне в спину через рубашку, — я просто не хочу быть «одной_из». Но торопить тебя больше не буду.
— Пусть идет как идет. — На этот раз я говорю именно то, что она хочет услышать — предложение не форсировать, в котором есть намек на продолжение.
Но когда, наконец, остаюсь один в машине и первым делом звоню в офис, чтобы предупредить о своем приезде (как порядочный «муж» — предупреждаю жену заранее) и мы останавливаемся на светофоре, напротив маленького кафе на площадке торгового центра, я замечаю за столиком знакомую фигуру.
Ви.
Мой мозг словно с разбегу налетает на бетонное заграждение и не срабатывает ни одна подушка безопасности.