Граф Суворов 12 (СИ)
— Да! — тут же услышал я радостные крики товарищей. Вот только праздновать было рано. Противник лишился лишь одного из отростков, в то время как сразу несколько других метнулось в нашу сторону. Но теперь тварь метила не только в меня, но и в стоящих рядом бойцов.
— Берегись! — успел крикнуть я, отскочив в сторону. Жаль приказа послушались не все. Филарет, и несколько пришедших с ним батюшек-капелланов не успели сообразить, что происходит, и на них навалилась псевдоживая масса плоти, крови и костей. И если патриарх каким-то чудом удерживал защиту, то остальные успели только вскрикнуть перед тем, как тварь утащила их к остальной массе.
Подскочив к Филарету, я с размаха ударил по щупальцу, с первого удара отсечь его не вышло, но я не собирался стеснятся и раз за рамами бил в одно и то же место, постепенно прорубая защиту твари. Из лопнувшего щита в меня ударило сразу несколько шипов, один из которых я отбил лезвием, а от второго увернулся. Ещё два взаимно уничтожились с моими защитными конструктами, Доспех из восемнадцати полусфер я держал уже на автомате.
Схватив святого отца под руку, я рывком ушел из-под удара очередного щупальца и тварь взревела сотней глоток, слившихся в жутком диссонансном хоре. Пространство пошло волнами, люди попадали, зажимая уши, я же привычно пустил волну пресса в сторону врага, руша его конструкт.
— Бейте под тварь! Делайте воронки и мины! — приказал я, насильно поднимая людей, а затем подал пример, поставив задержку на взрыватель и пустив гранату прямо под щупальца ползущего в нашу сторону монстра. Взрыв, прозвучавший спустя пару секунд уже под телом монстра, не нанес почти никаких повреждений, но даже это «почти» было куда лучше, чем ничего.
— Не прекращать огонь! Отступаем! — прокричал я, помогая подняться соратникам и одновременно продолжая стрелять по врагу. Батюшки, которых тварь утащила, спустя всего несколько мгновений уже были погребены под слоем жуткой шевелящейся плоти, их крики стихли, а через минуту присоединились к жуткому хору.
Монстр кричал, стонал и выл на сотни голосов, будто пытался передать всем окружающим всю жуть и тщетность своего бытия. Люди падали, хватаясь за головы, их охватывал инфернальный ужас, ломающий привычные мысли и правила. Часть просто бежала в панике, и, честно говоря, это был не худший вариант, их по крайней мере не приходилось вытаскивать нам.
Бойцы первой сотни, никогда не сталкивавшиеся с подобной угрозой, тем не менее действовали слаженно и организованно, по давно отработанной тысячами тренировок схеме. В их глазах я тоже читал ужас, но он не мешал людям выполнять свой долг. Очередь, ударить диском или ядром, оттащить товарища, поставить щит под атаку врага. Отступить, оттащить, перегруппироваться и ударить снова.
— Смещаемся к северу! — приказал я, не прекращая атаки. Наши конструкты не наносили урона плоти твари, не добивали до неё, но не оставались для противника незамеченными. Ядро, ворвавшееся в защитное поле монстра, взаимно аннигилировалось с небольшим участком брони твари, оголяя его неестественное тело.
— Первые! В одну точку, по моему прицелу. Делай как я! — приказал я, показывая пример, и вслед за моей бомбой почти в ту же точку ударило несколько десятков конструктов. Монстр вздрогнул, когда один из дисков рассек его тело, выбив на камни поток смешенной с желчью крови. — Не прекращать! Отошли ударили! И, раз!
Держась перед строем, я отступал последним, вызывая атаки твари на себя и отсекая подвернувшиеся щупальца, как только они лишались защитного слоя. Смесь из плоти и торчащих во все стороны костей, больше напоминавшая не щупальце а шипастую булаву, ударила по месту, где я только что стоял, уйдя в мерзлую землю на полметра. Я ударил мечом в ответ и тут же отступил, не позволяя схватить меня или окружить противоестественными отростками.
— По метке, бьём! — повторил я, пуская бомбы одну за другой. Броня твари медленно, но неуклонно таяла, в хоре голосов чаще слышались стоны боли, Но когда у меня появилось обманчивое ощущение что мы наконец переломили ход схватки и начали побеждать, все щупальца разом вернулись к горе плоти, влившись в сплошное месиво.
— Берегись! Всем отойти! — приказал я, не понимая, чего можно ждать от твари. А в следующее мгновение она ударила, да так, что я едва устоял на ногах, выставив клинок перед собой. Это был не взрыв, не быстро расширяющийся пресс и даже не волна, которую учили использовать высшее командование при окружении. Сотни и тысячи наложенных друг на друга конструктов, словно лепестки в бутоне роз, ударили во все стороны, опрокидывая и сметая наши ряды.
Кто-то успел сообразить, что происходит и рухнуть на землю. Несколько человек, взяв с меня пример, выстояло, держа проводящие клинки перед собой, но большую часть первой сотни раскидало на десятки метров. Хуже того, удар твари был совершенно хаотичен и разошелся во все стороны, не только снеся почти все палатки в радиусе километра, но и повредив неосторожно приблизившиеся суда.
— Собрать выживших! Отступайте, я прикрою! — приказал я, но даже спиной чувствовал, что мои ребята никуда не собираются. Мальвина, Ангел, Таран, Хорь и даже с трудом поднявшаяся Инга. А еще рядом остался мрачный Филарет и несколько сильнейших его капелланов, продолжающих бесполезный обстрел чудовища.
— Убирайтесь! Вы мне мешаете! — приказал я, не отвлекаясь от схватки с монстром. — Или хотите, чтобы, отвлекаясь на вас я погиб?
— Умрешь, можешь домой не приходить! — зло крикнула Мария, подхватив сопротивляющуюся Ангелину. Более разумная Инга ушла сама. Таран отошел последним, и через десяток секунд мы с Филаретом остались против твари вдвоем.
— Отступайте, ваше святейшество. — сказал я, отбив выпад щупальца огненным клинком. Кажется, тварь обучалась, ведь теперь она била несколькими отростками по очереди, давая себе время на восстановление защиты. — Не стойте под рукой.
— Мой щит тебе пригодится. — мрачно ответил Филарет, отбивая атаку монстра буквально голыми руками. — К тому же, как я могу оставить в одиночестве святого воина, защитника православной церкви и магистра первого рыцарского ордена за тысячу лет. Да еще и наследника империи. Нет уж.
— Издеваетесь. — понял я по тону, но отказываться от столь мощной защиты и в самом деле было глупо. Конструкты монстра и Филарета были одной природы, святой отец легко выдерживал их столкновение и не оставался в долгу. Я далеко не сразу сообразил, что происходит, но в какой-то момент прямо в теле твари появилась каменная стрела, ударившая пробившая почти полутораметровый слой плоти.
Монстр замедлился, всего на секунду, но мне этого хватило чтобы подскочить и нанести несколько быстрых выпадов, прорубая защиту и отсекая одно из особенно надоедливых щупалец. Нестройный хор голосов взвыл от боли и обиды, тварь втянула все оставшиеся отростки, мгновенно восстановив защиту, но мы с Филаретом уже были готовы к подобному трюку.
— За меня. — приказал патриарх, и я не споря встал ему за спину. Тварь взревела, одновременно ударив сотнями конструктов во все стороны, но всё что было направлено в нашу сторону разбилось о защиту Филарета, словно морские волны о скалу. — Он слабеет. Не дайте монстру получить новые тела!
— У него течет кровь, а значит его можно убить. — усмехнулся я, и выйдя из-за спины патриарха ударил многократно усиленным огненным лезвием. Броня, лишившаяся части энергии после ударной волны, просела под лезвием, разошлась в стороны, словно тало масло от раскаленного ножа, но тварь умудрилась в очередной раз нас удивить.
Резко подобравшись, она выкинула из своего тела несколько щупалец, но вместо того, чтобы атаковать нас, ударила ими по земле и подпрыгнула, разом преодолев несколько десятков метров. Мне оставалось только выругаться и бросится следом.
За два рывка я оказался рядом и ударил по выпущенной многосуставчатой лапе, больше всего напоминающей сейчас ногу паука. Подсек её, и та провалилась под собственным весом, но монстр удержался на десятке других конечностей. Почти не снижая скорости, он несся в сторону палаток, из которых спешно эвакуировали пациентов. Каким-то жутким, потусторонним чутьем он ощущал нахождение живых людей и стремился как можно скорее поглотить их.