Жена по ошибке, или Сорванный отбор (СИ)
Как и советовал мне господин Вилфорт, я покладисто соглашалась выполнить все требования господина Аррдина. Выучила речь, несколько раз повторила то, что могу сказать журналистам. Подписала странный документ, который мне не дали прочитать. Даже сдала кровь для какого-то дополнительного анализа перед завтраком. Я угадала, та женщина, что приносила мне еду, и впрямь имела отношение к медицине. Она, кстати, сопровождала нас на совещание, как и еще десяток сотрудников и многочисленная охрана.
Хотя аэрокар господина Аррдина был очень большим, в нем летели только он сам, мы с Егором, пилот и пара охранников. Остальные сопровождали нас на еще трех аэрокарах. Я сидела рядом с Егором и от волнения мяла подол легкого цветочного платья. Эту легкомысленную одежку со множеством рюшечек мне принесли с утра, и хотя я думала, что на совещении нужно выглядеть более официально, возражать, конечно, не стала.
Егор о чем-то вполголоса докладывал господину Аррдину, тот благосклонно кивал. Я смотрела в окно и делала вид, что их разговор мне совсем не интересен. Впрочем, я в любом случае не понимала, о чем шла речь. Правда, когда мы уже почти прибыли на место, Егору пришло какое-то сообщение, явно повысившее его настроение. Он оглянулся на меня, потом, видимо, решил, что я снова ничего не пойму и, повернувшись к господину Аррдину, радостно отрапортовал:
— Наконец-то пришел ответ, теперь есть подтверждение, что архив полностью уничтожен.
— Ты уверен, что информация достоверная? — господин Аррдин испытующе посмотрел на него.
— Абсолютно, вы же понимаете, я не от своего имени делал запрос, — и Егор снова покосился на меня.
Я очень старалась не выдать себя и все так же безмятежно любоваться на проплывающий внизу город. Речь явно шла об архиве, который хранился у моей мамы. Значит ее все-таки нашли люди, связанные с Егором. Я от всей души надеялась, что с мамой все в порядке. Она у меня слишком идейная и принципиальная, вряд ли она отдала документы посторонним людям добровольно.
К счастью, долго переживать мне не пришлось, мы наконец прибыли на место.
Дворец сената был одним из тех самых летающих зданий, о которых рассказывала Эйрина. В другой раз мне было бы безумно интересно рассмотреть его со всех сторон, но сейчас я даже толком не увидела, сколько в нем этажей. Мы приземлились на огромной круглой крыше, где уже было припарковано множество аэрокаров.
Стоило нам выйти из аэрокара, как нас тут же окружили журналисты. От неожиданности я отпрянула, и Егор тут же притянул меня к себе, обняв за талию. Сам он нисколько не стеснялся камер, улыбался и уверенно шел вперед. Мне было неудобно идти с ним а обнимку, но я не могла ничего поделать, он слишком крепко держал.
— Улыбайся, Лиза, — прошипел он мне на ухо, — не хватало еще, чтобы подумали, что мы тебя насильно сюда привели.
— Я просто волнуюсь, — прошептала в ответ я.
— Постарайся, если господин Аррдин останется недоволен, мало нам не покажется.
— Хорошо, — вздохнула я, вспомнив, что господин Вилфорт велел соглашаться со всеми требованиями господина Аррдина. Он, кстати, шел поодаль от нас и тоже улыбался и с удовольствие позировал для камер.
Нас с Егором сопровождали двое охранников, и еще один его помощник указывал путь. На лифте мы спустились на три этажа вниз, и по широкому закругленному коридору прошли сквозь несколько светящихся арок. Насколько я помнила из материалов о Теу-Рикане, такие арки служили не для красоты, а для безопасности. В торговом центре, кстати, я тоже их видела, правда не в таком количестве.
Мы еще не дошли до зала заседания, как навстречу господину Аррдину метнулся какой-то мужчина в деловом костюме и что-то тихо сказал ему, отчаянно при этом жестикулируя. Я разобрала лишь несколько слов: “внезапно поменяли”, “открытое заседание”, “в последнюю минуту”, “император одобрил”.
Господин Аррдин недовольно нахмурился, но потом махнул рукой и раздраженно произнес:
— Ему же хуже. Сам напросился, пусть позорится в прямом эфире.
В конце концов, нас провели в огромный зал, похожий на театральный. Только вместо сцены здесь был расположен длинный полукруглый стол, за которым сидело человек десять, а “зрительный зал” был разделен на отсеки прозрачными пластиковыми стенами, и каждый отсек вмещал по пять-десять человек. Тут мы окончательно разделились с господином Аррдином, который занял свое место за главным столом. С огромным облегчением я увидела, что там уже сидит господин Вилфорт. Центральное место занимал Глава сената господин Фаррел, которого я лишь однажды видела в новостях, но сразу узнала по пронзительному взгляду синих глаз. Значит мероприятие, действительно, было очень важным, все-таки господин Фаррел — это второе лицо на Теу-Рикане после императора Ренсенна, который, впрочем, предпочитал основное время проводить на Ли-Кан-Танне.
Егор потянул меня к местам в “зрительном зале”, людей там было очень много, видимо это и означало “открытое заседание”. Приглядевшись, я сначала заметила среди присутствующих Алису, так как ее ярко розовые волосы выделялись на фоне остальных, а уже рядом с ней я обнаружила Янга, Эйрину, Марсию и даже доктора Ласси и Эйну Штерн.
Вот только охранники не позволили мне подойти к ним, и мы с Егором сели в другом отсеке. Сквозь боковые стенки отсека мне уже не было видно остальных зрителей и пришлось смотреть на “сцену”. Над столом располагался огромный экран, на котором пока крутилась какая-то реклама. Множество камер летало по залу, снимая все вокруг. Я старалась сидеть тихо, не привлекая ничьего внимания. Егор, похоже, тоже был напряжен и уже далеко не так уверен как раньше.
Наконец, экран вспыхнул белым и начал показывать увеличенные изображения сидевших за столом людей. Началась прямая трансляция. Господин Фаррел встал, чтобы поприветствовать всех собравшихся, и в этот самый момент у меня вдруг забарахлил переводчик. Я хорошо слышала речь главы сената, но не понимала ни слова. Сначала я тихонько постучала по наушнику, решив, что там случайно что-то переключилось, потом достала его из уха, повертела, понажимала на кнопочки, снова вставила, но все с тем же результатом. Господин Фаррел уже закончил свою речь, какой-то другой мужчина начал выступать с докладом, а я все еще мучилась с переводчиком.
Наконец Егор обратил внимание на мои манипуляции и раздраженно прошептал:
— Лиза, ты чего там шебуршишься? Сиди спокойно, присутствующих тоже снимают.
— У меня переводчик сломался, — пожаловалась я, — можешь посмотреть? Ты же в технике разбираешься?
— Давай, — протянул он руку, взял наушник, небрежно осмотрел его и положил себе в карман.
— Сейчас его не починить, — шепотом пояснил он мне, — нужен компьютер, похоже программа полетела, нужно перезалить, сиди спокойно, делай вид, что слушаешь. Если будет что-то важное, я тебе переведу.
— Спасибо, — прошептала я и, вздохнув, принялась смотреть на докладчика, пытаясь догадаться о чем он говорит. На экране во время его речи показывали красивые виды природы, так что было не так уж скучно. Потом журналисты задали ему несколько вопросов, мужчина довольно обстоятельно на каждый отвечал и в самом конце даже удостоился аплодисментов от зрителей.
— О чем он говорил? — не выдержала я и спросила Егора.
— Ничего особенного, о проблемах экологии и защите заповедников, — прошептал Егор, наклонившись ко мне, — сегодня несколько плановых тем для совещания заявлено, и в конце уже наш вопрос будет обсуждаться, его экстренно в последний момент добавили в повестку.
— Ясно, — я приуныла, значит сидеть тут еще долго.
Еще один человек встал из-за стола и начал выступать с речью, но мне неудобно было просить Егора переводить, а на экране в этот раз ничего не показывали. Поэтому я принялась смотреть на господина Вилфорта. Край стола, где он сидел, как раз удачно закруглялся по направлению к нашему месту, и я могла разглядеть хмурую складку между его бровей, прищуренный взгляд и твердо сжатые губы. На губах я почему-то особенно зависла и пришла в себя, только, когда Егор сердито прошипел мне в ухо: