Семья (СИ)

…Вечером Лана привычно-долго устраивалась на кровати, выбирая позу поудобнее: когда твое тело состоит из настолько разных половин, это ежедневно доставляет те еще неудобства. Машинально подвинула к себе ногой прялку: дорогумо предпочитала проводить даже такие тихие и неспешные минутки с пользой. Тем более, с её-то инстинктами операции с нитями почти не требовали участия разума. Однако, едва ли не в первый раз в жизни, паутина не пожелала поддаваться воле создательницы и смешиваться с шерстью и волокнами выращенного Шелой льна. Словно из механизма ткацкого станка вынули важную шестерню, оставив на её месте лишь пустоту, и все нити зажили своей судьбой.
— Не спишь? — Шона Широхэби хоть и постучалась — ответа ждать не стала, сразу вошла… вползла. — На вот.
— Книга?! — поразилась паучиха и прочла надпись на обложке. — “Избранные сказки и легенды народов ойкумены, ставшие ведомыми народу ламий”. Зачем это мне?
— Отвлечешься и расслабишься перед сном, — пожала плечами змея. — Талик мне сказал тебе что-нибудь из своей библиотеки дать, мол, ты ж сама не догадаешься попросить. Только ты… это… поосторожнее, прошу! Этот том еще мою бабушку помнит! У нас собственные книги помалу печатают, а красят и вовсе вручную… вот. И от матери к старшей дочери передают поколениями.
— За целость своего приданого не переживай, ведь знаешь, какая я аккуратная, — бережно взвесив книгу в руке, пообещала Безродная.
— Только потому и согласилась, — вздохнула Шона. — Ну это, спокойной ночи.
— Спокойной, — в спину ей отозвалась паучиха. Подняла и растянула ногами спутанное нечто вместо мотка пряжи — и пинком отправила в противоположный конец комнаты. Почитать перед сном?
После того, как Лану наконец забрали из трактира гильдии в семью тёмных эльфов, посчитав достаточно подготовленной для дальнейшего становления служанкой — она не раз видела, как старшие господин и госпожа неспешно проводят время с книгами. Даже улучшила время как-то вечером, прошмыгнула в библиотеку — но и пяти минут не продержалась, захлопнув вытянутый фолиант. Как можно наслаждаться такой нужнотой? То ли дело трактирный истории — их она очень хорошо запомнила, а некоторые любимые так и вообще пересказать! Но раз Талик озаботился… хотя бы четверть часа она потратит.
…Примерно в районе трех часов ночи томик “Сказок” все-таки выскользнул из пальцев паучихи и съехал по подушке на простыню. К тому моменту Безродная уже сладко спала. И непонятная пустота, судя по блуждающей по губам легкой улыбки, образовавшаяся из-за отъезда мужа, её больше не беспокоила.
Шона Широхэби
Отдав “Сказки” Лане, змея вернулась в свою комнату, кляня себя на все лады. Хорошее ведь дело сделала, подругу по поручению мужа поддержала, даже не просто подругу — считай, сестру! Пусть и не родную, а нареченную через таинство брака. И уж тем более кого-то аккуратнее паучихи среди жителей замка еще нужно было поискать. Но вот все равно отдавать том, пусть на время, жалко было — хоть плачь! Некоторое время ламия боролась с собой, мысленно повторяя “да книжке у Безродной как на полке, даже лучше!”, но в итоге все равно проиграла “внутреннему я”, упрямо подсовывающему то видение порванной страницы, то жирные отметины от пальцев на бумаге. Что, конечно, никак не помогало заснуть самой. И другая взятая книга не спасла. Тогда обозлившаяся на себя саму Шона зашла с козырей.
— Да у тебя и детей-то не будет, чтобы передать наследство старшей дочери! — сказала она сама себе вслух. И поморщилась.
Не то, чтобы дочь рода Широхэби хотела детей вот прямо сейчас — но то, что сама возможность оказалась закрытой… Это отзывалось неприятными ощущениями где-то глубоко внутри. Казалось… предательством родителей, что ли? Да и бабушка точно расстроилась бы. Мелкой Шоне старая ламия очень любила повторять: “вот сядешь внуков нянчить, тогда поймешь меня, хе-хе-хе!” В руках бабушки же она и увидела в первый раз эту книгу сказок…
 
Тут мысли змеи, свернувшейся наконец в своей круглой постели, зацепились связями-ассоциациями и вытащили следом совсем другое воспоминание: мать помогала Шоне собираться перед отъездом с Таликом. Сборы, как такое всегда и бывает, получились долгими да томительными, и растянулись совсем уж неприлично. Вот в середине ночи на груде мягкой рухляди и произошел тот разговор.
— А это ничего, что он человек, а я — л-ламия? — до того девушка просто не задумывалась о некоторых деталях, поскольку сватовство прошло совершенно в рамках традиций их народа.
Талик, вообще-то, после прохождения назначенных испытаний мог взять и показать на одну из её младших сестер и договорится забрать попозже. Мог и совсем другую семью выбрать, откуда забрать себе невесту. Но нет, не опозорилась достойная тщерь в глазах чужака, который ради неё совершил несколько небольших, однако вполне настоящих подвигов. Собственно, на протяжении всей этой истории сохранение чести рода и было главным чаянием Шоны. И вот когда все закончилось и дошло до отъезда — она, наконец, задумалась над актуальными, так сказать, проблемами.
— Детей тебе ему не родить, — совершенно спокойно сказала ей тогда мать. — Но твое достоинство это ничуть не умаляет. Путь верной спутницы жизни стать опорой своему мужу и господину на его пути к величию и свершениям чести. А дети… Посмотри, сколько среди нашего рода семей, где оба супруга ламии — и что? У одних все погибли рождением, у других — убиты в стычках и погибли иным образом. Вот если бы мы отдавали тебя в род — тогда да, его продолжение легло бы на тебя всей тяжестью. Поверь своей матери — не желаю тебе своей судьбы. А мне ведь очень, очень повезло с мужем, твоим отцом!
Во время путешествия к замку через Дикие, потом Обжитые — и опять через Дикие земли, змея успела переворошить свою память, выискивая, что еще слышала на счет… последствий “этого самого”. И к своему запоздалому стыду и мучительному смущению поняла, что довольно много. Просто раньше не понимала намеков в разговорах ладно бы женщин и даже сверстниц — младших сестер! А теперь — как поняла, у-уй!
Так, например, змея “узнала” об особенностях пауков-дорогумо, которых полноценным народом можно было назвать, оказывается, с большой натяжкой. Потому что мужчин у паучих попросту не было. С ролью осеменителей собственных служанок вполне справлялись их хозяева-темные эльфы — вот только такая связь считалась невероятно осуждаемой, потому никто никогда не признавался и вообще вся тема тщательно заминалась. Что распространению слухов, разумеется, только помогало.
Еще её сестрички перемывали косточки героям из тех же “Сказок”, которые действительно частенько если и женились — то на боевых подругах, то есть фактически узаконивали неформальные отношения с женщиной-товарищем по оружию. И почему-то, вот сюрприз, обычно воительница оказывалась другой расы: геройствуй сколько влезет, и никаких детей. Вот почему мелкие змейки так гнусно хихикали, обсуждая уход на покой героев мифов: “дом крепить, детей растить”. Типа, если своих детей, то для боевой подруги у них плохая новость.
Ну и да: и тогда, и потом Шона так и не провела параллель между своей судьбой и вот этим мифическим, сказочным финалом. А ведь Талик явно решил осесть, отдохнуть от подвигов — которых, как недавно выяснилось, насовершал реально несчетное множество! И если б утром после оргии под нектар айруни её Лана носом не ткнула бы — еще б неизвестно, когда б сообразила. Да и про другие расы тоже много чего интересного выяснилось. Те же дриады, оказывается, вообще от любого мужика могли зачать, если тот попадался им в период цветения. Или все-таки сказка? Паучиха много знает, но потому ведь, что наслушалась чужих не самых трезвых россказней…
Тут в постепенно все же уносимый сном разум ламии пришла мысль, заставившая натурально подпрыгнуть на постели, сделав высокую стойку на хвосте, заполошно хватая ртом воздух, а себя — руками за плоский мускулистый животик. Лунные Дни! Которые должны были начаться еще пять дней назад! И о которых она напрочь забыла в череде необычайно заполненных делами и эмоциями дней! Мать, правда, говорила, что сбои и задержки цикла могут возникать по разным причинам, а её телу, особенно половой системе как раз досталась череда невероятных встрясок, закончившаяся той самой оргией. Логично? Логично.