I love you baby (СИ)

========== Глава 1. You’re just too good to be true ==========
- Мам, пап, я не приеду, - Том устало зевнул.
- Но, Томми, Крис – очень хороший мальчик. И жаждет с тобой познакомиться.
- Мам, прошу же, не надо. Не надо меня ни с кем знакомить.
- Милый, но тебе уже двадцать шесть… мы внуков хотим.
Том тихо выругался.
- Ты что-то сказал, сынок? – и кто придумал этот скайп? С телефонами было гораздо проще.
- Нет, я ничего не сказал, - вздохнул обреченно.
- Мы ждем тебя в субботу.
- Напрас… - начал он, но родители уже отключились.
Вот черт!
Он не поедет. Конечно, не поедет. Он взрослый мужчина, он в состоянии самостоятельно найти себе партнера. Если пожелает, конечно. Том отставил ноутбук, поднялся с дивана и прошел в ванную, к аптечке: таблетки почти закончились. И не мудрено, при такой-то ударной дозировке. Молодой человек взял ручку и нарисовал маленький крестик на запястье: не забыть купить «Стоп». Свалиться с течкой в разгар зимней сессии не было абсолютно никакого желания.
- Как, нет «Стопа»? – ему отказали уже в четвертой аптеке.
- Закончился, - равнодушно бросила аптекарша.
- А когда будет?
- Понятия не имею. Говорят, на таможне задержали всю партию. Что-то с документами. Может, завтра будет, может, через полгода…
Единая справочная тоже не порадовала – «Стопа» не было нигде. И что прикажете делать одинокому омеге? Да его разорвут на части прямо в университете, если он перестанет маскироваться… а уж когда потечет… сам еще и умолять будет, чтобы трахнул кто-нибудь.
Фу, как же это унизительно!
Собственную природу Том не то, чтобы отрицал, но не мог принять до конца. Умный, блестяще образованный, талантливый и перспективный кандидат исторических наук, доцент кафедры истории зарубежных стран, буквально ненавидел себя дважды в год. Он – человек, личность, с осознанным выбором и развитым интеллектом, а не тупое животное, слепо повинующееся инстинктам. Но дважды в год это было, увы, именно так. И только «Стоп», блокируя гормональные выбросы, стабилизировал состояние до отметки «терпимо».
Том до сих пор с содроганием вспоминал одну из своих первых течек в университете. Одно дело дома – мама с папой все корректно объяснили, сами смущались больше него, купали, кормили с ложки и не подпускали нарезавших круги вокруг дома альф. И совсем другое – студенческое общежитие. После первого и единственного раза он в больнице две недели провалялся. А потом снял квартиру и начал принимать «Стоп». Сначала по одной таблетке, постепенно увеличивая дозировку. Сейчас его норма составляла семь штук в день. И это, к сожалению, не было пределом. Но лучше так, чем с безумными глазами и текущей задницей подставляться любому желающему.
Постоянного партнера у Тома не было. Обычный человек его бы просто не понял и не сумел удовлетворить в такие периоды, а альфа… не встретился еще Тому альфа, с которым захотелось бы создать семью. Он четко представлял себе идеального спутника: тот должен быть умен, хорошо образован, чувствителен, должен любить оперу и хорошую литературу, вести здоровый образ жизни и, конечно, любить его, Тома.
Вроде и не слишком жестки были требования, но, увы, подходящий кандидат все не находился.
Том вновь пересчитал оставшиеся таблетки – если сократить дозу хотя бы до пяти штук в день, должно хватить на две недели. А если «Стоп» так и не привезут? Тогда никакая туалетная вода не сможет скрыть запах готового к вязке омеги. И лучше бы ему к этому времени найти себе страстного альфу.
Сложно передать энтузиазм Тома, когда ему предложили позаниматься со студентами в субботу. В любой другой выходной он бы презрительно поджал тонкие губы и ответил что-нибудь соответствующее случаю. Но только не в этот раз.
- С удовольствием, - улыбнулся искренне, так, что на худых щеках показались очаровательные и совершенно неожиданные ямочки.
А потом с чистой совестью позвонил родителям, на этот раз воспользовавшись телефоном. Потому что довольную улыбку скрыть не было никакой возможности.
 
- Мам, я не смогу приехать. Работа…
- Как жаль, - печально вздохнула мать. – А к нам заходил Крис. Он такой красавчик. И очень тобой заинтересовался, даже фотографию выпросил.
- Зачем ты дала постороннему человеку мою фотографию? – сил злиться у Тома уже не было.
- Я почти уверена, что он – твоя пара, сынок.
Какой-то Крис Тома совершенно не интересовал.
Всю следующую неделю Том был загружен работой. К обычным семинарам и лекциям добавилась подготовка к ежегодной межвузовской конференции, на которой и он сам должен был выступить с докладом. Времени было в обрез, но Том был уверен, что успеет, что справится. Потому что неудач он не знал: история была его работой, его хобби, его жизнью. И амбиции требовали не останавливаться на кандидатской, садиться за докторскую, возглавить кафедру, потом факультет, а в будущем, возможно, и университет.
После занятий Том остался в аудитории с пачкой работ, которые следовало проверить. Французская революция… один из любимых его периодов. Но неужели он на лекциях говорил весь тот бред, что писали студенты в проверочной? Быть не может!
Дверь аудитории со скрипом распахнулась.
- Привет.
Том поднял глаза от очередного фантазийного опуса на тему одного из самых значимых событий французской истории и равнодушно посмотрел на вошедшего.
- Добрый вечер, - отозвался вежливо. Парень вальяжно подошел к преподавательскому столу и присел на угол.
- Я – Хам, - представился парень.
- Я заметил, - раздраженно ответил Том. – Будьте любезны, слезьте с моего стола.
Гость раскатисто рассмеялся.
- Нет, Хам – это от «хаммер», молот.
- Чудесно. И встаньте вы уже с моего стола.
Том глубоко вздохнул. Альфа… перед ним сидел сильный свободный альфа, и даже ударная доза «Стопа» не могла помешать реагировать на него соответствующе. Черт, до течки еще две недели, а он уже готов. По телу разлилось приятное тепло, внезапная горячая волна ударила в копчик, и Том подпрыгнул на стуле, словно ужаленный.
Такое предательство собственного тела бесило и злило. За что ему все это?
Парень же был совсем не в его вкусе: огромный, под два метра ростом, широкоплечий, с большими сильными руками, крепкими бедрами и беспорядочной копной отросших светлых волос. Синие-пресиние глаза неотрывно следили за ним, словно за мухой на стекле.
- Что вам надо? – градус привычной вежливости неумолимо снижался.
- Хочу предложить позавтракать вместе, - широко улыбнулся тот.
Том ласково улыбнулся. Как идиотику.
- Пошел вон.
Гость не отреагировал должным образом. Более того, даже не обиделся.
- Я тороплюсь? Прости. Ну… - на лице отразился мыслительный процесс. Том заинтересовался. – Давай тогда на свидание сходим. В кино классный боевичок идет.
Преподаватель опешил.
- Боевичок? – вышло как-то жалобно.
- Или ты мелодрамы больше любишь? Я их, конечно, терпеть не могу, но ради тебя…
- Ни к чему такие жертвы, - быстро пробормотал Том, который в кино не ходил вообще. – Уходите, вы мне мешаете работать.
- Детка, ты на часы смотрел? - Том, не задумываясь, посмотрел на висящие над дверью часы: почти восемь вечера. – Вот-вот. Поэтому откладывай эти бесполезные бумажки, - и гость попробовал отнять у Тома проверочные работы, тот же вцепился в них, словно от того, сможет ли он удержать пачку, зависела как минимум его честь. – Откладывай, говорю. И пойдем в кино.
- Я никуда с вами не пойду, - встать Том и в самом деле стеснялся, потому как член его на близость альфы реагировал совершенно определенно.
- Завтра? – огромный мужчина нависал над ним, подавляя волю. Том смотрел затравленно и часто и поверхностно дышал.
- Если соглашусь – уйдете?