Сокровище Пущи (СИ)

Такая же ерунда, как с моим похищением. Вроде бы происшествие есть, а его смысл упрямо ускользает.
Покопавшись в книгах еще с час, я не нашла больше ничего интересного и решила, что на сегодня хватит. И уже собиралась было уходить, как меня окликнули:
– Феодора?
Я развернулась и увидела Барбару Руцкую, нашего декана.
– Здравствуйте, Барбара Павловна, – вежливо поздоровалась я.
А сама внутренне напряглась. Мало ли, сейчас скажет: «Вы больше у нас не учитесь, Феодора». Но декан выглядела вполне себе дружелюбно.
– Решили погрызть гранит науки на каникулах? – спросила она спокойно.
– Да заинтересовалась одним вопросом.
– И каким же?
Я немного подумала о том, стоит ли демонстрировать свой интерес, но все же решила рискнуть.
– Я читала о сагарах. И пыталась понять, могли ли они проходить не южнее Старограда, а севернее.
– Хм, – Женщина поправила безупречно сидящие очки в дорогой оправе. – Судя по всем материальным и нематериальным источникам – не могли. Северная граница набегов проходила в районе Ополья, но это вы и сами знаете.
– Да-да, тот самый маленький отряд. И нет ни одного свидетельства тому, что сагары заходили дальше?
– Увы. Если бы они заходили, это обязательно было бы где-то отражено. Да хоть в тех же балладах. Барды любили петь об опасностях, нависших над Староградом, и его храбрыми защитниками.
– Жаль, – вздохнула я.
– Но, как ни странно, вы не первая, от кого я слышу этот вопрос, – сообщила вдруг Руцкая.
– Правда? – переспросила изумленно. – А кто еще интересовался?
– Не помню, – ответила она, как мне показалось, с совершенно искренним сожалением. – Не уверена, но, по-моему, это было на весенней конференции. Кажется, кто-то из участников… Только кто же именно… Молодой аспирант, не наш. Рыжий такой… Нет, не помню.
Я разочарованно поморщилась. Да, за месяц до сессии у нас проходила конференция, когда съехались историки со всей империи. Пять секций, больше сотни участников, я и сама выступала с докладом на Дне студенческих работ. Наверное, Руцкая не вспомнит.
– А профессор Верховцев на месте? – спросила я исключительно для порядка.
– Верховцев? Нет, две недели назад он уехал в летний исторический лагерь в Вальбурге. Он там уже пятый год преподает.
– Понятно, – пробормотала я.
И тут мимо. Хотя я с трудом верила, что солидный профессор мог бы отправиться в Прилесье, чтобы лазать там по чужим домам в поисках черепа.
– Возможно, вам нужна помощь, Феодора? – внимательно посмотрела на меня Руцкая.
Она мне нравилась. Я считала ее справедливой и разумной женщиной. И она действительно могла бы помочь. Поднять шумиху вокруг сагаров, привлечь внимание, которое напугало бы любого злоумышленника. Но я хорошо понимала, что меня в таком случае просто уберут на задворки, а честь открытия заполучит кто-то вроде Верховцева. Нет уж, справлюсь сама.
– Благодарю, – я спокойно склонила голову. – Не нужна.
– Хорошо, – кивнула она.
Попрощавшись с деканом, я сбежала. У меня еще оставались дела, и самое главное из них – встреча с Кларой Генриховной. Мне срочно нужны были вещи. Одно платье безнадежно порвалось, спортивный костюм, в котором я полола грядки, тоже скоро прикажет долго жить, а если вдруг похолодает, мне будет совершенно нечего надеть. Домоправительница без всяких уговоров согласилась собрать мне сумку тайком от папы, и до встречи осталось всего полчаса.
Встретиться мы договорились в том самом парке недалеко от нашего дома. И когда я подошла к беседке чуть в стороне от основных аллей, Клара Генриховна уже ждала меня там.
– Феодора Андреевна, – всплеснула она руками.
Я только вздохнула, хорошо понимая, что ее шокировало. На голове вместо укладки растрепанный хвост из волос, уже начавших выгорать на солнце. Платье с пятнами цветочного сока, который местами так и не отстирался. Короткие ногти почти без маникюра. Загар, от которого местами шелушилась кожа. Сейчас я была совсем не похожа на родовитую аристократку.
– Не переживайте, Клара Генриховна, – я попыталась утешить женщину. – Все не так страшно, как кажется.
 
– Но деревня же…
– И деревня не такая страшная. Меня там никто не съел. Крыша над головой есть, еда есть, а что еще нужно?
Домоправительница неодобрительно покачала головой, но все же чуть успокоилась и опустилась на скамейку.
– Как дела дома, Клара Генриховна? – спросила, усаживаясь рядом.
– Да потихоньку, Феодора Андреевна.
– Папа сильно злился, когда я ушла?
– Сильно, – кивнула домоправительница. – Дверь в кабинете потом пришлось ремонтировать.
– Ох. – Я опасливо огляделась, словно ожидала, что папа нагрянет сюда и утащит непослушную дочь домой. – И все равно я не пойду замуж за Рылинского.
– За Рылинского? За Петра?
– Да.
– Так вот из-за чего вы повздорили, – нахмурилась Клара Генриховна. – А ведь Николай Васильевич приезжал к нам на следующий день после того, как вы ушли. И вчера приезжал тоже. Они с вашим отцом долго о чем-то беседовали в кабинете.
– И хотелось бы надеяться, что не обо мне, – пробормотала я. – Но интуиция подсказывает – зря.
– Вчера Николай Рылинский остался чем-то сильно недоволен. Да и Андрей Михайлович весь вечер был так мрачен и задумчив…
– М-да, – поморщилась я.
Судя по всему, отцовской милости мне не видеть еще долго.
– Как же вам живется в деревне? – спросила Клара Генриховна.
– Лучше, чем могло бы, – ответила честно. – В доме есть почти все, что нужно. У меня отличные соседи. Я даже капусту в огороде посадила.
– Капусту? – искренне удивилась экономка.
– Ну да. Если не засохнет, и жук не съест, я вас угощу.
– Надо же, – тепло улыбнулась женщина. – Неужели вы собираетесь остаться там насовсем?
– Нет, конечно. Поживу в деревне до конца лета. Если не получится помириться с папой – попробую получить место в общежитии. Буду жить на стипендию. Может, подработку найду.
– Лучше бы вам помириться. Может, поговорите с Андреем Михайловичем? Он человек строгий, но вас любит.
– Нет, – я покачала головой. – Папа снова будет настаивать на свадьбе.
– Тогда я буду держать вас в курсе, если что-то узнаю. – Клара Генриховна склонила голову. – Вашу комнату никто не трогал, и вещи тоже. Просто звоните мне, когда понадобится что-то еще.
– Спасибо.
Я улыбнулась и крепко обняла женщину. Она совсем смутилась, неловко похлопав меня по спине, и опустила заблестевшие глаза.
– Надеюсь, Андрей Михайлович примет ваше решение, – тихо произнесла Клара Генриховна.
– Я тоже на это очень надеюсь.
- А как ваши друзья? Не скучаете?
– Друзья… – я хмыкнула. – А были ли они вообще? Леокадия Лыкова сразу отказала в помощи. И из всех знакомых ни один до сих пор не написал и не позвонил, представляете? Наверное, слух о том, что я поссорилась с папой, уже разошелся по городу, и я теперь нежелательная персона.
– Да что же вы такое говорите, – попыталась спорить Клара Генриховна, но я только махнула рукой.
– Зато теперь знаю цену этой так называемой дружбе.
– Ох, Феодора Андреевна…
– Ничего, Клара Генриховна, прорвемся.
Распрощавшись с домоправительницей, я подхватила тяжелую сумку и пошла к машине. У меня осталось еще одно важное дело.
Ведьминская лавка нашлась на одной из узких улочек, отходящих от центрального проспекта Старограда. Неприметная вывеска неожиданно явно бросилась мне в глаза, и нога сама нажала на тормоз. Припарковавшись у обочины, я выскочила из магомобиля и, приняв уверенный вид, отправилась в лавку.
Магазинчик оказался небольшим, но очень приличным. Воздух приятно пах травами, у стен стояли стеклянные шкафы с товарами. Обереги, зелья, травяные сборы, свечи, даже детские игрушки – здесь можно было найти все, что душе угодно. Наверное, если бы не спешка, я бы надолго зависла у витрин, разглядывая это великолепие.
– Вам что-то подсказать? – негромко осведомилась ведьма за прилавком. Каким-то шестым чувством я поняла, что это именно ведьма, а не наемная работница. – Средства для красоты, обереги от злых языков или завистливых взглядов? – Она подалась чуть вперед и мурлыкнула: – А может помощь в сердечных делах?