Во имя справедливости (СИ)

Идея борьбы на руках не испугала, у меня с детства сильные руки. Но у Валуя они могли оказаться еще сильнее, да и простота состязания показалась мне не интересной. Но отказать тоже рискованно, засмеют, еще и физиономию могут попытаться набить.
— Нет, не припух, но хочется чего-то более оригинального, — ответил я.
— Чего?
— Кто, например, громче свистнет.
— Я что, соловей? — глазища великана удивленно захлопали.
— Ты что не знаешь, что громко свистеть — привилегия богов? — спросил я.
— Как это? — не понял гигант.
— Знаешь поговорку: пока Брахман не свиснет, мужик не поклониться?
— Ах, вот ты о чем, — великан почесал макушку. — Ладно, давай свистеть, тогда увидишь, кто подобен богам. Я известный воин. А потому свищу первым.
Бандит положил в рот два пальца и издал квакающий звук. Изрядно пьяный громила разучился нормально свистеть. Но я сделал вид, что восхищен:
— О, какая мощь! Просто бьет по ушам!
— А чего ты ждал, малявка?! Когда я трезвый свищу, сотрясаются камни.
— Да, у тебя, я вижу, талант. Но давай сделаем так. Твой горящий взгляд смущает меня, у тебя такие страшные глаза! — сказал я.
Амбал постарался еще более набычиться:
— Конечно! Передо мной трясутся враги!
Я вкрадчивым тоном добавил:
— Так вот, чтобы нам всем не помереть, тебе следует завязать глаза.
— А это еще зачем? — удивился разбойник.
— Как ты не понимаешь?! Тут одни твои друзья. Им невыносимо страшно и больно видеть твой взор, — сказал я.
— Да, Валуй, завяжи глаза! — стали подтрунивать над приятелем его собутыльники. — Очень тяжело на твой взор глазеть!
Пьяницам хотелось нового развлечения, некоторые почувствовали, что незнакомый молодой мужчина задумал что-то неожиданное, а великан достал всех своей грубостью и хвастливостью.
— Ну, ладно! Если вы так настаиваете, завязывайте!
Громила нагнулся и один из разбойников скрыл глаза великана платком. Я же взял в руку валявшуюся у костра дубинку и сказал:
— А теперь слушай свист бога!
Крепкий размашистый удар дубинкой пришелся встык между виском и макушкой разбойника. Великан под хохот собутыльников рухнул на землю.
— Я ударил легонько, — решил сказать смеющимся мужикам. — Полежит немного, очухается.
— Ничего, ему на пользу, — ответил кто-то из разбойников.
Я с улыбкой спросил:
— Как? Вы что-нибудь поняли?
— Поняли: не такая уж у Валуя прочная голова, — ответил один из смеющихся пьяниц.
— Верно! Ладно, можете обшарить громиле карманы, а мне некогда! — сказал я и решил двигаться в сторону девушек, но вдруг послышался крик:
— Так это тот самый лазутчик Грудника! Это он напал на нас на пляже! Держите его!
Я вынужден был вступить в драку. Прыгнул на ближайшего бандита, ударил его со всего размаха ногой в солнечное сплетение, затем подхватил дубинку и набросился на следующего разбойника. Удар на опережение, и враг падает как подкошенный.
Я сражался как демон. Уложил ударом ноги в пах очередного бандита, затем вырубил еще человек пять. Но разве с толпой совладаешь? Они притащили сеть, накинули на меня. Попинали ногами. Я успокоился, затих.
— К атаману его! — услышал звонкий голос, когда немного пришел в себя. — Пусть разбирается!
Меня подхватили несколько рук, внесли в шатер атамана. Кто-то стал докладывать:
— Батька атаман! Мы лазутчика поймали. Того самого, что на пляже…  Просто бес какой-то. Никогда не видел равного ему в драке. Видно, натренированный сильно ушастыми и заслан к нам.
— Ну-ка дай взглянуть, — услышал я голос, сразу показавшийся мне знакомым.
Меня приволокли к ногам атамана. Я посмотрел на него и обомлел! Передо мной в деревянном кресле сидел мой двоюродный брат Саша, исчезнувший несколько лет назад! Или человек, как две капли воды похожий на него. И атаман недоуменно смотрел на меня. У меня первого прорезался голос:
— Санька, ты ли это?
Атаман сделал мне знак рукой: молчи!
Недавно совсем тихо говоривший с Платохой атаман вдруг вскочил с кресла и заорал:
— О-о-о! Это пароль! Это те самые слова, которые я жаждал услышать! Наконец-то боги услышали мои молитвы и прислали нам помощника! Слышите вы! — атаман обратился к присутствующим в шатре бандитам. — Мы избранные! Боги с нами, они прислали нам своего человека. Немедленно развяжите его и покиньте нас!
 
— Ты что, атаман? В своем уме? — спросил Платоха.
— Было мне видение, будто боги пришлют нам в помощь человека. Ночью ко мне во сне явился в образе старца один из богов. И сказал, что присланный человек будет защитником простых людей, даст начало новой религии. Паролем будут его слова: «Санька, ты ли это?». «Можешь считать его сыном неба! — сказал старец. — Вы же должны принять его и организовать мощное войско, которое устранит сложившийся олигархический режим, ставший неугодным богам и всем простым людям».
Я, как и находившиеся в шатре разбойники, с удивлением слушал атамана, а он закричал своим опять:
— Немедленно оставьте нас! Все пояснения я дам на сходе через час!
Разбойники нехотя покинули шатер.
— Как вовремя ты появился! — опять очень тихо, но обрадовано сказал Александр как только все вышли. — Я как раз готовлю народ к восстанию. Хотим захватить власть и скинуть ненавистных народу правителей… 
— Ты хоть скажи, куда я попал, — поинтересовался я.
— В параллельный мир. Здесь у нас типа религиозно-демократической монархии.
— Это как?
— Ну, царя как бы выбирают. Точнее, его предлагает учредительное собрание якобы с учетом мнения народа, а на самом деле по указке тайных правителей мира. А совет старейшин и патриарх одобряют кандидатуру. Потом расскажу подробней. Сейчас у нас такое назревает! Здесь увеличили рабочую неделю на пять часов, затем ввели поголовные обязательные уколы для бедноты и прислужников, люди недовольны, созрела революционная ситуация. Давай выдадим тебя за сына божьего, чтобы… 
— Ты что, сдурел? — перебил я Александра.
— Ну, хотя бы за посланника Бога на земле.
— Не нужно мне такое! — искренне сказал я.
— Зато мне нужно! Ты пойми, здесь очень религиозная нация, а я хочу подорвать империю, устроить восстание, поднять народ, — всерьез сказал Александр. — И для пущей убедительности мне нужен посланник бога, который… 
— Подорвать империю? — опять перебил я Сашу.
— Вот именно, ведь в стране очень много людей, низведенных до положения рабов. Куда больше, чем сторонников нынешней власти. Многие бедняки, да и горожане поддержат освободительную борьбу. Непомерные налоги и сборы царя-резидента и его сатрапов ввергли народ в нищету. Во мне проснулось желание улучшить, а то и вовсе изменить мир. Я серьезно думаю поднять восстание. И ты мне должен в этом помочь!
— Я никому ничего не должен! Тем более, делать такое сложное дело, как революция в незнакомом мне мире.
— Это проще, чем ты думаешь! Нынешняя власть держится на обмане, подлом и наглом. Кучка олигархов пьет народную кровь, уже захлебывается ей и отрыгивает. Многие понимают это. И готовы сопротивляться. В государстве полно рабов и если мы пообещаем им волю и равные права, то они вместе с беднотой поддержат нас.
— Я понял: ты хочешь завоевать власть. Многие мечтают об этом.
Александр невольно поморщился. Но с воодушевлением сказал:
— У меня достойная цель! Я искренне хочу улучшить жизнь людей сначала в этой стране, а потом и во всем мире.
— Насколько мне известно, в нашем родном мире никому пока не покорилась планета целиком, — сказал я. — Хотя, возможно, здесь по-другому.
— И здесь так. Но я хочу стать первым, а ты будешь помогать мне!
Я на мгновение задумался: все ли у Саши в порядке с головой? Хотя его идея, несмотря на всю дикость, показалась мне соблазном, неким приключением, в которое можно вписаться.
Я протянул ему свою мускулистую руку и с улыбкой сказал:
— Желаю тебе удачи! Поклянись только самой страшной клятвой, что будешь бороться за интересы простых людей!