Кризис. Как это делается

Ни один аналитик не забил тревогу, ни один экономист не разъяснил банкирам губительность их поступков. Неужели все они круглые идиоты и не понимают очевидной для любого здравомыслящего человека истины, что все это просто не могло закончиться добром? Неужели американские банкиры не понимали очевидных для нас с вами вещей? Все они понимали. Но был у них один спасательный круг, одна мысль, которая успокаивала нервную дрожь. Случись что плохое – всегда можно перекредитоваться.
Запомним одну очень важную мысль: главным условием ипотечной и карточной вакханалии было дешевое и доступное получение кредитов. Причем не столько для физических лиц, сколько для самих ипотечных и кредитных организаций.
Осознав причину детской беззаботности работников американской ипотеки, мы легко поймем такую же странную инфантильность игроков американской биржи. Потому что причина эта одна и та же. Но сначала давайте разберемся, что же такое акция. Это ценная бумага, свидетельствующая о внесении средств на развитие акционерного общества или предприятия и дающая ее владельцу право на получение части прибыли акционерного общества (предприятия) в виде дивидендов. Такое определение вы можете прочитать в учебниках. И такой акция была на заре становления капитализма. Логика была очень простая: для развития бизнеса нужны средства. Их давал инвестор, получая за это долю в предприятии, которая обозначалась количеством акций. При этом главным мотивом вложения денег в акции был доход, который они приносили своему владельцу, – дивиденды. По сути, кто-то умный и находчивый, придумавший акции и акционерный капитал, нашел альтернативу банковскому вкладу. Вкладываешь деньги – живешь на дивиденды, которые при бурном развитии экономики в XVIII и ХIХ веках могли быть более выгодными, чем проценты от помещенных в банк средств. Для предприятия такая схема была тоже удобна: выпуская и продавая свои акции, владелец бизнеса привлекал необходимые для расширения средства, при плохом развитии событий можно было сократить дивиденды, а то и не выплачивать их совсем. В случае банковского кредита выплата оговоренного процента была бы обязательной, поэтому выпуск акций привлекал все большее количество компаний.
Первыми придумали и открыли биржу ушлые в торговых делах голландцы. Первая постоянная биржа возникла в 1406 году в голландском городе Брюгге возле дома почтенного господина ван дер Бурса. На доме был нарисован герб в виде трех кошельков, которые на позднелатинском обозначались словом «bursa». Отсюда пошло и название места, где люди «меняли» свои деньги на долю в чужом предприятии. Первая в России Петербургская биржа была организована в 1703 году Петром I, «страстно» перенимавшим на Западе не только жизненно важное кораблестроение и новейшие военные технологии, но и некоторые вредные изобретения вроде табакокурения. Справедливости ради надо отметить, что первые биржи были отнюдь не фондовыми в нашем сегодняшнем понимании, а скорее оптовыми, и торговали там не абстрактными бумагами, а вполне конкретными пряностями, пенькой и сукном. Только не за наличные в небольших объемах, а через биржевых посредников крупным оптом по образцам. Первой же фондовой биржей считается организованная в 1608 году Амстердамская биржа.
Почему там? Потому что именно Голландия, освободившаяся от гнета Испании, была в тот период самой важной торговой державой. Здесь тогда крутились основные мировые деньги. Собственно говоря, по местоположению основного фондового рынка мы можем в любой момент истории определить, какая держава доминировала на мировой арене. Проходит серия англо-голландских войн, и пальму первенства у голландцев отнимают англичане. Да и сегодня где находятся основные биржи мира? В богатой спокойной Швейцарии? В Израиле, который, по мнению конспирологов, обманул и опутал весь мир? Нет, в Лондоне и Нью-Йорке [16]. И нам сразу ясно, что на мировой арене доминируют вовсе не жители Альп и не евреи, а представители англосаксонских стран [17].
 
В стародавние времена парижские и лондонские рантье жили на проценты-дивиденды от имеющихся акций. Передавали их по наследству, оставляли детям. Владеть акциями сильных компаний означало вести сытое существование с гарантированным доходом. Скажите, скольких современных рантье, живущих на дивиденды, вы знаете? Я лично – ни одного. При этом биржевые игроки в числе моих знакомых присутствуют. И дело не в том, что капитал, с которым они пришли на биржу, мал и на проценты от него никак не прожить. Дело в том, что за прошедшее столетие кардинально поменялся весь смысл акций. Точнее говоря, его подменили.
Что имеется в виду? Человеку, знакомому с арифметикой, понятно, что общее число акций любой фирмы должно равняться 100 %. Это значит, что общая стоимость компании, то есть всех ее активов (заводов, мебели, материалов и произведенных товаров), должна равняться стоимости ее акций. Первоначальная логика акционирования и была именно такой: вложив доллар в компанию, инвестор получал право на долю ее имущества, равную доллару. В случае плохого хозяйствования стоимость всех активов фирмы снижалась, следовательно, и вложенный доллар оказывался уже 70 центами. При хорошем течении дела, наоборот, становился 1,5 доллара. Но всегда соблюдалось неизменное правило: стоимость акций была напрямую связана с реальной экономикой. А вернее, с реальным положением дел в конкретной компании. Развивалась компания – росла стоимость ее активов; росли дивиденды, выплачиваемые по акциям, – росла и стоимость самих акций. И наоборот.
Казалось бы, что изменилось? А изменилось все! Сегодня практически никто из биржевых игроков не покупает акции для получения дивидендов. Все покупки на бирже делаются для последующей перепродажи и получения прибыли от роста курсовой стоимости акции. Цена акции, обозначенная на ней, является номинальной стоимостью и может быть 10 рублей, но покупать вам ее придется за 100 рублей. При этом покупка будет выгодной, если прогнозируется, что курсовая стоимость, то есть цена, по которой вы ее можете продать завтра, составит 110 рублей. Так биржа и работает. Принцип прост донельзя: дешево купить, дорого продать. И так по многу раз. За месяц, за год, даже за день. От каждой успешной продажи остается прибыль, от провальной операции образуется убыток. Деньги на бирже не зарабатываются, гласит поговорка, они просто меняют хозяев. В этом бесконечном «купи-продай» нет места ожиданию дивидендов. Это уже не первичный фактор, как ранее, а вторичный. Грядет выплата дивидендов – курс акции просто увеличивается на ожидаемую сумму. Прошел срок – курс вновь снижается.
При этом важно понимать, что выплачиваемые любой компанией дивиденды никак не зависят от курса ее акций! Дивиденды платятся из прибыли, которая образуется в результате деятельности фирмы, а не от удорожания котировки ее акций. Сегодня главное – рост или падение стоимости самой акции, а не доход, ею приносимый. Раз дивиденды уже не главное, соответственно, сокращается и средний срок владения акциями одним хозяином: в ХIХ веке это были десятилетия, в середине ХХ века – годы, в конце – уже месяцы, а сегодня недели и даже дни. Еще немного, и счет пойдет на часы или минуты.
Ну и что, скажет критик. Пусть система немного поменялась, но принцип остался все тот же. У успешного предприятия растет и курс акций, у неудачников – падает. Нет, поменялась не только система, изменился и принцип определения стоимости акции. Сейчас никто из самых «отпетых» рыночников не скажет, что сумма стоимости акций предприятия равна стоимости ее активов. Потому что курс акций может колебаться очень сильно, и у таких гигантов, как «Газпром», выпустивших уйму этих ценных бумаг, маленькое колебание приводит к миллионным и даже миллиардным изменениям конечной стоимости компании. А ведь сама компания ничуть не изменилась. Газ качается, вышки стоят, трубопроводы работают. Без газа Европа замерзнет, значит, и сбыт гарантирован. А курс акций «Газпрома» может упасть и очень часто падает. Потом растет, потом вновь падает. И за всеми этими колебаниями в реальной экономике ничего не происходит. Абсурдность современного варианта торговли акциями наиболее показательна как раз в дни нестабильности и кризисов. В эти дни цена на акции скачет, как заяц от гончих, падая за день и вновь вырастая на 10–15 %. Понятно, что за сутки дела «Сименс» или «Дженерал Электрик» не могут ухудшиться или улучшиться в такой степени.