Беспредельная Римская Империя. Пик расцвета и захват мира

Инстинктивно ощущаешь, что этому сооружению уготована вечная жизнь…
Траян придал Большому цирку новый облик. При Домициане случился сильный пожар, уничтоживший две длинные стороны здания, и император начал восстановительные работы, но затем внезапно умер. Траян завершил начатое, придав строению ту самую монументальность и общий вид, которые прославили его на всю империю и на все времена. К сожалению, никто в новое время не имел возможности познакомиться с подлинным обликом цирка, который на протяжении столетий подвергался разграблению и покрывался слоем отложений. К счастью, существуют мозаики, монеты, рельефы и надгробия с его изображениями, которые помогли рассказать об этом дне состязаний. Кроме того, у нас имеются несколько описаний, оставленных античными авторами: настоящие «эмоциональные» портреты этого колоссального сооружения.
Плиний Младший, современник Траяна, заключил все его великолепие в нескольких словах, обозначив его как «достойное место для народа — победителя мира».
Размеры этого памятника говорят сами за себя. Его длина 620–660 метров, а ширина — 150. Площадь арены — более 45 000 квадратных метров, то есть двенадцать арен Колизея. А сколько народу он вмещает?
  
Самый большой и вместительный «стадион» в истории
 
Стоит ненадолго остановиться на этом, ведь из указанных цифр понимаешь всю исключительность этой постройки, возведенной руками человека.
Каждый ряд тянется по периметру постройки на 1400–1500 метров. Иными словами, километра на полтора… Так что лучше не ошибаться, когда ищешь свое место…
Общая вместимость цирка всегда была в центре споров и дискуссий. У нас нет точных данных. Но кое-кто пробовал производить расчеты, например Фик Мейер, [102] профессор античной истории из Амстердамского университета.
На каждого зрителя выделено место шириной не более 40 сантиметров, глубиной 50 и высотой 33. Кроме того, надо учитывать промежутки, образованные проходами на трибуны (а их очень много), ступеньки, по которым зрители проходят до своего ряда, как в зале кинотеатра. А также разделительные перегородки и т. д. В итоге получается, что Большой цирк мог вместить приблизительно 150 тысяч зрителей.
Это честный и осторожный подсчет. Скажем так, это минимальная вместимость сооружения, которое, возможно, в состоянии вместить гораздо больше народу, как вроде бы намекает Плиний Старший в своей «Естественной истории»: по его словам, там умещаются 250 тысяч зрителей.
В позднеантичную эпоху Большому цирку приписывали еще большую вместительность — на почти полмиллиона человек (480 тысяч), что, возможно, является преувеличением.
Тем не менее и 150 тысяч человек, как предположил профессор Мейер, — это невероятно много, почти вдвое больше по сравнению с самыми крупными футбольными стадионами в Италии (стадион «Меацца» в Милане насчитывает немногим более 80 000 зрительских мест, «Сан-Паоло» в Неаполе — 76 000, а римский «Олимпико» — 73 000).
Вместимость Большого цирка — гораздо больше, чем у самых крупных современных стадионов в мире: начиная с легендарного стадиона «Маракана» в Рио-де-Жанейро (рассчитанного по проекту на 160 тысяч зрителей, но реально вмещающего только 95 тысяч) и заканчивая стадионами «Камп Ноу» в Барселоне (98 тысяч) и «Ацтека» в Мехико (101 тысяча), где проходил знаменитый футбольный матч Италия — Германия, закончившийся со счетом 4: 3.
Если верить данным про современные стадионы, часто цифры говорят о впечатляющей вместимости, но все же стоит принимать в расчет «реальные» сидячие места, а не когда во время массовых мероприятий на стадион набивается толпа народу, так что невозможно протолкнуться…
При таком сравнении только некоторые особо крупные сооружения могут сравниться с Большим цирком. Как, например, стадион для американского футбола в штате Пенсильвания (107 000 сидячих мест), стадион для игры в крикет в Мельбурне (100 000), стадионы в Калькутте (120 000) и Тегеране (90 000–100 000) и, наконец, такой «монстр», как Стадион Первого мая в Северной Корее, используемый и для партийных съездов: по официальной версии, он рассчитан на 150 000 сидячих мест. Но у многих есть большие сомнения относительно способа их подсчета.
 
И тем не менее, даже если бы эта цифра соответствовала действительности, она бы могла сравниться лишь с самой низкой из оценок вместимости Большого цирка!
Все эти сведения приведены здесь для того, чтобы подчеркнуть исключительность Большого цирка в истории. Сегодня никто на свете, даже располагая лучшими технологиями, самыми качественными сталью и бетоном, лучшими умами и программным обеспечением, не смог возвести ни одного более вместительного спортивного сооружения, чем Большой цирк.
Возможно, потому, что для этого нет особой необходимости: те, кто ходит на стадион или на автомобильные гонки, на скачки или на рок-концерты, — всего лишь незначительная часть населения. Нет смысла возводить огромные стадионы. А в случае с состязаниями колесниц в императорском Риме дело обстояло совершенно иначе. Цирк мог вместить, по некоторым оценкам, каждого седьмого жителя столицы, а по иным — и каждого четвертого.
Итак, перед нами в полном масштабе предстает увлечение римлян состязаниями колесниц и их значение для римского общества. Об этом аспекте говорят редко, поскольку все мы полагаем, что настоящим центром развлечений был Колизей. Но если взять данные о вместимости последнего («всего лишь» 50–70 тысяч зрителей), его роль и значение гладиаторских боев в сознании римлянина начинают представляться совершенно иначе.
  
Настроения на трибунах
 
Из тысяч выходов на трибуны, носивших название «вомиториев», [103] бесконечной вереницей выходят люди. Похоже на просыпающийся муравейник.
Лучи солнца скользят по трибунам все дальше и дальше, подобно светящемуся приливу. Тень же, наоборот, отступает и рассеивается, будто кто-то тянет за драпировку, накинутую на памятник перед торжественной церемонией его открытия.
Между первым, нижним рядом и последним — 35 метров, с такого расстояния чернь на «галерке» может различить лица важных персон, сидящих в первых рядах.
Распределение мест, подобно рентгеновскому снимку, проявляет структуру римского общества. Внизу сидят сенаторы, весталки, члены всаднического сословия, важные гости. А наверху — народ.
Последние верхние ряды Большого цирка защищает длинный навес. На самом деле — это изящная крытая колоннада, идущая по всему периметру, подобно короне, и слегка напоминающая длинный храм.
К сожалению, эта надстройка оказалась настоящей ахиллесовой пятой. Она неоднократно обрушивалась на нижние ярусы, с трагическими последствиями. В одном из случаев древние авторы упоминают о более тысячи ста погибших. В другом, в правление Диоклетиана, жертв было целых 13 тысяч…
  
Откуда привозили мрамор для Большого цирка?
 
Многие сектора еще не заняты и могут ослепить белизной мрамора любого, кто попытается скользнуть взглядом вдоль трибун. В этот момент цирк, по словам старика — любителя скачек, усевшегося рядом с нами, «обнажен», подобно купающейся Венере. Действительно, красотой и белизной он напоминает мраморные статуи богини, которые можно видеть в термах. И, подобно Венере, он постепенно «одевается» в туники, ткани и краски своих зрителей.
Глядя на эту белоснежную каменную «кожу», нельзя не задаться вопросом: откуда привезен мрамор для всех этих лестниц, колонн, капителей? Мы никогда не сможем этого узнать.
Правда, мы знаем, где жил по крайней мере один из поставщиков мрамора в Большой цирк. Археологи нашли его дом в Лунах (современный Луни), римском городе на лигурийском побережье, недалеко от Ла-Специи. Сегодня от этого города остались лишь молчаливые руины посреди полей, посещаемые по большей части иностранными туристами. А жаль, ведь это очень интересный археологический памятник, где до наших времен сохранились руины амфитеатра, форума (где недавно нашли клад с золотыми монетами, спрятанный перед вражеским нападением) и нескольких вилл римских богачей.