Игрушка богов (СИ)

Я вскочила на свою лошадь, и пока селяне, да и мои спутники тоже, не успели прийти в себя, пронеслась к помосту. Вытащила свой кинжал и принялась резать веревки. Ребенок, видимо, пребывая в шоковом состоянии, даже не шевелился, глядя на меня огромными глазами и часто дыша.
— Да она магичка! – воскликнул кто-то из селян.
Я моментально обернулась на голос.
— Да, магичка! И уничтожу всю вашу деревню, если вы хоть пальцем коснетесь этого мальчика или моего отряда. Мы сейчас вас покинем, и никто нас не будет останавливать. Это понятно? – крикнула я на всю мощь своих легких.
Мальчик дернулся, когда упала последняя веревка, не сводя с меня взгляда своих черных, ничего не выражающих глаз. Его всего колотила крупная дрожь.
— Сейчас мы с тобой сядем на мою лошадь и уедем отсюда, понятно? За вещами заехать, извини, не сможем. Нужно убираться отсюда быстрее. Тебя никто больше не тронет, верь мне, — тихо и проникновенно сказала ему и подала руку.
Тот, помедлив, протянул мне ее, и я помогла ему сесть на мою лошадь, усадив его спереди. Повернулась к селянам. Те молча расступились, освобождая проход.
Я проехала к наемникам, которые сидели на лошадях с оружием наготове.
— Альена, оставь его, — тихо сказал Айк.
— Нет.
— Это ребенок нгроха!
— Это ребенок. Точка. И он едет с нами! – зло сказала я.
— Мы не можем его взять с собой, — покачал головой уже Джастин.
— Вы и не берете. Я беру, — отрезала я.
Но, тем не менее, мы потихоньку выезжали из деревни. Наемники смотрели на меня неодобрительно. За исключением, пожалуй, Саймона. В его взгляде впервые было что-то, похожее на одобрение. Мальчик дрожал, сидя прямо, как натянутая струна, боясь глянуть куда-то в сторону, на пропитанные злобой и ненавистью лица односельчан.
— Все будет хорошо, — прошептала я малышу, склонившись к его макушке. Он ничего не ответил, но еще сильнее вжался в меня спиной.
Я покосилась на каменные хмурые лица наемников и едва сдержалась, чтобы горестно не вздохнуть. Как же мне защитить тебя, малыш? Но я буду стараться, насколько хватит сил. Уж хотя бы тебя не брошу и не обреку на погибель.
  
Глава 27
 
Дальше мы ехали молча, но как только оказались в лесу, и деревня осталась далеко позади, Айк дал знак остановиться и подъехал ко мне. Я прижала мальчика крепче к себе. Он, бедный, уже даже не шелохнулся, оставаясь в ипостаси нгроха.
— Альена, спусти нгроха с лошади, — хмуро сказал Айк.
— Нет.
— Альена, не заставляй делать это силой, — поморщившись, сказал Айк.
— Айк, он со мной. Я его не брошу, — твердо сказала я, немного сдавая на лошади назад.
— У нас важная миссия. А это существо нужно убрать. Он наполовину нгрох. Он опасен, — почти взмолился Айк. Остальные молча ждали.
— А еще он наполовину человек. И я тоже опасна. Да и вы не безобидные школьники. Каждый человек по-своему опасен. И я помню о миссии. Как и то, что без меня вам ее не завершить. А без ребенка я никуда не пойду. Тронете его – на мою помощь можете не рассчитывать, — непреклонно заявила я, неприятно удивившись упорству Айка. Да и остальных, судя по их нахмуренным лицам.
— Если ты не выполнишь миссию – нашей империи наступит конец, — вклинился Джастин.
— А мне плевать. Если не выполню то, что от меня требуют – меня убьют. Я знаю. Но если что-то случится с ребенком – выполнять требуемое не стану. И тогда без разницы, буду жива или нет – миссию вам не выполнить. Так как поступим, господа? – спросила я, зло сузив глаза.
— Ты совершаешь большую ошибку. Ты не знаешь на что способно это существо, — покачал головой Хан.
— Ты тоже. И никто из вас не знает, так как видит этого мальчика впервые. Так как вы можете решать жить ему или умереть? И это низко – пытаться убить пятилетнего, — с презрением сказала я.
Мое мнение об этих наемниках только что кардинально изменилось. И не в лучшую сторону. В этот раз все промолчали.
— Крис, Саймон? Вам есть что добавить к вышесказанному? – спросила я с вызовом.
— Оставляя его, ты связываешь свою судьбу с ним. Без тебя он не выживет. Правда, и с тобой его шансы ненамного больше. К тому же, тогда ты подвергаешь свою жизнь опасности. Но решать только тебе, — честно ответил Крис. Саймон же просто покачал головой.
 
— Ты прав. Это мой выбор. Вопрос исчерпан? – уточнила я, окидывая взглядом всю команду.
— Да, отправляемся дальше. И так время потеряли, — избегая смотреть мне в глаза, скомандовал Айк.
И мы отправились дальше. Чтобы не чувствовать на себе осуждающие взгляды команды, я перестроилась и ехала самой последней.
— Мне восемь, — тихо шепнул мальчик.
— Что? – не поняла я. Ребенок впервые подал голос с тех пор, как покинул деревню.
— Низко убить пятилетнего. А мне восемь, — еще тише шепнул он.
— Не на много больше. Ты в первую очередь ребенок и еще долго им будешь. Можешь вернуться в человеческую ипостась, чтобы не нервировать этих дядей? – спросила я.
— Я не знаю как. Оно само получается. Вчера я проигрывал в драке, испугался, что мне что-то сломают и обратился. Но потом почти сразу вернулся в свое обличье. А сегодня не хотел умирать. Но как обратно не знаю, — прошептал мальчик.
— А мама тебя не учила? – осторожно спросила я.
Судя по всему, мама прекрасно знала кто отец ребенка. Не зря же рожала в одиночестве. Возможно, именно он и напал на нее изначально в лесу. Хотя мне кажется, она бы тогда не выжила. И призналась бы, спасая остальных. Или же боялась, что отберут ребенка и потому молчала?
— Она думала, что я сразу буду таким. Она говорила. Но после рождения увидела, что я нормальный и перестала бояться. Мы не знали, что будет две ипостаси, — ответил он.
Мне же подумалось, что он слишком уж сообразительный для восьмилетнего, и предложения составляет больше подходящие для взрослого человека. Это потому что он человек лишь наполовину? Или же от того, что он так рано стал сиротой и стал жить один? А еще больно кольнули слова «свое обличье» и «нормальный». Бедный ребенок сам в ужасе от того, кто он есть.
— А об отце что-то рассказывала? – решилась я.
— Она говорила, что он сильный и красивый. И что он ее спас. Она хотела остаться с ним, но отец не позволил для ее безопасности, и ушел. А потом уже она знала, что буду я. Но лучше б меня не было, тогда мама бы жила, — сказал он и молча заплакал, без хныканий и всхлипов, просто из его глаз, лишенных белков, потекли слезы на мою руку, которой я придерживала его, дабы он не упал с лошади.
У меня от этих слов что-то защемило в груди. Возможно, это проснулся мой материнский инстинкт, которому некогда не позволили окончательно пробудиться.
С удивлением заметила, что мальчик вновь принял свою ипостась человека. А еще поняла, что его отец действовал как обычный добропорядочный мужчина. То есть, чтобы ни было века назад, сейчас нгрохи (если их много) просто еще одна раса.
— Не говори так. Нельзя так говорить. Ты уже есть. Что бы ни происходило в твоем прошлом – дальше все будет хорошо, — попыталась утешить его я.
— Я монстр. Все так считают. Как может быть у меня что-то хорошо? – горьким тоном спросил он, чуть обернувшись ко мне. До этого он сидел идеально ровно и смотрел только прямо.
— Монстры те, кто тебя так называл и хотел убить. Ты же просто человек с примесью иной крови. Тебе нужно всего лишь научиться контролировать обращение, — постаралась убедительно сказать я.
— Почему ты не боишься? Все начали бояться и ненавидеть, как только увидели мою ипостась. Но не ты. Почему? – мальчик немного смешно наморщил лоб в раздумье.
— Потому что от смены ипостаси ты не перестал быть ребенком. Кстати, прости, что только сейчас спрашиваю, но как тебя зовут? – спохватилась я.
— Натан. А ты Альена, — ответил он.
— Да, Альена. У тебя красивое имя. Означает «подарок», — кивнула я.
— Скорее проклятье. Что со мной будет дальше? – вдруг спросил он.