Игрушка богов (СИ)

Когда парень вернулся, я уже думала о другом. Вещи свои я хоть и успела собрать, но из одежды там был лишь теплый плащ, очередное бесформенное платье и наряд из гарема. А на встречу с императором нужно надеть что-то приличное. И накраситься соответственно. Печальной красивой девушке всегда верят и сочувствуют больше. Нужно этим пользоваться.
— Вольхан, Айк тебе не говорил, когда я должна встретиться с императором? — спросила я у мага, который занял второе кресло и скоса на меня поглядывал.
— Нет. Не успел. А что? — ответил он.
— Да так, неважно. Ну чего ты такой хмурый? Ты меня сегодня тоже ударил по голове, так что мы квиты, — пожала плечами я.
Вольхан согласно кивнул, но промолчал. Спустя еще минут пять, он все же сподобился до вопроса.
— Так что у тебя с магией не так? — не выдержал он.
— Все не так. Колдовать не могу. Магия, направленная против меня, бывает, действует, бывает — нет, а бывает, что и вовсе получается совсем другой результат. Я не знаю, — ответила я почти чистую правду.
Умолчала лишь о том, что примерно год назад мне удалось все же воспользоваться ею, именно так мне удалось сбежать. И именно с того момента я принялась мечтать об обучении в Академии Магии. Ведь глупо иметь силу и не иметь возможности ею пользоваться, правда же?
— А в школе что говорили? — спросил Вольхан.
— Какой школе? Обычной? — переспросила я, не поняв вопроса.
— У тебя есть дар. Значит, ты обучалась в школе с магическим уклоном, так ведь? — с нажимом произнес он последнюю фразу.
Я же поняла, что тут у меня имеется значительный пробел в знаниях. Честно говоря, даже не задумывалась, откуда берутся одаренные студенты. А среди книг, которые успела прочесть, подобной информации не было.
— Боюсь, я тебя не понимаю, — осторожно начала я.
— Сила появляется лет в восемнадцать-девятнадцать. Но понять, что у ребенка дар, можно уже лет в двенадцать-тринадцать. В этом возрасте дети проходят тест, результаты которого показывают родителям. Если дар слабый, но у родителей есть деньги — чадо переводят в школу с магическим уклоном, где учат как распознавать магические потоки, плести заклинания, видеть суть артефактов и прочие азы. Если у родителей ребенка нет денег, но сам он довольно талантлив, его тоже берут в школу. Обычно к выпускному вечеру у всех сила уже проявилась, но заклинаниям их еще никто не обучал. Тогда те, кто хотят обучаться, но не имеют денег, устраивают представление. Вся знать собирается посмотреть на это. И довольно часто половину таких школьников принимают на бюджетном основании, — объяснил Вольхан.
Что странно, я об этом ни в одной книге не читала. Впрочем, много ли книг успела прочесть за этот год так, чтобы понять о чем она, вникнуть в ее суть? То-то же.
— А как же те, кто учился в школе, но не имеют денег и никого не заинтересовали? — спросила я.
— Они могут пойти в ученики к магам или алхимикам. Не скажу, что это очень выгодно, они до конца своей жизни (если, конечно, не решились отказаться от магии) имеют статус помощника и не могут возвыситься. Ведь ни силы, ни знаний особых не имеют. Но зато их зарплата немаленькая, — пожал плечами маг.
— Жестоко. Знать, что в академии учатся такие же, как ты, но им просто повезло родиться в богатой семье. Ты же на всю жизнь останешься обслуживающим персоналом, — заметила я.
— Знаю. Но государственной казне очень дорого обходится содержание Академии. Дорогие препараты, редкие ингредиенты, вечный ремонт, устранение последствий, в виде неправильно вызванных духов или поднятого мертвеца. Когда-то давно в Академию принимали всех желающих. Но сейчас мы просто не можем себе этого позволить. С каждым годом бюджетных мест все меньше. Сдается мне, что со временем они и вовсе исчезнут. Но те, у кого родители не имеют средств на обучение в Академии, редко стремятся учиться в школе. В последнем году там было всего четверо таких. Но всех четверых взяли в Академию. С осени начнут там обучаться. Если еще вступительный экзамен пройдут. Довольно частая практика — отречение от дара еще до того, как он открылся. Такова жизнь, — разъяснил мне маг.
 
Я в задумчивости покивала. Вольхан же с нездоровым интересом на меня уставился.
— Что?
— Откуда же ты такая взялась, что не только не проходила тест на способности, но и не знаешь о нашей системе образования? — с подозрением спросил он, сузив глаза.
Вот, а еще совсем недавно таким милым казался. Я тяжело вздохнула. Еще не хватало, чтобы меня приняли за иностранную шпионку.
— Из гарема. Забыл уже? — немного грубо ответила я.
— А до гарема ты где жила, в каком городе? — не унимался он.
— Кроме этого города и гарема я нигде не была, сколько помню себя в этом мире. И это не важно, — сердито отрезала я.
И это он мне показался простачком? Да я теперь не знаю от кого больше угрозы исходит: от него или от Айка! Впрочем, сразу после моей реплики он успокоился и, мне кажется, даже немного смутился.
— Хочешь, я принесу какую-то клятву, что не являюсь шпионом, никому не сливаю информацию и даже не знаю о политической ситуации в стране? — миролюбиво предложила я.
И это была чистая правда. В библиотеке были стеллажи с подобной литературой, но меня совсем не тянуло читать это. Я общие знания о мире прочла, какие страны есть – также знаю. Имя императора… ммм… знала. Сейчас как-то вылетело из головы. Ну, мне это знание особо не нужно было. Раньше.
— Не надо. Не похожа ты на шпионку, — поморщился он.
Я хотела было продолжить налаживать отношения с магом, но тут вернулся Айк и сообщил, что ужин готов. При этом он с подозрением осмотрел нас. И в первую очередь меня. Хотелось было помахать ему ручкой с мирной улыбкой, но я себя остановила. То, что шаткое перемирие у нас налажено, еще ничего не доказывает. Главное, что скажет император. Надо бы, кстати, вспомнить или узнать его имя хоть. А то неловко как-то.
  
Глава 5
 
На ужин была вареная картошка и жареные колбаски. Просто и вкусно. Хотя, хоть убейте, не могу представить Айка, который чистит картошку. Как выкалывает ножиком для чистки кожуры кому-то глаз — тут фантазия работает, что будь здоров. А вот на бытовых вопросах начинает сбоить. Впрочем, я ее понимаю.
Хотя, тут вспомнила о том, что картофель перед жаркой нужно еще порезать. Честно попыталась представить сие действие с Айком в главной роли. Ну, что я могу сказать? Если предположить, что картофель воодушевленный и нападет на воина, а он его крошит мечом — то да, вполне себе нормальная картинка стоит перед глазами. Я еле сдержалась, чтобы не хихикнуть — явно меня не в ту степь понесло.
Айк, словно догадавшись, о чем я думаю, с каким-то непонятным напряжением на меня уставился. Я тут же стала серьезной, нашла время дурачиться. Все же не в гости к друзьям зашла. Встретилась с ним глазами, но ни единой эмоции не смогла по ним прочесть. То ли ему польстила, когда решила, что он очень умен, а он на самом деле тупой качок, исполняющий приказы. То ли наоборот, недооценила, и он еще более опасен, чем мне представляется. Что ж, будем отталкиваться от последнего.
— Ты доела? Нужно обсудить твои дальнейшие действия, — прервал мои раздумья он.
Я не доела, но после такого заявления мне кусок в горло не полезет. Поэтому молча отодвинула тарелку и поднялась из-за стола. Было бы совсем нелишним попроситься принять ванну и выпросить что-то на сменную одежду, но это можно сделать и после. Разговор так разговор.
Мы прошли в другую комнату, где я еще не была. Обставлена она была тоже довольно скромно. Диван, два книжных шкафа, камин и журнальный столик, мохнатая шкура у камина. Впрочем, вполне возможно, что это такой ковер, я особо не рассматривала. Вроде все.
Айк с Вольханом уселись на диван и приглашающе кивнули мне на место рядом с ними.
Я немного потопталась и села на покрытие у камина. И да, это все же была шкура. Черная, большая, с очень длинным и мягким мехом. Хотелось бы увидеть зверя, который ее носил в ареале его обитания.