Мой дом там, где ты (СИ)

— Ну, давай, Лютый! Не на улицу же мне тебя выводить. — Как будто поняв, что от него требуется, он начал обнюхивать пелёнку. — Вот, молодец. — Похвалил я его и пошёл за ноутом.
Возвращаюсь. В центре пелёнки лежит Лютый, а рядом с пелёнкой маленькая лужица.
— Э, брат! Это никуда не годится! Писать нужно туда, где ты лежишь, а не наоборот!
Щенок поднял голову, равнодушно посмотрел на меня и лёг обратно, прикрыв глаза.
— Отлично! Просто прекрасно! — психанул я, усаживаясь на диван.
Открыл ноут и вместо отчёта, который должен был отправить завтра заказчику, зашёл в поисковик и набрал: как приучить щенка к пелёнке.
[1] лав стори (англ.) — любовная история или роман.
[2] «Голова Франца Кафки» (чеш. Hlava Franze Kafky) — скульптура в виде головы немецкоязычного писателя Франца Кафки авторства Давида Черни, произведение кинетического искусства. Установлена в Праге возле торгового центра «Quadrio».
  
Поездка домой
 
— Лютый, принеси тапки из спальни, будь другом. — Услышав команду, пёс лениво поднял морду и нехотя выполз из тёплой лежанки.
Вот уже чуть больше года, мы живём с ним вдвоём. Я так и не смог с ним расстаться. Вначале долго привыкал к нему. Злился, ругался с ним, потом привык. А теперь, просто не представляю, как до этого жил без него.
Лютый оказался очень умным и сообразительным, а главное- неприхотливым в быту. Корм, витамины, прививки раз в год и чистка зубов. Затрат минимум, а удовольствия, хоть, отбавляй. Он быстро обучился стандартным командам, а потом начал делать то, чему я его даже не учил. Вот, например, как сейчас, приносил мне тапки, выключал свет.
— Блин, ты прикалываешься? Почему только одну тапку принёс? У меня вообще-то две ноги, если ты не заметил!
Он хрюкнул, развернулся и недовольно побрёл обратно в спальню. Притащил вторую.
— Вот, теперь, молодец! — дал ему вкусняшку. И он вернулся на свою лежанку с чувством выполненного долга.
С тех пор, как у меня появился Лютый, у меня в каждой комнате и в каждом кармане лежали вкусняшки для его поощрения.
Так и живём.
Через несколько дней улетаю домой. Бабушка опять попала в больницу. Пришлось выкроить несколько дней. После того, как не стало отца, она совсем сдала. Еще и меня рядом нет. Но что поделаешь, это жизнь. Я бы с удовольствием забрал её к себе, но она категорически отказывается, да и вряд ли уже выдержит изнурительный перелёт с пересадками.
Скоро новый год. Мы с ребятами решили провести все праздники в Нью-Йорке. За этот год мы так сдружились с семьёй Титовых [1], что ни один праздник теперь не проходил без них. Может, потому что Алинка напоминала мне мою Лерку и от этого становилось как-то теплее на душе. Когда мы все раззнакомились и разговорились, оказалось, Тоха немного знаком с Мишей, братом Алины. Ещё из дома. Надеемся, что им с его женой Викторией, удастся присоединится к нам в этом году.
Встречать Новый год, на Таймс-сквер в Нью-Йорке, отсчитывая секунды вместе с миллионами таких же счастливчиков — это великолепная традиция.
У нас в Лос-Анджелесе круглый год лето, а зимой хочется снега. Почему тогда Калифорния, спросите вы, и я вам отвечу: не потому, что Лос-Анджелес — столица американской киноиндустрии и телевидения. И не из-за Голливуда, с его звездами и всемирно известными киностудиями, такими как "Парамаунт Пикчерз", "Юниверсал" и "Уорнэр Бразэрс". На самом деле, это вышло случайно. Ну, или почти случайно.
Когда мы с Тохой приезжали в Сиэтл по обмену, ещё когда учились в универе, в Калифорнии у нас жили друзья. Приезжали к ним пару раз и так понравилось, что решили тут жить. И пошло, поехало. Клиенты, связи, знакомые, контракты.
Если честно, когда я планировал остаться здесь, я думал, что Лера поедет со мной. Я даже не допускал мысли о том, что она мне откажет. Мне казалось, это так… правильно и логично. Но она решила иначе.
Да, я так и не смог избавиться от этой «лерозависимости», как называет это Тоха. Я знаю, что она работает в национальном театре оперы и балета в Бордо. Я наводил справки. Знаю, что их балетная труппа, по праву считается второй труппой во Франции (после балета Гранд Опера), этуали [2]- Мишель Дюпуи, Денис Михеев и тададам… барабанная дробь- Валерия Соболева.
 
Лера добилась своего и несмотря ни на что, я ею очень гордился. Ах, да, и самое интересное: у них скоро начнётся гастрольный тур по Америке. Догадываетесь где? Они открывают свой турне в солнечной Калифорнии!
В течение четырёх дней- с 13 по 16 декабря они будут представлять своё балетное искусство на сценах лучших театров крупнейших городов Западного побережья. Это Театр Хербст в Сан-Франциско, Калифорнийский центр искусств и Театр Сприкелс в Сан-Диего, а также знаменитый Сабан театр в Лос-Анджелесе, который на протяжении многих десятилетий был ведущим театром кинокомпании «20 век Фокс». Я уже купил билет. Не смог удержаться.
Теперь только об этом и думаю. Неужели, я скоро ее увижу?
Лютого я решил с собой не брать. Побоялся. Мало ли. Маленький он ещё для таких долгих перелетов. По Америке он уже со мной катался и не раз, даже летал на самолёте. Тоха согласился его подержать у себя, пока я не вернусь. Надеюсь, за неделю, он его не кончит. Хотя, даже не знаю кто кого. Оба подарочки!
Родина встретила меня мокрым снегом с дождем. Хуже не придумаешь. Хорошо, хоть Матвей меня встречал в аэропорту.
— Как там дома?
— Всё хорошо. Ты к нам надолго или насовсем вернулся?
— На неделю. Бабушка опять в больницу попала. Совсем что-то захандрила.
— Лера тоже прилетит? — услышав родное имя из уст другого, напрягся.
— Лера…, нет, у нее скоро тур намечается. Работает.
— Понятно. Давно вас не было. Совсем нас забросили.
— Работа, брат.
— Егор, скажи, а вы не планируете продавать дом?
— Не понял. Ты о чем? — правда, не сразу понял о каком доме речь.
— Ну, наш дом. Вы же здесь не живете и вряд ли уже вернетесь. Какой смысл содержать такой огромный дом и нас, в придачу?
— Матвей, успокойся. Дом не продаётся. Тема закрыта.
— Понял. — С облегчением, ответил он и даже улыбнулся.
Честно говоря, содержать такую махину, и правда, было накладно. По завещанию отца, дом принадлежал нам с Лерой пополам, а все остальное свое имущество, включая фирму, городскую квартиру и автомобили, он завещал мне. Так же я должен был перечислять Лере ежемесячные выплаты, пока она не станет на ноги. Но я это и так делал, без завещания. Поэтому просто проигнорировал этот пункт. Тем более, я принял решение отказаться от всего в пользу Леры, за исключением фирмы. Точнее, фирма тоже была её собственностью, я только имел небольшой пакет акций и контролировал финансы, оплачивая из этих денег наш дом.
Не мог я выгнать тетю Машу, Глафиру, того же Матвея, после стольких лет службы. Уверен, в этом вопросе, Лера бы меня полностью поддержала. Ладно, Матвей, он молод, у него, может, семья появится, а может, и уже есть. Хз. А мои любимые тетушки куда пойдут? Нет у них никого. Совсем одинокие.
— Егооор… — я удивлённо посмотрел на Матвея, потом перевёл взгляд на окно. Ого! Мы уже дома!
— Тётя Маша выбежала на крыльцо, накинув шаль на плечи.
— Ты чего, тёть Маш?! Холодно же! — обняв старушку, завёл ее в дом.
— Привет, привет! Моя родная. — Обнял ее и закрыл глаза. Надо же, ничего не изменилось. От нее всегда пахло чистотой и свежестью, как и в детстве.
— Егорушка, мальчик мой, вернулся, родненький! — причитала она, расцеловывая меня в холодные щеки. — Красивый какой, совсем большой стал.
— Здравствуйте, Егор Михайлович. — Топталась рядом Глафира.
— Здравствуйте, Глафира Алексеевна.
— Раздевайся, проходи, мой хороший. Чайку? Или может чего посерьезнее?
— Я страшно голоден. У нас есть что пожевать… — запнулся, увидев укоризненный взгляд Глафиры, — простите, поесть? Или Матвея отправить в магазин?