Барон Чернотопья (СИ)
— Киррэл! — воскликнула за моей спиной все еще пунцовая от стеснения «невеста», Агата Блэкланд.
Я совершенно спокоен. Убить придурка необходимо, иначе найдутся другие претенденты на руку баронессы. И всем плевать, что я никаких на нее планов не имею — им ведь главное доблесть свою показать и выскочку поставить на место.
И то верно: я всего лишь демонолог, без богатого титула и пока все еще без диплома. Мне не суждено метать фаерболлы или разить врага молнией. В местном обществе одаренных я практически никто, чернь.
— Я заставлю тебя молить о пощаде! — в глотке опытного чародея клокотало.
Самый известный и сильный, ни разу не проигравший маг был взвинчен и собирался показать мне мое место, моей невесте — свое превосходство, а высшему обществу — свою доблесть.
Он выиграл уже далеко не одну дуэль, большинство из которых, правда, проходили на территории академии Крэланда, и исход там не был летальным. Но, уверовав в свою непобедимость, мальчишка намеревался перейти к «взрослым» дуэлям, где противника не щадят.
По сигналу Блэкланда мы отошли на двадцать шагов и обернулись лицом к лицу.
Колокольчик звякнул в руке барона, и сразу же раздался грохот. Молния летела мне в грудь, но рассеялась слишком быстро. Мои щиты оказались даже не задеты — чары Вольфганга-младшего развеялись прежде, чем мальчишка меня достал.
Чародей свел глаза к переносице, где зияла дыра, покачнулся, как пьяный, и рухнул лицом в траву, демонстрируя отсутствующий затылок. Какую-то даму громко вывернуло на баронскую лужайку, еще одна упала в обморок. Друзья погибшего ошарашенно молчали.
— Магия-шмагия, главное — у кого калибр больше.
Я демонстративно усмехнулся и, провернув в руке свой артефактный револьвер, усиленный этернием и заклинаниями демонического арсенала, воткнул его в кобуру. Кивнув Блэкланду, отошел в сторону, где стояла с бокалом вина в руке графиня фон Ней.
— Быстрая победа, — улыбнулась мне Салэм. — Выпьешь?
— Нет, спасибо, — покачал я головой, поправляя плащ так, чтобы револьвер не было видно со стороны. — Может быть, поговорим наедине? Уверен, Алан Блэкланд с радостью предоставит нам одну комнату для деловой беседы.
— Деловой ли? — с улыбкой уточнила ее сиятельство.
— Ну, это зависит от того, как много у нас будет времени, — подмигнул ей я, взмахом руки подзывая слугу с подносом, заставленным серебряными бокалами с вином. — Но я надеюсь, что переговоры пройдут благоприятно для нас обоих. Так как, ваше сиятельство, уделите мне немного вашего личного времени?
— С радостью, барон Шварцмаркт, — поиграв бровями, ответила моя учительница.
Глава 21
Сад поместья Блэкландов.
Вот, почему так важно подготовиться, прежде чем приступать к убийству мага.
Коротко стриженный мужчина с седыми висками смотрел, как слуги Блэкландов заворачивают в плащ тело погибшего юнца. Парень понадеялся на выданные ему артефакты, и невдомек ему было, что все они числятся похищенными из особняка Вольфганга. Теперь же всплывет эта история, и погибший Леонард окажется еще не только изгнанником, но и вором. А тот факт, что ему покровительствовал принц Равенов, ударит по правящему роду. Не слишком сильно, разумеется, но, как известно, вода камень точит. А что артефакты ему передал другой человек, никому и не известно.
Мужчина повел взглядом вокруг, оценивая сборище молодых аристократов. Барон Райдер на мгновение встретился с ним взглядом, но ничем не выдал, что они знакомы.
И правильно, ни к чему лишние поводы. Окружающие сейчас в шоке от скоропостижной кончины молодого благородного, но потом начнут анализировать произошедшее, и странное переглядывание двух баронов лишнее.
Бросив последний взгляд на тело, мужчина залпом осушил бокал с вином и, натянув на лицо благодушную улыбку, направился в сторону меридийской баронессы. Вредить ей он не станет, просто пообщается, осторожно выспрашивая, как ей в Крэланде после этой войны, и не портит ли кто очаровательной девушке настроение, намекая на недавний конфликт между странами.
А Гриммен и вправду хороша, не зря Вайссерманн вокруг нее так и вьется. Да и другие неженатые молодые люди тоже смотрят на девушку с интересом.
Барон Чернотопья заговорил о чем-то со своей учительницей, не обращая больше ни на кого внимания, и это хорошо. Пусть орденские псы нюхают друг друга под хвостами. Аркейн слеп, и не видит происходящего под самым носом. Вот и сейчас им не нужно оглядываться. Иначе могут стать случайными свидетелями, а потом и сопутствующими жертвами.
Опытный убийца не оставляет свидетелей своей работы. А Райдер щедро оплатил этот заказ.
* * *Кабинет главы рода Блэкланд.
Алан не стал устраивать скандала перед гостями. Понятно, что нужно написать официальное письмо, вот только кто будет его адресатом? Род Вольфганга отказался от Леонарда, а деревня принадлежала принцу, который уже скончался. Оставалось отправить сообщение в королевский совет, а они уж сами разберутся, кто наследует деревню Сальон.
Но это было и не страшно, ведь разрешение на дуэль выдала искоренительница ордена. У Леонарда, честно предупрежденного, что он вызывает на смертельную дуэль мага, обученного в Аркейне, была возможность отказаться от своей идеи. А вот то, что в эту ссору оказалась замешана его дочь…
Выделив одну из комнат для гостей графине и барону, Алан дождался, когда слуги приведут Агату к нему в кабинет. И только здесь дал волю тщательно сдерживаемому гневу.
— О чем ты думала, дура?! — рыкнул барон, заставив и без того бледную дочь вжаться в кресло. — Кто тебя за язык тянул?! И это при том, что мы ждем твоего жениха, здесь, на празднике по поводу вашей помолвки какой-то отброс заявляет, что ты невеста другого?! Ты понимаешь, что теперь, когда сын графа узнает, окажешься никому не нужна?!
С каждым сказанным словом у Агаты все сильнее тряслись губы. А под конец отцовской речи девушка и вовсе расплакалась.
— Хватит строить из себя жертву! — не сменил гнев на милость Алан. — Я столько денег вложил, чтобы тебя, дуру, пристроить, а теперь что?!
Агата собиралась возразить, но в этот момент в кабинет через потайную дверцу вошла Ингрид. Хозяйка бросила взгляд на дочь, затем посмотрела на мужа.
— Нам повезло, дорогой, — обратилась к Алану она. — На месте Леонарда мог оказаться кто-то, за кого могли бы заступиться родственники. А так — один ублюдок убил другого. За Киррэла никто бы не стал с нами ссориться, не теперь, когда мы держим Равенов за глотку.
— Цены не будут держаться на таком уровне вечно, дорогая, — покачал головой хозяин кабинета. — Не стоит считать, будто теперь так будет всегда. Именно поэтому я не против отдать Агату сыну графа, которого назначили Равены. И даже заплатил непомерное приданое. Когда продовольственный кризис разрешится, нам потребуются союзники или нейтральные отношения с другими кланами. А ссора с графом это потеря Равенов. Или ты думаешь, дорогая, что после того как они залили страну кровью и выжгли треть населения, кто-то осмелится бросить им вызов? Это даже не смешно.
Он махнул рукой, уже успокоенный сменой темы. Вспышка гнева прошла, и теперь барон вновь был тем же, кем и до нее — расчетливым дельцом, который умел наживаться на любой возможности.
— Все, обе идите к гостям, — приказал отец семейства, поднимаясь из-за стола. — Мне еще нужно будет отписать в совет.
Женщины послушно покинули помещение через дверь. А стоило створке отделить их от отца, мать взяла дочь под руку и с улыбкой на лице прошептала на ухо:
— Еще раз ты подойдешь или заговоришь с Киррэлом Шварцмарктом, и я собственными руками выдерну воздух из твоих легких. Поняла?
— Да, мама, — улыбаясь в ответ, произнесла Агата, нисколько не сомневаясь, что мать на такое способна.
— С твоим женихом я сама буду говорить. А теперь идем, гостей действительно нужно развлекать.