Империя Хоста (СИ)
Мне все понравилось, и я решил переехать сюда. Еще выше по лестнице было две небольших комнаты, одна над другой. Там у нас иногда сидели часовые, зимой в будке около ворот было холодно.
— Барон, служанки прибыли! — крикнул мне кто-то из солдат.
— Спускаюсь, сейчас буду!
Глава 4
Глава 4
— И что вы так задержались? Я вам приказал к обеду тут быть, а уже часа два прошло после него.
— А надо было к вашему обеду? — притворно изумилась Кларисса, дочь кузнеца — Я думала к нашему обеду, а у нас в деревне только сейчас садятся.
— Индюк тоже думал да в суп попал — не нашел сразу, чем возразить на подобную наглость я.
Шутка зашла, что-то часто я шучу, хотя может из уважения смеются, но не похоже. Пока я размышлял над карьерой Петросяна лихой дед-маг уже подкатывал яйца к моей Клариссе!
— Элька, иди в комнату вещи неси, и приберись там — маг мельком взглянул на младшую дочь старосты.
— А я где буду жить — успела вставить слово Лиана.
Но мы с дедком, похоже, запали на Клариссу, так звали дочку кузнеца. Я-то думал дед педофил, а ему реально служанка нужна была. Сам смотрит на мое яблочко! И как мы её делить будем? Это я про Клариссу.
— Пойдемте, я вам расскажу, какие мне требуются условия для хранения трав и прочего, а вы уж не обидьте, постарайтесь!
Дед внаглую, тащит куда-то девчонку, ну нет уж!
— Кларисса следуй за мной. — даю команду и не глядя на нее, разворачиваюсь и иду на кухню.
— Барон, кого мне слушать, вы одно говорите господин маг другое.
— А деньги кто тебе платить будет? Вот ты и ответила на свой вопрос. На будущее, если не хочешь порки мои приказы выполнять не думая. — излишне резко осадил я её.
Надулась, но идет следом, старый пень поперся к себе видимо. Кухарка готовила ужин. На кухне я был, но Гарод воспринимал это как само собой разумеющееся, а именно антисанитарию — мясо лежало рядом с рыбой, по углам мусор, столы не протерты. Я поморщился. Надо порядок навести, а то потравит ещё.
— Мелия ты бы здесь порядок навела, что ли. — обратился я к кухарке. — Вот наш новый кладовщик передай ей все запасы. Знакомы?
— Что же я дочку кузнеца не знаю! Добилась своего, ушла с кузни?
— Так за такие деньги батюшка был не против. — ответила Кларисса.
— Деньги? — тупо переспросила Мелия — Тебе что, платить будут?
— А вам батюшка не платил? — спросил я, уже зная ответ.
— Мы же закупные твои, никогда не платил, то есть, бывало, сыпанет на праздник медяшек и все.
А что, так можно было, забрать и заставить работать? В моей голове это не укладывалось, а Гарод по малолетству был не в курсе. Вот я маху дал. Хотя лучше бы я дал Маху.
— Сколько?? — вытаращила глаза Мелия. — ПЯТЬ серебрушек каждый месяц?! — расслышав ответ Клариссы, выкрикнула кухарка.
— Спокойно! — осадил я её, — У тебя теперь содержание будет три серебрухи, у твоего мужа тоже три и у сына четыре серебрухи, но в год.
— Такие деньжищи! Не извольте сомневаться! Блестеть кухня будет! И продукты посчитаем быстро!
М-да, надо подбить баланс, чего я уже наобещал.
— Скоро ещё люди будут, две служанки, повариха тебе в помощь и конюх твоему мужу. Служанок сам принимать буду, а конюха и повара вам смотреть, и за них отвечать будете сами.
— Жить будут в замке? — деловито спросила Мелия, уже подсчитывая деньжищи в уме.
— Мест полно, пусть тут живут.
— Надо открыть комнаты, сейчас только тебя запирающая магия пропускает.
— А маг как занял комнату? — удивился я.
— Так он маг, но кроме него некому. А он вредный ужас, всё некогда ему. Я главное говорю у меня вот тут на боку бородавка, свести бы надо, а он взашей меня. Или ещё вот сегодня хотела…
— Так, правильно он сделал. Магу не мешать, занимайтесь!
Бросив их, я пошел в комнату мажордома. Есть у меня мыслишка проверить имущество его, и в комнате, что маг занял, тоже. Мое наследство! Даже к магу первому пойду. И я сменил курс движения, на ходу подсчитывая свои расходы. Вышло почти двадцать серебра в месяц! Точнее девятнадцать и одна третья. Это в год. Два золотых и тридцать с небольшим серебра. Пока терпимо. Но этот аттракцион щедрости пора заканчивать. Размышляя таким образом, я добрался до комнаты мага, попытался зайти, но не смог, пришлось стучать.
— А! Господин барон пожаловал, что требуется? Сигналку обновил перед замком, больных нет.
— А Мелия? — не смог удержаться от шутки я.
— Пороть её надо, чтобы болячки не выдумывала. — не принял шутку и серьёзно ответил Бурхес.
— Согласен, но у меня дела поважнее. Завтра будут люди, их селить надо, думаю пару комнат братьев освободить. Надо запирающую магию снять.
— Снять не могу, только перестроить, но дело плёвое. Я думал ты Клариссу пришел делить — усмехнулся он.
— Что её делить, девка молодая всё успеет, но я первый на неё залезу.
— Речь не мальчика, но мужа! — выдал маг заезжую на земле метафору, заставляя заподозрить в нем попаданца.
— Я ещё за вещами пришел, память о брате, надеюсь, ничего не прикарманил?
— Сундук открыть только барон может, вон стоит, забирай. — он кивнул на объемистый сундук.
— Я его, пожалуй, не подниму, надо гвардейцев попросить.
— Не их дело, конюха можешь послать, у него и тележка есть.
— Так и сделаю. Завтра поедем после обеда, заночуем в хуторе. Расскажи про испытание — задал я главный свой вопрос.
— Магия бывает тридцати двух рангов по силе, я вот только до шестого дошел. В нашей империи выше двадцать шестого никто не поднимался, вот раньше да, были.
— А что ты можешь?
— Немного подлечить, сам себя не могу оздоровить, плачу за это гильдии. Сигналки, запоры, светляки. Боевой магии нет почти. Но хорош в передачи сообщений, за это лет сорок назад и получил шестой ранг.
— Сколько тебе платят? И как много магов у нас?
— Платят двадцать пять золотых в год, а магов дай бог один из пяти тысяч. От семьи зависит.
— Шансов, то есть, нет у меня?
— Наоборот, мама твоя покойная до шестнадцатого добралась, пока в отца не влюбилась твоего. Замок весь зачарован. А чем сильнее маг, тем больше шансов на детей магов. Брат твой на второй уровень сдал в прошлом году, и всё! Один из пяти детей мало, для мага такой силы. Жаль барон продал магические вещи жены, кроме гарнитура из серебра.
— Есть гарнитур! Серьги браслеты, ожерелье, но всё женское.
— Не важно, золотых двадцать он стоит, очень помогает для роста растений. Но маг должен быть не ниже десятки. — показал информированность Бурхес.
— А учат магов где? — спрашиваю я.
— Академии есть, но тебе не грозит, пока детей не наделаешь. Ты последний в роду.
— А воскрешение — это как? Меня император наградил.
— Большая ценность, для того и наградил, чтобы род не прервался! Сейчас уже такое не могут, а вот пару тысяч лет назад были умельцы, сделали артефакты.
— Так долго и все равно работают! — вырвалось удивление у меня.
— В нашей империи да, а есть места, где и нет такого.
— А есть и ещё империи, расскажи?
— Потом, потом, забирай шмотки у меня дел ещё много — отделался обещанием не такой уж вздорный старикашка.
Выйдя от него, дал команду конюху вещи из комнаты мага перенести в мою башню, этажом выше. Черт, а я ведь забыл про плату пять серебрух дочке старосты! Вот же спермотоксикоз проклятый! Они и так виноваты передо мной, а я им деньги. Итого почти три золотых надо в год изыскивать. Но скоро урожай, и десятка три золотых я за него получу, я помню, отец говорил, что такие деньги приносит наше баронство. Только продавать надо, а цен я не знаю. Буду смотреть записи батюшки. Зайдя в комнату покойного мажордома, я удивился. Уж очень по земному тут все было.
Уютные занавески, небольшой столик, мини бар, и сундук с ценными вещами, куда без него. Запирающая магия, которую, как я узнал, ставила маменька, меня конечно же признала, и вскоре я рылся в сундуке. Прямо сверху лежали серебром три золотых. Думаю, от старосты взятка. Узнал, о гибели барона и решил подзаработать. Порылся дальше и ещё кошель! Двенадцать золотых!! Серебром, медью, но было и пять золотых монетами! А жизнь то налаживается. Бумаги, одежда, кинжал. Оружие крепостным давали изредка, для охоты, например. Кинжал старенький, но отделан серебром и выглядит прилично. В сапог его. Жулик видно большой был, наш управляющий. Отведал я и напитки в баре, крепкие настойки, ударило в голову. Захотелось секса, может зайти к Лиане, раз Кларисса занята? Им отдельный домик с сестрой выделили во дворе. А сестру, Бурхес припахал, я помню. Сказано — сделано!