Я тоже её люблю (СИ)

Глотаю подкатывающий к горлу ком, потому что не знаю, чего ожидать от этого монстра. До прошедшей ночи муж не позволял себе поднимать на меня руку, но теперь… Я его действительно боюсь!
Опустившись рядом со мной на кровать, Тагир склоняет голову.
— Прости меня, Юль. Я вчера перегнул палку, — бормочет тихим голосом, стараясь не смотреть мне в глаза.
— Бог простит, и я прощаю.
— Я… чёрт, — качнув головой, зарывается лицом в своих ладонях и растирает кожу пальцами. — У меня отказали тормоза, когда я подумал, что ты была у любовника. Я бы в жизни тебя не тронул, ты же знаешь.
— Знаю.
Придвинувшись ещё ближе, муж берёт меня за руку и подносит к своему рту. Целует медленно, нежно прикасаясь губами. А у меня от страха переворачиваются внутренности. Я боюсь дышать полной грудью.
— Что я делаю не так? Помоги мне, Юля, — просит муж.
— Чем тебе помочь, Тагир?
— Скажи, что мне сделать, чтобы ты его забыла. Чтобы навсегда удалила из своего сердца и впустила туда меня, своего мужа.
— Кого я должна забыть? — нервно сглатываю.
— Отца своего неродившегося ребёнка. Я чувствую, он стоит между нами. Столько лет прошло, но он никуда не уходит из твоей головы. И я не знаю, что мне с этим делать. Потому что я тоже тебя люблю. Возможно, гораздо больше, чем когда-либо любил тебя он!
Юля
Постучав в дверь, терпеливо жду, пока подруга услышит стук и пустит меня в квартиру. Слышится лязг металла, несколько оборотов замка и дверь, наконец-то, открывается. Отступив в сторону, Рита пропускает меня внутрь.
И пока я снимаю с себя шубу, подруга стоит немного поодаль, скрестив на груди руки. От пронзительного взгляда жжёт между лопатками, но я делаю вид, что ничего не замечаю.
— Это что? — спрашивает Рита.
— Торт, — киваю на небольшую коробку, которую держу в руках. — Я же говорила, заеду к тебе на кофе.
— Юля, дуру не врубай.
Подойдя ближе, подруга отводит с моего лица упавшие пряди волос и прикасается к опухшей скуле, отчего мне приходится сцепить зубы.
— Это что? — повторяет Рита. — Пощёчина?
Пожав плечами, натянуто улыбаюсь.
— Тагир совсем охренел! — возмутившись, подруга хватается за телефон. — Ну я сейчас покажу этому засранцу.
— Рит, не нужно.
— То есть как? Хочешь, чтобы этот абьюзер продолжил тебя избивать?
— Это пощёчина. Не более! И он попросил за неё прощения.
— Прекрасно, теперь ты его ещё и защищаешь. Юля, всё начинается с пощёчины. Один раз простишь, а потом и сама не заметишь, как будешь ходить с фингалами, будто за "здрасьте".
— Ты утрируешь, — вздыхаю, — к тому же я сама спровоцировала Тагира, потому что дала ему повод подозревать меня в измене.
Выгнув брови, подруга требует пояснений. И я, собравшись с духом, вкратце рассказываю о последних событиях. Больно и страшного говорить о Егоре, потому что я себе не позволяю даже думать о нём не то чтобы с кем-то обсуждать.
Закончив говорить, жду ответа Риты. Но вместо слов подруга достаёт из мини-бара игристый напиток и предлагает выпить.
— Нет, нет, Рит. Я не буду, — возразив, наблюдаю, как подруга опустошает бокал.
— И что теперь, Юль? Что намереваешься делать?
— Не знаю, — пожимаю плечами. — У меня не получается держаться от Егора на расстоянии.
— Зачем же держаться? Уходи от Тагира. Сколько лет ты ещё будешь терпеть этого монстра? Нет, я, конечно, понимаю, что у вас там давняя тайна, покрытая мраком. Но всё-таки… Почему не пожить для себя? Что за жертва такая дурацкая?
Опустив взгляд, грустно вздыхаю.
Почему я до сих пор с Тагиром?
Всё просто.
Он спас самого близкого мне человека, только сказать об этом кому-либо я не могу. Иначе всё может разрушиться. Даже лучшая подруга до сих пор не знает о настоящей причине, заставившей меня выйти замуж за нелюбимого мужчину и прожить с ним под одной крышей десять лет.
— А Егора любишь? — спрашивает Рита, опустошив второй бокал.
Пожимаю плечами.
— Не знаю.
— Тогда зачем ты с ним спишь? Что-то я совсем запуталась, подруга. Я не понимаю тебя.
— Я и сама себя не понимаю. Егор — он как синдром отложенной жизни. Я десять лет, пока жила с Тагиром, представляла, что однажды наш брак распадётся и я смогу жить так, как захочу.
 
— Всё понятно. Без ещё одной бутылки здесь точно не разобраться, — ухмыльнувшись, Рита поднимается со стула и топает к холодильнику, чтобы на скорую руку организовать фруктовую тарелку. — А что Егор? Он тебя любит?
Улыбаюсь, вспоминая слова бывшего.
— Сказал, да. Но так не бывает на самом деле.
— Почему? Не веришь ему?
— Не верю. За десять лет он ни разу не появился в моей жизни. Не искал со мной встреч. Откуда взяться той любви, Рит?
— Думаешь, хочет отомстить?
— Думаю, да. Месть — это блюдо, которое подаётся холодным. И вот её можно выращивать в себе годами, а любовь… Если её не подпитывать, сколько она проживёт?
— Боже, я сейчас с тобой сойду с ума. Потому что ты запутала меня ещё больше.
— Я и сама запуталась, Рит. Умом понимаю, что нужно держаться от Егора подальше, но меня тянет к нему физически. Просто крышу рвёт, понимаешь? Я не знаю, как это объяснить. Это какое-то проклятие. Наваждение, — зарывшись лицом в ладонях, качаю головой, надеясь вытряхнуть из головы бредовые мысли, — моя несбывшаяся мечта. Наверное, это будет самое точное описание того, что я чувствую.
— Как хорошо, что я никого не люблю. И меня никто не любит, — немного поразмыслив, подруга добавляет: — наверное.
Трель мобильного телефона прерывает диалог. Извинившись перед Ритой, тянусь к мобильному и жму на зелёную трубку, принимая вызов. А на том конце провода отзывается голос Тагира.
— Где ты, моя дорогая жёнушка?
— Я у Риты. На кофе заехала.
— Никуда не уходи. Я скоро буду.
Вздохнув, сбрасываю вызов. А Рита, замечая моё настроение, цокает языком и бубнит, мол, лёгок на помине и что для полноты картины не хватает звонка от Егора.
— Боже упаси, — говорю в ответ. — Такого счастья мне не надо.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
***
Через полчаса Тагир действительно подъезжает к дому моей подруги. Попрощавшись с Ритой, в спешке надеваю шубы и сапоги. И быстрым шагом иду к лифту. Пока еду в кабинке, проверяю на телефоне журнал звонков и сообщений. Вроде ничего такого, чтобы было к чему придраться, но внутри меня всё равно что-то щёлкает, переворачивается.
Если Тагир когда-нибудь узнает о моей связи с Егором в прошлом или настоящем… Ох, мне даже думать об этом страшно. Поэтому я больше не буду играть с огнём и порву абсолютно всё, что нас связывает с Егором. Мой муж никогда не должен узнать правду!
Выйдя из подъезда, замечаю чёрную иномарку. Со стороны водителя распахивается дверца и моему взору предстаёт Тагир, спешащий навстречу. Выглядит он, как всегда, отлично. Одетый во всё самое дорогое и сшитое специально для него. Да даже платиновые запонки на его рубашке — эксклюзивная работа. Потому что он терпеть не может дешёвые вещи, которые доступны абсолютно всем. Тагир любит уникальность и неповторимость. Наверное, по этой причине он так сильно хотел жениться на мне, дочке мэра столицы. Так сказать, подчеркнуть свою статусность и значимость.
— Это тебе, — достав из салона букет роз, Тагир суёт мне в руки цветы и хмурится, заметив следы от его пощёчины на моей скуле. — Болит? Может, в аптеку заедем, или лучше к врачу?
— Ничего не нужно.
Забираюсь в машину и устраиваюсь на заднем сиденье. Молчу, не желая о чём-либо говорить. Я злюсь на мужа. И на себя. Потому что в случившемся мы виноваты оба. Как говорят, в любом конфликте виноваты две стороны и я полностью согласна с этим утверждением.
— Куда мы едем? — спрашиваю я, когда машина начинает петлять по незнакомым для меня улицам.
Встретившись со мной взглядом в зеркале на лобовом, Тагир едва заметно улыбается.