Феечка для железного дракона (СИ)

— Само собой у вас ничего не было! — бесцеремонно перебила Маиса, а потом обошла вокруг меня, рассматривая, будто какую-то статую. — И из-завот этоготы подняла переполох, Бирта?! — она обернулась к служанке. — Да она же вообще не во вкусе Рона! Я то уж испугалась, что он потащит фею в постель, потому что я ему наскучила… Новот это…
Мне жутко надоело, что меня называют «вот это». Что за наглость?! Я, в конце концов, фея, а она — простая смертная! Да, я не сторонница расовых принижений людей, но она перешла все границы. И пусть на мне балахоном висит тряпье Рондара, у меня тоже есть гордость! Натрись я маслом с ног до головы, мы бы еще посмотрели, кто из нас «вот это»!
— Вообще-то он пытался мной овладеть! — вздернула я подбородок. — Но я ему отказала!
От презрения на лице Маисы не осталось и следа, теперь она взирала на меня со смесью недоверия и удивления.
— Что? — выдохнула она. — Ты… что сделала?
— Во-первых, не ты, а Эйлин-тэй! — гордо отчеканила я. — Я из древнего рода Пеони, и не позволю так к себе обращаться. А во-вторых, я убью всякого, кто посмеет покуситься на мою честь!
— Да ладно… — озадаченно протянула Маиса и покосилась на служанку. — А разве феи могут убивать? Они же… Это… — она взмахнула руками, изображая порхание бабочки.
Помнится, мой первый учитель по боевой музыке, достопочтенный Саэлей Бургунди, сказал: «Никогда не используй магию ради разрушения». А потом задумался и добавил: «Только в самых крайних случаях». Как по мне, крайний случай настал. Чем быстрее обитатели этой дыры усвоят, что я могу быть опасной, тем короче будет мое здесь пребывание.
Я выхватила флейту и окинула взглядом комнату. На чем бы продемонстрировать разрушительную силу музыки? Такой бардак, что даже испортить что-то сложно. Хотя… Зеркало! Наверняка Маиса его обожает и торчит перед ним сутками напролет. Что ж, отныне ей придется краситься наощупь.
Фа мажор, увертюра охотника. Престо. Губы прижались к мундштуку, мы словно стали единым целым. Родная моя, как же я соскучилась! Пальцы забегали по трубке, закрывая и открывая нужные отверстия, и магия наполнила каждую клеточку тела, выливаясь в звуке. Будто издалека донесся до меня громкий хруст: по большому зеркалу расползались трещины. Финальная нота — и стекло со звоном осыпалось на пол.
— Так понятнее? — обратилась я к Маисе, застывшей в неподдельном ужасе. — Сунешься ко мне, и в следующий раз я сыграю персонально для тебя, заруби себе это на носу. И кстати, — я обернулась уже в дверях. — Нос у тебя ужасно длинный.
  
Глава 5 
 
Свою комнату я нашла быстро, — рядом со спальней Рондара было всего две двери. И моя, хвала музам, запиралась на замок.
Приняв горячую ванну, которую мне-таки приготовила Бирта, я отыскала ножницы и безжалостно укоротила одежду Рондара, — больше мне надеть пока было нечего. А после, наконец, смогла спокойно осмотреться.
Моя спальня уступала размерами покоям Рондара и даже комнате Маисы, но в академии мне вообще приходилось делить жилье с соседкой, так что жаловаться было не на что. Единственное, чего мне здесь отчаянно не доставало, — так это света. Неужели нельзя прорубить в горе окно? Ладно, кристаллов у драконов нет, но стекло-то они делать умеют!
Плюхнувшись на кровать, я снова достала флейту. Жаль я не из живописцев! Создала бы себе какие-нибудь украшения, соткала бы шторы, чтобы хотя бы представлять, что у меня есть окно… Что ж, придется довольствоваться фантазиями.
Я редко импровизировала, — предпочитала играть по делу, не растрачивая магию просто так. Но день выдался до того паршивым, что хотелось немедленно на что-то отвлечься, освободить голову от злости и обиды. Я выбрала до диез минор, он как нельзя лучше подходил к моему теперешнему состоянию.
Тоскливая мелодия заполнила комнату, вспыхнули под потолком первые магические искорки. Отчего-то они получались голубыми, а не розовыми, как обычно, и напоминали светящиеся снежинки. Кружась, медленно опускались на пол и исчезали, а на смену им зажигались все новые и новые… Я потеряла счет времени, музыка рождалась сама собой и обволакивала меня уютным коконом. Кажется, я ненадолго даже забыла, где нахожусь, и кто тому виной.
 
Впрочем, очень скоро мне об этом напомнили.
Это был даже не стук, это был мощный удар, словно кто-то с размаха саданул в дверь здоровенным бревном. Я дернулась, оторвала флейту от губ и замерла, прислушиваясь. Может, уйдут? Может, просто кто-то в коридоре шкаф уронил? Хотя… Вроде не было там никаких шкафов…
— Фея! — прогремел снаружи Рондар.
О, проснулся-таки… Не удалось мне усыпить его навеки. А жаль!
— Я не выйду! — крикнула в ответ. — И тебя не пущу!
То ли железный меня не услышал, то ли принял мои слова за приглашение, — поди разберись в тонкостях драконьего жаргона, — но в следующую же секунду дверь с грохотом хлобыстнула о стену, и в мою спальню боком ворвался Рондар. Плечом вышиб! Замок был вырван с корнем, а вот на герде я не увидела ни царапины. Недаром их зовут железными…
— Отдай свою проклятую флейту! — Он был уже полностью одет, зато зол, как тот самый огненный владыка, на которого они здесь все дружно молятся. Н-да, какое божество — такие у него и поклонники!
— Ни за что! — Я материализовала крылышки и поднялась над кроватью, готовая уворачиваться столько, сколько потребуется. Второй раз он меня в постель не уложит, пусть даже не пытается!
Рондар, однако же, никакого вожделения не проявил, — его куда больше интересовала комната. Точнее, искры, которые еще не успели погаснуть и витали по всей спальне.
— Ты что тут делала?! — он отмахнулся от остатков моей магии. — Взорвать все тут пыталась?
— Нет! Но спасибо за идею. А это, — поймала искру на ладонь, — просто искусство.
— Твое искусство мне спать не дает! — бросил Рондар уже без прежней злости. — Ты же должна знать, что мужчине после соития необходимо восстановить силы. Да ты и сама, наверное, устала…
От неожиданности я даже на мгновение забыла, что вишу в воздухе, и перестала махать крыльями. За что тут же и поплатилась, обвалившись на постель подстреленной уткой. Какое соитие, о чем он вообще толкует?
Рондар подошел к кровати, присел рядом со мной, и в его взгляде будто бы мелькнуло нечто похожее на заботу. И чего только ни привидится от усталости!
— Ты в порядке? — спросил он вполголоса и погладил меня по плечу, как добрую верную кобылку. — Слушай, я плохо помню, как все прошло… Такое со мной впервые, видно, с феями оно как-то иначе… Слишком бурно, вот я и отключился, понимаешь?
Такого поворота я не ожидала. Судя по всему, сознание драконов настолько пропитано эгоизмом и самоуверенностью, что до него даже не дошло, почему именно он вдруг так резко уснул. То ли магия голоса дала побочку и стерла из его памяти последние секунды, то ли его собственный мозг сыграл с ним эдакую шутку, желая защитить от боли поражения… Так или иначе Рондар решил, что довел дело до конца.
С одной стороны, мне хотелось сейчас же его в этом разуверить, уесть, как следует. С другой — подобное заблуждение было мне на руку. Если дракон думает, что наказание мое состоялось, то, по идее, должен этим удовлетвориться. Главное — подать все так, чтобы у Рондара даже мысли не возникло повторить.
— Нет, Рон, я не в порядке, — я нарочно обратилась к нему фамильярно, как и полагается любовницам, а потом оскорбленно поджала губы.
— Тебе было так больно? — нахмурился он.
— И до сих пор больно! — встала на кровати, чтобы смотреть на него сверху вниз. — Ты ранил меня в самое сердце!
Да, возможно, я слегка перегнула с этим пафосом. Просто на прошлых каникулах Талея заставила меня участвовать в студенческой театральной постановке, причем пьесу она написала сама. Драма там лилась из всех щелей, зал рыдал, глядя, как моя героиня страдает от неразделенной любви к поэту, который предпочел ей простую смертную. И, кажется, сейчас я невольно вошла в ту же роль.