Феечка для железного дракона (СИ)

— Но… — смущенно возразила она, однако Рондар приоткрыл ее складки, коснулся языком укромного местечка, и фея, задрожав, откинулась на подушки.
Медленно, шаг за шагом, ласка за лаской, он изведывал новые территории. Внимательно следил за каждой реакцией Эйлин, — что вызывало у нее сладкие стоны, а что, напротив, заставляло напрячься. Рон был терпелив, не спешил, и его усилия увенчались успехом: она не просто забыла о своем страхе, она уже жадно подавалась ему навстречу, судорожно царапая простыню.
Заветная влага сочилась, как мед из сот, крохотная жемчужина теперь напоминала спелую клюкву. Эйлин изгибалась, что-то шептала в любовном забытье, кожа блестела от пота. Она балансировала на краю пропасти, — Рондар уже понимал, что ей осталось совсем немного. И он подтолкнул ее навстречу самой древней магии.
Фея зарычала, стиснув его голову бедрами. Ее тело сотрясала дрожь, волны удовольствия проходили и через самого Рона морским прибоем: то накатывали, то отбегали назад, чтобы через секунду нахлынуть снова.
И лишь когда ее ноги обессиленно рухнули на постель, и Эйлин обмякла, тяжело дыша, Рондар, наконец, направил пульсирующую плоть туда, где еще секунду назад был его язык.
Одно движение — и он погрузился в нее полностью, слился с феей в единое целое.
— Уже?! — осоловело моргнула она, видно, еще не отошла от бури новых ощущений.
Рондар не ответил, — он и пошевелиться боялся, чтобы все не закончилось раньше времени. Только титаническая воля воина, воспитанная десятилетиями усердных тренировок и годами войн, помогала ему из последних сил удержать себя в узде.
Тугая и упругая, горячая и влажная… Его Эйлин… Его! Только тупой орк мог бы отпустить ее, однажды познав! А он, Рондар, хоть и соображал сейчас с трудом, все же не отупел окончательно.
Она останется с ним. По-другому он теперь попросту не сможет. Его жизнь обрела новый смысл, и этот смыл сейчас обвивал его изящными ножками, страстно покусывал плечо и сбивчивым шепотом умолял не останавливаться.
И Рондар подчинился. Да-да, впервые железный герд подчинился кому-то другому, но нисколько об этом не жалел. Он двигался в такт ее дыханию, с каждым новым толчком будто бы меняясь изнутри, рождаясь заново.
— Рон… — снова ее звонкий голосок, будоражащий, цепляющий за живое.
— Да, — только и успел вымолвить он, как его унесло куда-то, закружило в безумном вихре красок, огня и эйфории.
Кажется, Рондар на долю секунды даже отключился. Во всяком случае, когда он открыл глаза и смог снова нормально дышать, Эйлин уже лежала рядом, бесцельно таращилась в потолок, а на губах ее играла блаженная улыбка. Впрочем, на сей раз Рондар уже не сомневался: все случилось, и это не было ни сном, ни магической иллюзией.
— Ты как? — он провел пальцем по острому плечику феи.
— Если бы я знала, что все это… Вот так… — она повернулась к нему и улыбнулась еще шире. — Я бы еще тогда… В общем, я бы тебя не усыпила.
Рон рассмеялся и притянул Эйлин к себе.
— Ладно уж, — он зарылся в ее волосы. — Этого стоило подождать.
— Подожди, — фея вдруг отстранилась и окинула его испытующим взглядом. — А твоя сила? Ты ее получил?
— Сейчас проверим, — Рондар поднялся к кровати, подошел к стене и выбрал свободное место. — Как насчет здесь?
— Что именно? — она села, кутаясь в одеяло.
Рондар не стал объяснять — решил для начала проверить. Размял руки, сложил кулак для удара. Короткий выдох, размах…
— Пресвятые музы! — Эйлин аж подскочила. — Разве такое возможно?!
Признаться, железный герд и сам не до конца верил своим глазам. Потому что из глубокой пробоины в стене на него, подмигивая, смотрело звездное небо.
  
Глава 17 
 
Эйлин Пеони
Впервые со дня моего прибытия в Фервир мне не снились родные летучие острова. Более того, проснувшись у себя в спальне, я вдруг поняла, что чувствую себя дома. Ни каменистые стены, ни скудный грубоватый интерьер больше не вызывали у меня неприязни.
 
И пусть ночевать я вернулась к себе, я знала, что Рон где-то там, совсем рядом, и от этой мысли мне становилось тепло и уютно.
Я хотела остаться в Фервире. И вовсе не из-за великой миссии по спасению академии, не ради коварных планов тетушки. Просто хотела.
Рондар открылся мне с другой стороны. То ли его изменили эмоции, как сказала Найла, и его сердце потихоньку сбрасывало железную скорлупу, то ли он всегда был не таким уж чудовищем, и это я в силу предубеждений не разглядела его сразу… Теперь это уже не имело значения. Важно было другое: тот, кто стал моим первым мужчиной, был внимательным и заботливым. Трогательно нежным. Подкупающе ласковым. И не оттолкнул, когда я позорно разревелась!
А главное — он не кинулся в мои объятия, когда я предложила ему силу. Нет, тогда он еще заподозрил меня, что я на стороне золотых. И все равно переспал со мной, — страсть оказалась сильнее.
Я убедилась, что поступила правильно. В конце концов, такой магической мощи, которую обрел Рондар, заслуживал не каждый. Достанься она, скажем, Готриду… Страшно даже представить, как бы он ее применил! К счастью, теперь Рон в безопасности. Никто не осмелится бросить ему вызов.
Вот только на горизонте замаячила очередная проблема. Или, точнее, вопрос: как быть с заговорщиками? Еще несколько часов назад, лежа в объятиях Рондара, я уже собралась, наконец, сбросить груз с души и рассказать ему обо всем… Но не смогла. Как бы это выглядело? Только что мы занимались любовью, и тут я вдруг выдаю нечто вроде: «Это было чудесно! И, кстати, твой дядя заставляет меня выкрасть твой амулет, чтобы занять твое место». Да у меня бы язык не повернулся!
Я смотрела на его безмятежное лицо, слушала, как гулко бьется драконье сердце, и во мне зарождался новый страх — потерять Рондара. Откуда мне было знать, как он отреагирует на мое признание? Либо не поверит и решит, что я строю козни против Готрида, как и предупреждала Найла, либо все-таки поверит, но разозлится, потому что я молчала раньше. Стоило мне хоть на секунду представить, как лицо Рона искажается от ненависти, как он выгоняет меня вслед за Маисой, и внутри все холодело от ужаса. Расстаться с ним? Невыносимо! Музы, и за что вы связали меня с драконом? Похоже, не только у него чувства проснулись этой ночью…
Все перевернулось с ног на голову. Недаром великие феи-поэтессы говорили, что от ненависти до любви — один взмах крыла. Так случилось и со мной. Возможно, я тоже получила какую-то новую магию, — проверить это я пока не решалась, ведь звуки флейты привлекли бы Рондара, и он снова уличил бы меня во лжи, — но кроме магии я получила еще и подарок похлеще, — любовь. И упустить ее, едва лишь распробовав, было бы глупо и больно.
К счастью, наутро мысли мои прояснились, и у меня созрел новый план. Зачем Рондару вообще знать о том, что кто-то собирался его подсидеть, если заговорщики уже практически остались с носом? Нет, надо идти прямиком к Готриду и выложить все, как на духу. Так, мол, и так, обмен силами состоялся. Мы с вашим племянником теперь вместе, хоть пальцем меня тронете — и можете готовить себе могилку. Что? Думаете, за вас вступится Тарвин? Ха! Это он выпендривался, когда считал себя самым мощным из драконов! А сейчас у него появился конкурент под стать, и он не рискнет своей шкурой. У него жена, сын, и ему есть, что терять.
Я почти не сомневалась, что Готрид испугается и пойдет на попятную. Он — из тех, кто понимает только грубую силу. Осознав, что его план по захвату власти лопнул по швам, он мгновенно переобуется и снова станет корчить из себя доброго верного дядюшку. А без его поддержки и Талея прикусит язык. Что же касается Тарвина Гульдброка, то он в любом случае болтать не будет. Во-первых, Найла клятвенно обещала мне с ним поговорить, а во-вторых, неужели глава золотого клана признает, что боялся Рона и даже хотел лишить его амулета? Скорее всего, он сделает вид, что ничего такого у него и в мыслях не было. И тогда этот клубок подлых интриг можно будет смело похоронить и забыть о нем, как о страшном сне. Прошлое останется в прошлом, а мы с Роном отправимся в светлое будущее…