Цена желания (СИ)
***
Руви морщась и кряхтя, пыталась натянуть на руки шелковые перчатки, а то покрасневшие и припухшие кисти ужасно не гармонировали с платьем. И если в обыденности ее обычную одежду мать еще терпела, то за присутствие на празднике в таком виде она ей точно голову оторвет. Если конечно узнает.
— Ну, ты скоро? — заглянул в ее комнату Люэван, или проще Ван, её единственный друг из молодежи. Он был старше, если отмерять в годах, но, не смотря на свой детский вид, Руви все же ощущала себя скорее ближе к нему, чем к сверстникам. Словно она взрослела быстрее, чем остальные. Хотя вот тут и не очевидно, но училась она точно быстрее, как будто и не совсем эльф. Любви окружающих ей это не приносило, так что она старалась все скрывать.
Парень застыл в дверях, озадаченно взирая на ее хитрые манипуляции с перчатками и ловя хмурые взгляды в свою сторону, но все же спросил:
— А зачем?
— Чтобы руки лишний раз не мыть, — огрызнулась она, морщась от боли. Да еще и под плотной тканью все жутко чесалось.
— Да ну? — Ван схватил ее за руку, стаскивая с таким трудом только что натянутую перчатку, — А ну покажи?
Ощупывая ее покрасневшие ладони, он скептически хмыкнул и бросил укоризненный взгляд.
— Вот и? Тут делов-то минут на пять, — он стянул и вторую перчатку, и взяв обе ее руки в свои, быстро зашептал.
— На десять! — после утомительной процедуры, упрекнула его Руви, но все же широко улыбнулась и кинулась на шею, — Спасибо, Ванчик! Снова, как новые.
— Могла бы и сама попросить, — смущенно отвернулся он, так и не решившись обнять ее в ответ, а поэтому просто глупо торчал посреди комнаты с растопыренными руками. За окном что-то грохнулось и зашипело. Руви метнулась туда, успев заметить длинную черную косу еще одного ее «друга».
— Кто там? — полюбопытствовал Ван.
— Нимро, — буркнула она в ответ, и помрачнела. Он ведь точно видел, как они обнимались, а значит, снова что-то домыслит гадкое и ей придется оправдываться. Руви упрямо вздернула нос — праздник из-за этого ушастого она не пропустит! И, схватив за руку парня, потащила его на улицу, — Идем!
Городок сверкал от всевозможных ярких фонариков и улыбок, а от разноцветных платьев рябило в глазах. Но ей это всегда нравилось. Именно в праздники, особенно остро чувствовалось, что ты живешь! А не пытаешься дожить до утра, выполняя очередное, очень важное поручение от наставника.
Нос уловил невероятно будоражащий запах, и она рванула к его источнику. На праздниках всегда раздавали Тусалы — сладкие кристаллы, очень тонкие, прямо до прозрачности. Их собирали в виде розочек, и посыпали пряной пудрой, которая собственно и источала столь чудесный аромат. Достать подобное лакомство вне праздника, было просто невозможно.
Сияющими глазами она смотрела на стол, словно расцветший сверкающими хрустальными цветами. Ван, зная ее слабость, взял самый большой и протянул. Она уже хотела поблагодарить, но услышала за спиной гаденький смешок, и раздраженно дернула ухом. Вот же!
— Бери, бери, — донесся язвительный голос Нимро, — теперь-то чего уже стесняться?
— Не оборачивайся, — попросил Ван, но опоздал, Руви уже стояла к нему спиной, и от нее ощутимо повеяло жаром.
— На что это ты намекаешь? — угрожающе надвинулась она на черноволосого мальчишку и двух его товарищей.
— Руви?! — снова попытался привлечь её внимание Ван, но девчушка лишь отмахнулась.
— Я не намекаю, — хмыкнул мальчишка, — Я всегда только правду говорю. И я видел, то, что видел. Все знают, что ведьма опоила Руфиса, чтобы сделать тебя. Может поэтому он от нее и сбежал…
— Мой отец мертв! — отрезала Руви, не давая Ниму закончить мысль, и почувствовала, как между пальцев зажглось пламя.
— Ты сама-то в это веришь? — не унимался Нимро, радуясь, что провокация удалась, — Хотя ты же, как мать. А она тоже отказывается верить, в то, что считает неудобным.
— Если бы её мать была тут…, — попытался вступиться Ван.
— Смотрите-ка, он уже ее защищает. Я же вам говорил, — с довольно улыбкой, обратился Ним к своим дружкам, — Точно что-то подсыпала. Иначе, зачем бы ему так делать? Надо её проучить, чтобы не лезла, куда не просят!
Огонь все сложнее было сдерживать, но за магию на празднике, Алазар ее отлупит, и никакие отсылки на провокацию, не спасут. Руви прикрыла глаза, с усилием заталкивая назад, то, что рвалось наружу. На лбу выступили капельки пота, а потом….
Потом она улыбнулась и снизу вверх врезала кулаком в эту довольную рожу. Помня наставления учителя, ни в коем случае не терять инициативы и не оставлять противника на ногах, она развернулась и въехала ему по корпусу с ноги. Тонкая ткань платья жалобно затрещала, но ее было уже не остановить. Нагнав, отлетевшего Нимро она успела еще два раза заехать ему по лицу, прежде чем Ван успел ее оттащить.
— Пусти! — заорала она, — А то ишь, проучить он меня собрался!
— Руви! Руви? Остынь, — Ван только сильнее сжал руки, удерживая брыкающуюся девчонку, — Он сказал то, что и так все знают. А ты повелась!
— И ты?! Ты тоже с ними? — захлебываясь праведным возмущением, зашипела Руви, и вонзила в его руку острые ногти. Парень ойкнул и отпустил.
— Руви? — он протянул к ней руку, надеясь успокоить рыжую девочку, но она только отбросила её от себя.
— А еще друг! — укоризненно бросила она в его сторону, задирая нос к небу. На самом деле, только чтобы удержать слезы, но они этого не должны узнать. Руви резко развернулась и кинулась в лес.
— Что вы тут устроили? — подошел на шум ссоры Арван и вопросительно посмотрел на Вана, — Мм?
— Да ничего, — буркнул он, зыркнув из-под бровей.
— Дурак, — сделал вывод Арван, и, влепив подзатыльник отпрыску, забрал из его рук изрядно подтаявший Тусал, — Знаю я ваше «ничего». А Нимро лучше вообще рта не раскрывать! Куда она побежала, знаешь?
— К озеру, — угрюмо буркнул Ван, а Арван лишь кивнул в ответ и тяжело вздохнув, направился следом за рыжей.
***
Озеро, в противовес тому, что творилось у нее внутри, выглядело безмятежным. В гладкой зеркальной поверхности отражая синее небо.
Она давно привыкла к таким сварам. Сверстники частенько ее цепляли, но скорее не от злости, а от зависти. Хоть Лафи и стала одержимой своей целью, но это все еще была Лафадия, самая сильная и прекрасная среди магов темного леса…. И все знали, что со временем ее отпустит, и все вернется на свои места. Да еще и наставником у Руфи был сам Алазар. А всем известно, что учеников у него было всего трое, включая и её, даже Лафи учил другой эльф.
Вот только им хорошо говорить, а она кроме этой, другую мать не знала. И учиться у Алазара, это не сладкие леденцы жевать. И Руви с радостью бы поменялась местами с любым из них. И остро завидовала сама, тому, что каждый вечер они возвращаются домой, где их ждут родители. И наверняка кормят вкусным, улыбаются и спрашивают, как прошел день.
От этой мысли стало еще тоскливее, и из её глаз потекли слезы.
— На, — протянул ей Тусал, внезапно возникший рядом Арван, — похоже ты особо и не старалась спрятаться?
— А зачем? — пожала она плечами и утерла лицо рукавом. Боясь посмотреть дяде в глаза, чтобы не расплакаться снова, она забрала сладкий кристалл и отломила кусочек. Праздник испорчен, но не пропадать же ему.
— Но ты же убежала, — Арван присел рядом и тоже с удовольствием уставился на воду.
— И что? — агрессивно буркнула она, а потом вздохнула и печально добавила, — Все равно за мной никто не пойдет.
— Но я же пошел? — теперь вздохнул дядя, — Даже спрашивать не буду, что случилось. Если захочешь поделиться, расскажешь сама. Но Руви, — он повернул голову и пристально посмотрел, — Вы повзрослеете, и это все пройдет, и не будет иметь значимости.
— Но сейчас-то важно! — она тоже посмотрела на него, — Почему вы всегда молчите? Игнорируете мои вопросы? Отец, правда, умер? Почему мать в это не верит?