Охота на Лис (СИ)

— Хозяина своего спроси, медвежатина! — вспылил Химера. — Альхиор перебил всех, кого я успел спасти от Приюта! А другой твой дружок — Содагар — перебил остальных. Твой же поганый Броспего задушил всю мою жизнь, и теперь я должен бегать до Последнего Звездопада? Бросить ребят, поехать с вами в Трисфолд и сдохнуть самому? Хренушки тебе, следопыт. Они будут жить.
С утробным криком Лис бросился в новую атаку на Каддара. Конечно, Мариш отбил и её, и тогда Химера перевёл всё внимание на бреккца. Он пытался бить снизу, пытался бить сбоку. Закладывал виражи вокруг Мариша и неожиданно перекидывал меч из руки в руку за спиной.
Но тщетно. Движениям Лиса не хватало той стойкости, чёткости и солдатской выучки, которая была присуща бывшему гвардейцу из когорты верховного лорда Брекка. Мариш не делал ни одного лишнего шага. Каждый взмах его клинка грозил врагу смертельной раной.
Однако телохранителя что-то сдерживало. Отдельные атаки вынуждали его попятиться, и пару раз Химера едва не пробил кожаный доспех на его широкой груди. Даже будучи выше ростом, Лис охотно наклонялся и бил по ногам. Он словно и не думал о защите: не пытался парировать, не беспокоился о стойке. Лишь давил Мариша, пока тот сдерживал себя.
Лис учуял эту слабость. Он провёл серию выпадов, вынудил Мариша держать оборону. А последний свой удар обрушил на Каддара, имевшего неосторожность подойти ближе.
Следопыт отпрянул, но остриё клинка всё равно зацепило его ключицу. Рана была неглубокой, но Каддар не привык и к таким. Он упал и схватился за грудь. Боль пульсировала в ране, а нижняя рубашка медленно напитывалась кровью.
— Командир! — взревел Мариш.
Вид раненого нанимателя помог бреккцу забыть о том, что сдерживало его доселе. Он ударил без замаха, заставил Лиса присесть и выбил меч из промокших рук. Рубин в эфесе сальденитового меча разбил нос Химеры.
— Командир, дай знак — и я убью его, — говорил Мариш по-бреккски.
Роскошный клинок замер на расстоянии пальца от Лисьей шеи. Химера кусал губы и тяжело дышал, а глаза его были наполнены злостью. Страшной, первобытной злостью на весь мир. Было бы обидно умереть в такой момент.
— Слушай меня внимательно, Лис, — Каддар поднялся и отряхнул плащ. — Я предложу тебе это лишь раз. Во вторые шансы я верю, но в третьи — увы.
  
Глава 27. Сделка отменяется
 
Крошечный остров показался Химере бескрайним континентом. Он шёл по безжизненной земле под скрип сапог и стоны чаек. Потусторонний ветер дул со всех сторон сразу, трепал его волосы и бил прямо в разбитый нос.
Кровь заливала рот, но со связанными руками вытереть его было сложно. Варион пытался дотянуться до лица плечом, но в итоге просто сплюнул алым шлепком на редкую сухую поросль.
В который раз его пленили? Каждый раз Химера клялся, что больше не попадётся, но капканы судьбы не кончались с того дня, как он привёл Лейну Броспего в Рыбный переулок. Хотя, нет. Началось всё ещё раньше, едва проклятый Кранц Родейн увидел в нём родственную душу.
За почти двадцать восемь лет жизни Химера нарушил немало клятв, но была одна, отказываться от которой он не собирался даже с сияющим клинком бреккца у горла. Он убьёт Альхиора. Убьёт сегодня, на этом Чёртом забытом острове.
— Ты всё понял? — прошептал ему на ухо Каддар Бреккский, когда они подходили к покосившемуся маяку.
Варион кивнул. Большую часть пути они проделали в тишине, и слова, которые следопыт произнёс на побережье, то и дело всплывали в памяти. Химера знал, что делать. Чётко видел свой путь, как в тот день, когда в последний раз вошёл в Лисий Приют.
На низком, в четыре ступени, крыльце маяка ожидала дама. Знакомая кудрявая копна на круглой голове затряслась от смеха при виде пленённого Лиса. Химера помнил её, но надеялся, что она сгинула в бассельской подворотне с остальными Верными.
— Какая встреча, — проговорила Майна, когда Варион поравнялся с ней. — Ты рад меня видеть, Лисёнок?
— Разве ты не должна караулить западную отмель? — сухо поинтересовался Каддар.
 
— Господин просил встретить вас и передать, что он ждёт внутри.
— Господин? — повторил Химера. — Ты работаешь на эту тварь теперь?
— Не завидуй, Лисёнок. Быть может, поработаем ещё вместе.
— У меня другие мысли, — Варион наклонился к лицу Верной и зашептал. — Я просто убью Альхиора, а потом я убью тебя. Отрежу твою голову и скормлю тем шипастым уродам из озера.
— Можешь попробовать, но они уже наелись твоими дружками, — Майна захохотала и спрыгнула с крыльца. — Удачи, следопыт!
— Удачи нам всем, — промолвил ей вслед Каддар.
«Веди себя смирно, — эхо в разуме Вариона повторила слова следопыта на берегу. — Не провоцируй раньше времени, не нападай. Не дай ему повод убить тебя быстро».
Подножие маяка оказалось мрачным и тёмным. Колдовство Альхиора закрыло бледное зимнее солнце, и лишь слабый свет проникал сквозь узкие прорези в скошенных стенах. Сам чародей ожидал у места, где начиналась узкая лестница с дырами в ступенях. Он стоял спиной ко входу, руки сложил за спиной. Но даже сзади Химера чувствовал, что маг ухмылялся. Упивался своей победой.
— Долго вы, — произнёс Альхиор. — Я так ждал нашей встречи, что уже устал.
— Он сопротивлялся, — ответил Мариш и грубо вытолкнул Химеру навстречу магу.
Чародей наконец развернулся и одарил Вариона зловещим оскалом. Глаза его, как два уголька, источали лишь первобытную тьму.
— Забирай своё — и мы пойдём прочь, — сказал Каддар. Он так и замер у самого входа.
— Заберу, — уверил Альхиор. — Химера, ты ведь не потерял мой хатторк?
— Не знаю, проверь, — ухмыльнулся Варион.
«Заставь его подойти. И заставь разговориться».
— Незачем, — маг подмигнул Лису. — Я его чувствую. Мариш, передай мне пропажу.
Бреккец голыми руками разорвал лямку сумки Вариона. Затем он аккуратно подобрал её за ткань и протянул её Альихору. Чародей злобно выдохнул, но всё же зашагал навстречу своему сокровищу. Его длинные пальцы разворошили сумку и извлекли кристалл.
Хатторк светился и переливался серебристым светом. Его было достаточно, чтобы осветить скудное убранство маяка. В последний раз такое было в день, когда умер Басс.
— Порядок, — из Альихора вырвался вздох облегчения. — Разбить хатторк очень сложно, но от тебя чего угодно можно ожидать.
«Пусть разговорится. Пусть сам признает, что всё, что ты говоришь — правда».
— Как знать, Альихор? — теперь подмигнул Варион. — Не я же Бассель разворотил.
— Да ну? — маг подошёл ближе и слегка наклонился, пусть они и были одного роста. — А из-за кого всё произошло? Кто помог Родейну разрушить Лисий Приют и отправил друзей на смерть? Из-за кого собралась та толпа на площади?
— Это всё ты, — спокойно произнёс Химера. — Не притворяйся, что руки не запачкал. Перебил столько народу…
— Заберите его с глаз моих!
Маг отвернулся и поднёс к лицу мерцающий кристалл. Костлявое лицо исказила гримаса. Он сильно исхудал с последней встречи.
«Пусть расскажет».
— Подожди, Альхиор! — воскликнул Варион. — У меня же к тебе столько вопросов! Неужели не ответишь? Мы столько бегали друг за дружкой, что, считай, уже породнились. А ты так много знаешь из того, чего не знаю я.
— Какие ещё вопросы? — скривился маг. — Чего тебе ещё от меня нужно?
— Сойка. Когда ты её завербовал?
— Девку? Это она тебя так волнует? — фыркнул Альиор. — Когда Родейн попросил вылечить её. Так же, как я лечил всех его рубак.
«Чёрный Восход, Химера. Пусть расскажет».
— Ты взял её в Чёрный Восход? Как Верных?
— Не смеши меня, Лис.
— Что это вообще такое?
— Не твоё дело…
— Банда какая-то, да? Может, я тоже хочу вступить?
— Придурок, — маг положил ладонь себе на лоб и застонал. — Чёрный Восход — это последняя надежда выжить для этого мира. Единственные, кто действительно понимает, чем грозит то, что творят ваши цари, короли и императоры. Тебе там точно не место. От таких, как ты, вреда больше, чем пользы.