Удар в спину (СИ)

— Роман! Младлей! Очнись!
Романа снова тряхнуло, и он пришел в себя, вздрогнул, едва не свалился прочь со скользкой конструкции из труб. Они мчались на бешеной скорости прямо над тварями, сержант одной рукой держал Романа, встряхивал и орал, другой вел этот странный транспорт — бицикл. И мало того, он еще поспевал дергать его из стороны в сторону, уходя от выстрелов сзади.
Роман, словно пьяный, вскинул голову, увидел, что три корабля-пули все еще преследуют их, и тут же наклонился, заблевывая тварей под собой. Оружия не было, тело вело себя словно ватное, но с каждой секундой наливалось энергией, и Роман уже держался уверенно. Да что там лукавить, он вцепился в трубы под собой до побеления пальцев, так как твари внизу никак не заканчивались. Мелькали клыки, перекошенные пасти, кто-то прыгал, пытаясь достать людей над головами.
— Держись! — снова крикнул сержант, отпуская Романа.
— Нет! — крикнул он отчаянно. — Я не…
Новый приступ рвоты, Роман брызгал остатками едкой кислоты из желудка, словно сам превратился в тварь. Краем глаза он уловил движение, сержант снова повернулся боком, вскинул руку, как будто собираясь держать Романа. Пистолет в его руке дернулся раз, два и три, совершенно беззвучно, и сержант опять повернулся.
Роман выпрямился, обнаружив, что корабли-пули исчезли.
— К-х-х-как? — прохрипел он.
Даже эти поросята, обозванные дешевкой, успешно сопротивлялись пулям! Что же говорить про вторых противников, которые явно превосходили их в оснащении, оружии, транспорте — хотя, сидя на этом идиотском бицикле, Роман неожиданно усомнился в последнем пункте. Какие идиоты вообще могли создать такой транспорт?
— Можешь стрелять? — крикнул сержант на лету.
— Что? — крикнул в ответ Роман и тут же понял.
Второе трехствольное ружье все еще было с сержантом, более того, он поставил его стволом в скобу на трубе, похоже, специально предназначенную для этого. Мгновение Роман колебался — слабость, рвота, неудобная позиция — но затем понял, что эта ситуация ничем не отличается от ситуации с поездкой на операцию. Да, он не готов, слаб, обуза для попутчиков, но второго шанса ему просто никто не предложит.
— Да!
Сержант сунул ему ружье, Роман едва не уронил, одна нога соскользнула, по сапогу тут же чиркнул коготь твари, едва не сдернул обувь с ноги.
— Какой дурак придумал такой транспорт?! — в сердцах заорал Роман, уже почти привычно всовывая пальцы внутрь приклада.
Попутно Роман изумился немного, как же так, оружие он потерял, а пальцы не переломал? Заряды уже летели вниз, вспарывали тела тварей, но медленно, слишком медленно! Роман отчаянно пытался добиться такого же темпа стрельбы, как у сержанта, чтобы за ними прямо в полете оставалась просека тел тварей, но пока что ничего не выходило. Твари падали и море их собратьев смыкалось, волновалось, мелькало под ногами.
— Арэлги не дураки! — крикнул сержант в ответ. — Просто транспорт под себя делали!
— Они — роботы?!
— Отчасти! Нам еще повезло, что сюда приехали наемники-отбросы!
— Почему?
— Оружие без персональных чипов! — крикнул сержант так, словно это все объясняло.
— Нужно убить всех тварей!
Бицикл внезапно дернулся, ушел выше, а серый хитин брони тварей внизу сменился зеленью деревьев. Какая-то мелкая тварь тут же скакнула, сержант на лету сбил ее сапогом, разворотил пасть. С деревьев прыгали еще твари, сержант выхватил пистолет, начал было стрелять молниеносно, но тут включился коммуникатор.
— Буревестник? Остров? Остров! — новый голос, мужской.
Сержант дернул бицикл выше, твари перестали допрыгивать, но зато сам бицикл начало немилосердно швырять вверх и вниз, словно на воздушных кочках. Роман вцепился в трубы чуть ли не до визга, сержант выдернул у него ружье, вернул в держатель впереди.
— Остров ведет бой! — ответил голос, который Роман уже слышал, именно он говорил о Льве и Риме, кричал «алый три нуля».
— Командир! — радостно воскликнул незнакомый Роману.
Налетела стая птиц, сержант отстреливался, не сбавляя хода, бицикл швыряло и кидало. Внизу мелькала зелень, Роман держался, ощущая, как его тошнит. Если бы не выблевал ранее все, сейчас бы точно орошал джунгли.
 
— Код получил, спасибо, сразу навалились отрядом, но отбился!
Что-то ударило в бицикл и транспорт закрутило спиралью прямо в полете.
— Держись! — рявкнул сержант, что-то дергая.
Роман и так держался за трубы, увидел краем глаза, что к ним на нос сумела запрыгнуть какая-то тварь, помесь хамелеона и жабы, не иначе. Прилипла языком, подтягивалась, и сержант неожиданно швырнул бицикл вверх, закручивая его при этом спиралью. Тварь наматывало на трубу носа, в глазах Романа снова темнело, а руки, кажется, сами собой разжимались.
— Роман! Роман!
Крик сержанта вырвал его из черноты и Роман заорал невольно. Да и кто бы не заорал, находясь в свободном падении прямо на зеленое море джунглей?! Труба носа бицикла была перепачкана потрохами твари, сержант дергал руль одной рукой, второй держал Романа на весу, казалось, еще немного и бицикл завалится, опрокинется на спину из-за их веса.
— … пятой башне! — донеслось из все еще работающего коммуникатора. — Танки мы уже сожгли, скоро они подтянут тяжелую артиллерию и авиа…
Бицикл дернуло, Романа словно лягнул в грудь и живот слон, затем снизу ударило трубами, он вцепился в опоры, вжался в них, ощущая, как все шумит и плывет в голове. Сержант выровнял бицикл, снова помчавшийся над верхушками деревьев, опять отпустил руль и одной рукой вколол что-то Роману в плечо, безошибочно и не глядя попав в нужную точку.
— Ого!
По телу Романа словно прокатилась горячая, обжигающая волна, шум в голове стремительно стихал, руки и ноги наливались силой.
— Еще немного и ты сдохнешь от передозировки! — крикнул в ответ сержант.
— Дурацкий транспорт! Дурацкие агрелки!
— Арэлги! Они лучшие бойцы… считаются такими! Там, где люди сдохли бы от перегрузки, арэлги даже не чихнули бы!
И сам сержант тоже не чихнул, подумал Роман невольно. Мало того, что крутил такие кульбиты с перегрузками, так еще и Романа успевал ловить и удерживать рукой! Словно и сам был не человеком, а арглэглом или еще каким инопланетянином.
— Но ты их сделал!
— Ты даже не понимаешь, знак чего эти наемники тут!
Ветер свистел и сносил слова, но Роману внезапно почудилась в словах сержанта сильнейшая горечь. Но так как Роман и правда не понимал, знак чего эти пришельцы, то и горечи испытать не мог.
— Так расскажи!
— Это государственная тайна!
— В которой я и так по самые уши! — неожиданно для себя закричал Роман.
Разве стал бы Лев колебаться в подобной ситуации? Нет и нет! Он взял бы ответственность, а с нарушением тайны разобрался бы уже потом, показал, что достоин ее хранить.
— Ты не…
Сержант начал говорить, но тут же оборвал сам себя, бросил встревоженный взгляд через плечо. Роман повторил этот жест, думая о том, как он будет разворачиваться на ходу, если окажется, что твари их догоняют. Потерять и второе ружье было бы просто верхом позора, вдобавок ко всему остальному.
— Твою ж с прихлопом! — рыкнул сержант, швыряя бицикл вниз, прямо в зеленую гущу.
Роман невольно прикрыл глаза, а когда он их открыл, сержант уже сжимал в правой руке какую-то мелкую тварь, с огромными выпученными глазами. Хруст, треск, шея твари сломалась, длинный синий язык вывалился наружу. Бицикл швыряло и кидало между ветками, Роман вжимался в трубы, ощущая, как вздрагивает транспорт под ним от скользящих ударов.
Что-то вынырнуло из-за дерева, плюнуло в Романа и промахнулось.
 
— Тут твари! — крикнул Роман.
— Знаю! — крикнул в ответ сержант. — Но у нас на хвосте арэлги!
Он что-то пробормотал под нос, что-то о непонимании и жизни.
— Придется бросить транспорт! — крикнул ему сержант.
Или перебить их всех, подумал Роман, как там, в саванне, но у сержанта, похоже, были свои резоны. Странное дело, теперь, воочию видя, что Андрей уж точно не простой сержант, Роман не мог отделаться от навязчивой мысли и продолжал мысленно называть его сержантом.