Граф Лазарев. Том IV (СИ)
Бодрое курлыканье я услышал, еще поднимаясь на чердак. Пожалуй, стоит переселить слугу, который живет снизу. Три голубки сидели на полу и благоговейно внимали Каладрию, который что-то вещал с жердочки. Я даже почувствовал некоторое разочарование в своем питомце — странно, что всего три, а не десять. Правда, нагадить они успели, как целая стая.
— Приветствую тебя, о низвергнутый создатель, — поздоровался я с питомцем. Голубки, завидев меня, испуганно упорхнули к явному неудовольствию демона. — Что, опять основываешь культ? Тогда предлагаю первой заповедью сделать «не гадить на пол».
— Чего не спится, дубина? — буркнул голубь, перелетая ко мне. — Я их всю ночь окучивал, распугал мне всю личную жизнь.
— Ничего, найдешь новых. — В чем в чем, а в этом я не сомневался. — Слушай, Каладрий. — Я присел на самый необгаженный стул. — Ты же знаешь, что у меня через несколько дней свадьба?
— Еще бы не знать. Из-за этого все тут носятся, как угорелые, всех птиц мне распугали. Не понимаю, и чего вы, смертные, делаете из такой ерунды целое событие?
— Вот я тоже не понимаю. Сходили бы тихонько в церковь и все. А еще лучше вообще не ходили бы, жили бы так же, как сейчас. Только спали бы в одной спальне. — Я вздохнул. — Помнишь, как ты мне дни до смерти отсчитывал?
— Конечно, помню, — подтвердил голубь.
— Вот в ожидании свадьбы у меня примерно такие же ощущения. Только смерть был хоть какой-то шанс предотвратить.
— Так зачем ты женишься, раз ты не хочешь? — удивился Каладрий. — Кто тебя заставляет?
— В том-то и дело, что я хочу. Она же мне нравится. И в то же время не хочу. Понимаешь, мы с Дарьей поженимся, станем одной семьей, и это прекрасно. Она же теперь будет моей официальной женой. Узаконим отношения и все такое, я беру ее под свое крыло. Но с другой стороны, мы с Дарьей поженимся, станем одной семьей, и это ужасно. Она же теперь будет моей официальной женой. А вдруг она мне мозг выносить будет?
— Так она же и сейчас выносит, — заметил Каладрий.
— Да, но после свадьбы у нее появится на это законное право. Или изменится, растолстеет, переоденется из платьев в халат. Знаешь, я бы с радостью на ней женился, если бы у меня была абсолютная уверенность, что впереди у нас не будет никаких проблем. — Я, наконец, облек в слова мысль, которая не давала мне покоя и которую все никак не мог сформулировать. — Только где ж ее взять, эту уверенность.
— С абсолютной уверенностью, что не будет проблем, даже нагадить нельзя, — философски изрек Каладрий. — Вдруг попадешь на кого-нибудь могущественного и очень мстительного. А вообще не понимаю я вас, людей. У птиц все проще. Потоптал себе и полетел дальше, даже гнездо вить не надо. А у вас такого почему-то нет.
— На самом деле есть в некоторых местах. Более того, это место нас кормит. Но моим женщинам оно почему-то очень не нравится.
Каладрий курлыкнул и нагадил на пол, выразив тем самым отношение то ли к человечеству, то ли к свадьбам, то ли к мирозданию в целом. Я вздохнул и погладил его по перьям.
Получив дозу сочувствия от Каладрия (не такую большую, как хотелось, конечно, но голубь честно старался), я спустился вниз. Усадьба начинала потихоньку оживать. Слуги просыпались и приступали к своим обязанностям, да и Игорь к семи утра обычно уже вставал. Я накинул пиджак и спустился на первый этаж с намерением прогуляться перед завтраком, но столкнулся нос к носу со слугой. Вид у него был слегка ошалелый.
— Ваше Сиятельство, к вам гость. Я даже, простите великодушно, не знаю, как его и представить.
Я удивленно посмотрел на слугу и проследовал за ним с гостиную.
— Северин? — В кресле, флегматично заложив ногу на ногу, сидел вампир. — А вы что здесь делаете? То есть я, разумеется, рад вас видеть, но что-то случилось?
Под ложечкой засосало от нехорошего предчувствия. Обычно визиты Тайной Канцелярии простым чаепитием не заканчиваются, меня всегда пытаются припахать к делу. Обычно еще и опасному и энергозатратному. С другой стороны, в свете предстоящей свадьбы, возможно, это не так уж и плохо. Да это даже очень хорошо.
— Ничего не случилось, — то ли успокоил, то ли расстроил меня вампир, я сам не понял. — Просто зашел передать подарки. Решил, что так будет быстрее, чем посылать почтой, а другого времени не нашлось, ближайшие дни я буду занят.
Я облегченно выдохнул.
— Я уж думал, кого-то убили. Вы нагрянули в такую рань.
— Простите. Я иногда забываю, что вы смертные, еще и спите. Как по мне, абсолютно бесполезная привычка.
— Ничего страшного, — успокоил я вампира. — Я все равно уже час как встал. Последнее время все вокруг только и делает, что пытается меня от этой привычки избавить.
— Это вам от меня и от Анны. — Вампир протянул мне две внушительные черные коробки. — Было бы лучше, конечно, вручить это вам вместе с вашей прекрасной молодой невестой, но она, как я понимаю, еще спит, а у меня мало времени. Госпожа Блэйд передает вам обоим самые лучшие пожелания и желает счастья в семейной жизни. Как и я, разумеется.
Я открыл первую коробку. В ней лежала такая же черная большая банка со стеклянной крышкой.
— Кофе?
— Это от меня, — подтвердил Северин, хотя можно было и не уточнять. — Самый дорогой и редкий сорт в мире, копи-лувак, прямиком с островов Индонезии.
— Спасибо! — искренне поблагодарил я. Надо будет обязательно попробовать. Сам я не фанат бодрящего напитка, но кому-то из домашних наверняка понравится.
— Пожалуйста, — кивнул вампир. — Заказывал специально, в Империи такого практически не найти.
— Должно быть, этот сорт очень сложно выращивать, — предположил я.
— На самом деле не слишком. Зато сложно найти диких пальмовых кошек. В нашем климате они не живут, к сожалению.
— А кошки зачем? — удивился я.
— А вы не знали? Чтобы получить кофе лувак, зерна сначала скармливают кошкам, они ферментируются в желудке, выходят, так сказать, естественным путем, а уже потом их используют для заваривания. Вкус получается отменным.
Я посмотрел на банку новым взглядом, из которого стремительно исчезал гастрономический интерес. Северин дружелюбно улыбался, преподнеся мне эту мечту гурмана, я улыбнулся в ответ. Пожалуй, скормлю этот бесценный презент Каладрию. Он обожает везде гадить, должна же пернатому в конце концов вернуться карма.
— А это от Анны, — пояснил вампир, когда я открывал вторую коробку. Там, сложенный в несколько раз, лежал шелковый ковер. Я ухмыльнулся.
— Госпожа Блэйд просила передать, что надеется, что это немного облегчит вам тяготы семейной жизни. И, наконец, подарок от Его Величества.
Северин достал третью коробку и вручил мне.
— Сам Император Романов удостоил меня подарка? — удивился я. — Спасибо!
— Он очень ценит вашу работу. И просил передать благодарность за неоценимый вклад, который ваши таланты внесли в развитие местных технологией. К сожалению, воспроизвести в нашем мире удалось всего лишь одну вещь, которую он торжественно вам и вручает.
Я принялся открывать коробку. Интересно, что там, оружие? Оружие мне бы не помешало. Я, конечно, пацифист, но, как большинство пацифистов, только в том случае, когда оружие используют наши злобные, коварные, вероломные враги. Когда это делают наше благородные, прекрасные и милосердные союзники, а уж тем более я сам, это совсем другое дело.
Наконец, я поднял крышку и заглянул внутрь. Да уж, у Императора всегда было своеобразное чувство юмора. И у жизни тоже, раз из всех извлеченных мною технологий воспроизвести удалось только эту.
— Его Величество выразил надежду, что вашей супруге подарок особенно понравится. А что там, если не секрет?
— Да так, ничего особенного. — Я вытащил наружу то, что в свое время так креативно назвал «этническим музыкальным инструментом». — Девки в озере купались…
— Какие девки? — не понял вампир.
— Не обращайте внимание. — Я убрал приобретение обратно в коробку. — И передайте Его Величеству мою горячую благодарность и восхищение нашими учеными, которые изо всех извлеченных мною вещей смогли воссоздать действительно важную и полезную.