Граф Лазарев. Том IV (СИ)
Кто-то из наших направил на чудовище пистолет, но рухнул, сраженный выстрелом одного из бандитов. Отойдя на безопасное расстояние, они палили по остаткам моих людей, которые пытались спрятаться за тролля. Один почти достал богомола ножом, подкравшись сзади, но тварь развернулась и снесла ему голову. Она была невероятно быстрой. В тот же момент я выхватил из-за пояса второй пистолет и выстрелил в чудовище, но богомол умудрился отпрыгнуть, и пуля прошла в нескольких сантиметрах от его задней лапы. Тварь клацнула челюстями. Очевидно, хотела сказать, что она мне это припомнит.
Ситуация круто изменилась. Богомол стрекотал, пытаясь добраться до остатков моих солдат, магия его не брала, от пуль он с молниеносной скоростью уворачивался. Кремень пыталась пришибить монстра, но он скакал вокруг нее, словно издеваясь. Все, что могла сделать тролль — это служить живым щитом.
Богомол снова развернулся и уставился прямо на деревья, за которыми прятались мы с Игорем. Очевидно, решил, что эти-то деревья никто не охраняет, а они ему тоже очень и очень не нравятся.
Осталось последнее средство. У нас тоже есть свое маленькое чудовище.
«Фрейя, в атаку! — мысленно позвал я драконицу, которая должна была в данный момент мирно сидеть у Лидии на коленях. — Бей этого зеленого гада!»
Фрейю не пришлось долго уговаривать. Маленький крылатый силуэт взвился над деревьями, и в богомола ударил огненный залп.
Тварь завизжала на ультразвуке и завертелась на месте, пытаясь сбить огонь. Панцирь богомола пылал, чудовище упало на спину, пламя перекинулось на траву и быстро побежало по лесу. Черт!
Не успел я подумать, что сейчас мы спалим здесь все нахрен, как с противоположной стороны на чудовище обрушился ливень, потушив богомола и пылающую вокруг него землю. Лидия среагировала быстрее меня.
Я почувствовал возмущение Фрейи. Плоды ее трудов только что были безнадежно испорчены. Драконица набрала побольше воздуха и дыхнула огнем снова, но промокшее насквозь чудовище на этот раз не загорелось. Попыталась полыхнуть опять, но из пасти вырвался только черный дым. Топливо кончилось.
Раненое чудовище отряхнулось, раскидав во все стороны водные брызги, и встало на ноги. Слева на панцире у него красовалось горелое пятно, богомол прихрамывал на одну лапу. Но, похоже, серьезных повреждений Фрейя ему не нанесла, тварь была вполне себе боеспособна. И очень, очень зла.
Не успел я поднять пистолет и выстрелить в монстра, как на тропинке со стороны гор послышался топот. Причем топало что-то очень тяжелое. А еще, судя по раздавшейся нестройной, но очень вдохновенной песне, этого тяжелого было много.
— Камень! Камень! Мы любить камень! Камень самый лучший! Камень! Камень! — надрывались как минимум полдюжины глоток. Причем, хотя при таком количестве певцов даже чисто статистически очень сложно вообще никому не попадать в ноты, хор как-то справлялся. Песня четко указывала на то, что у ее исполнителей не слишком богатый словарный запас. А еще на то, кто именно ее пел.
— Валун! — обрадованно заорал я в унисон с Игорем. — Быстрее сюда!
Песня затихла, зато топот усилился. Через несколько секунд из-за деревьев показались стремительно приближающиеся фигуры. На мгновение мне показалось, что моя предприимчивая невеста заказала в честь свадьбы сад камней, и означенный сад решил прийти в усадьбу самостоятельно.
От такой резкой смены обстановки богомол на мгновение застыл на месте. Это-то его и погубило. Не сбавляя скорости, Валун пронесся по насекомому-переростку, оставив от того лишь зеленое удивленное пятно. Хотя в любом случае вряд ли бы ему удалось убежать от такой армады троллей. Моего каменного друга сопровождала шестерка таких же каменных товарищей.
Бандиты бросились бежать, но тролли быстро взяли их в кольцо. Неповоротливые каменюки обладали ценным преимуществом: они были большими и их было много. Какой-то особо тупой разбойник попытался было выстрелить в Валуна, в ответ на что тролль легким движением руки обеспечил всех местных травматологов работой на пару дней вперед. Поняв намек, оставшиеся встали смирно.
Мы с Игорем вышли из-за деревьев, то же с другой стороны сделали Лидия и Дарья. На плече у рыжей сидела обиженная Фрейя. Лидию, которая потушила такой замечательный пожар, драконица демонстративно игнорировала.
— Мда, нежити не выйдет, — заметил Игорь, разглядывая то, что осталось от богомола. — А жалко. Ну или это будет очень тонким слоем раскатанная нежить.
Я подошел к Валуну и с чувством пожал его каменную руку. Точнее, хотел пожать, но из-за разницы габаритов просто по ней похлопал.
— Спасибо, вы как раз вовремя!
— Моя говорить: «пожалуйста», — довольно ответил тролль. — Моя помогать. Моя ходить тут и слышать, что ты меня звать. Моя бежать быстрее. Твоя тут драться?
— Да, на нас напали бандиты. Точнее, это мы напали на них, но все пошло немного не так, как планировалось. Без вас нам пришлось бы туго. Не познакомишь со своими родственниками?
Я обвел взглядом троллей. Внешне они почти ничем не отличались друг от друга, только у одного на голове рос ярко-зеленый мох, напоминавший коротко подстриженные волосы, а у другого через весь бок проходила глубокая трещина. При этом Валун на полголовы возвышался надо всеми своими собратьями. Очевидно, Большим его прозвали не просто так.
— Конечно. Этой мой семья быть. Прочный Гранит, Белый Мрамор, — (тролль, на которого указал Валун, был абсолютно черным), — Круглая Галька, — (судя по размерам, троллиха была не Галькой и даже не Галей, а целой Галиной Петровной), — Умный Кварц, Серый Графит и Веселый Базальт.
— Веселый? А почему Веселый? — удивился я.
— Хороший характер быть. Очень любить шутить.
Веселый Базальт смерил меня настолько хмурым взглядом, как будто обдумывал, не разорвать ли прямо сейчас надвое. Я в ответ послал ему улыбку.
Серый Графит повертел головой, оглядывая пленных бандитов и остатки нашего войска, и задал вопрос, после которого я понял, что слишком рано обрадовался.
— А кого надо бить?
За недолгое пребывание в этом мире я успел понять, что ответ на этот вопрос у каждого тролля есть по умолчанию. И ответ этот: бить всех.
— Никого, все уже закончилось, — быстро ответил я. — Большое спасибо вам от лица всего Рода Лазаревых, вы оказали нам неоценимую помощь.
Графит задумчиво нахмурился. По лицу тролля было видно, что указанию вколотить кого-нибудь в землю он обрадовался бы намного больше, чем благодарностям.
Со всей этой суетой мы забыли еще об одном тролле. Кремень, до этого стоящая в стороне, подошла к своему возлюбленному. И, к моему удивлению, с размаху треснула его по башке.
— Зачем твоя его убивать⁈ — Кремень возмущенно указала на труп богомола. — Моя хотеть его убивать!
— Моя случайно. Моя только чуть-чуть бить. — Валун смущенно потупился.
— Ты меня не любить! Когда тролль любить тролль, он отдавать ей самый лучший враг, чтобы бить! А ты нет!
— Моя извиняться. — Валун положил руку на плечо Кремень, которая демонстративно отвернулась. — Моя не хотеть! Хочешь, я тебе кого-нибудь поймать и ты его бить?
— Какая любовь. Всегда мечтать о такой, — шмыгнул носом стоящий рядом со мной молодой тролль, кажется, Умный Кварц. Учитывая, что он смог составить аж два предложения и всего с одной ошибкой, возможно, он действительно был умным.
Я решил увести разговор с неверного направления, пока Валун не задумался, кого именно можно поймать в лесу, где, кроме нас, никого нет.
— Твои родственники идут к тебе в гости?
— Да, они до свадьба тут быть, — ответил Валун. — Я сказать, что ты очень добрый. Они защищать тебя и бить твоих врагов.
— О да.
— И мы все приходить к тебе на свадьба.
— О нет. То есть добро пожаловать.
— А ты приходить ко мне на свадьба. — Валун просиял. — Ты ведь приходить?
— Само собой, — заверил я, прикидывая, надолго ли у меня задержится эта орава троллей. Интересно, они питаются каким-нибудь камнями или человеческими продуктами? А то в моих кладовых может случиться локальный апокалипсис.