Вернуть Веру (СИ)
И, знаете, Вера… Она ведь была права. Потому что эта… женщина, что меня родила, того не стоила. Нет, поначалу она благосклонно отнеслась к нашему визиту. Ну, еще бы… Я ведь далеко не самый последний человек на этой земле. Но потом, когда Вера (сам я не смог) выложила ей все, как есть… господи, надо было видеть ее лицо! Она принялась отрицать все… Убеждать нас, что мы что-то спутали. И жеманно хохотать… Это было, пожалуй, самым мерзким.
- У нас есть доказательства… - сощурилась Вера. Такая красивая в этом винном платье… и в своем праведном гневе тоже красивая. Я смотрел на нее и чувствовал, как меня отпускает напряжение чудовищной силы.
- Вер!
- Посмотрим, что вы скажете, когда увидите их!
- Вер! – повторил я. – Не надо… - покачал головой.
- То есть как это не надо?!
- А вот так. Пойдем… - переплел с ней пальцы, бросил последний взгляд на… чужую, абсолютно чужую мне женщину и снова заглянул в глаза Веры. – Пойдем.
- Поверить не могу, что ты позволил ей отвертеться! – возмущалась она, когда мы вернулись в машину. – Хотя… Нет! Так даже правильно, Гуляев. В ее лице ты много не потерял. А вот она… Пусть живет и знает, какой у нее сын! Пусть локти грызет, сучка… напомаженная!
Я вел машину, изо всех сил сдерживая смех. И чувствовал себя таким легким-легким… Как облако. Ну, и черт с ним, что ничего не вышло! Пусть было больно. Вид разъяренной Веры стоил того, чтобы это все пережить. Как и осознание того, что ей до такой степени на меня не все равно. Матери все равно, да. Но ей… ей-то нет. И сейчас это гораздо важнее. Я не выдержал. Откинул голову и счастливо рассмеялся.
- Нет… Вы полюбуйтесь на него! Ну, и чего ты ржешь?!
- Ты смешная.
- Я?! – вздернула брови Вера.
- Угу. Прям ангел мщения… Мне казалось, еще немного, и ты вцепишься ей в морду.
- Плохо сделанную, кстати сказать. Ты видел?!
- Что именно? – переспросил, сворачивая в какую-то подворотню. Если Веру это и насторожило, то она ничего не сказала. А может, в запале вообще не поняла, что я делаю.
- Ее физиономию вблизи. Там пластик – я даже не знаю сколько. Тебе повезло, что вы совсем не похожи.
Я заглушил мотор и посмотрел на Веру, лениво откинувшись на подголовник. За этот странный вечер я испытал, кажется, весь спектр эмоций. От страха и отрицания к чудовищно болезненному разочарованию. А от него – к необузданному веселью и, наконец, чему-то щемяще-нежному… незнакомому и непонятному.
- Да ну её… К черту, - прошептал я, увязая в этой тягучей неизвестности, касаясь пальцами прохладной гладкой кожи Веры и так отчетливо для себя понимая, что не отпущу ее. Никогда… Сколько бы она ни просила, убеждая меня, что так будет лучше. Больше не отпущу.
23
- Ч-что ты делаешь? – задыхаясь, прошептала я вопрос, ответ на который был прямо у меня перед носом. На моих губах был… его вкусом. В моих глазах… теплым золотом его глаз…
- Возвращаю Веру, – повторил Стас уже когда-то сказанное. Неторопливо стащил с плеча рукав моего стильного полупальто и прижался губами к коже. – Вот ведь штука какая… Я думал, что все у нас будет, стоит мне только вернуть тебе веру в себя. Убедить, что я больше никогда не предам тебя и не обижу… А на самом деле… - Стас отвлекся от поцелуев и вновь заглянув мне в глаза, коснулся накрашенных губ пальцами.
- А на самом деле… - прошептала я, едва различая собственный голос сквозь нарастающий шум крови в ушах.
- Веру вернула мне ты.
Я тяжело вздохнула. До боли закусила губу, но… это ни к чему не привело. Не отрезвило, не ослабило сжимающую горло удавку и не успокоило колотящееся в груди сердце, которое до боли лупило меня изнутри по ребрам. Он не мог бы подобрать лучших слов, чтобы заставить меня капитулировать. И я хотела бы иметь силы противостоять их сладости, но прямо сейчас силы меня покинули… Я зажмурилась, опустила голову, касаясь лбом твердой груди Гуляева. Сделала еще несколько рваных вдохов. От Стаса пахло вызывающе пряно… Да… Даже исходящий от него аромат был настолько ярким, сочным и притягательным, что перед ним невозможно было устоять. Двумя распластанными ладонями я прошлась вверх по его рукам и ухватилась за лацканы на пиджаке. Надеясь, что пальцы перестанут дрожать, и эта дрожь с самых их кончиков не перекинется на все мое тело, но… Поздно. Слишком поздно. Я никогда не умела этому сопротивляться. И не научилась. Может быть, в чем-то и поумнела, да… Но только не в том, что касалось сидящего в каких-то миллиметрах от меня мужчины. Он снова провел пальцами по моему лицу, шее… Поддел тонкую бретельку платья и стащил вниз вместе с лифчиком. Не знаю, в тот ли момент я сдалась… Или это случилось гораздо раньше? Как бы то ни было, я сама с тихим стоном перебралась к нему на колени. Наверное, нам было не очень-то удобно, но никто на это внимания не обращал. Я рванула пуговицы на его рубашке, ослабила узел галстука и стала покрывать жадными голодными поцелуями его шею, грудь, наверняка оставляя метки…
- Вера… Вера… Хорошая моя… - бормотал Гуляев, лаская голую кожу на моих бедрах чуть повыше чулка, каждый раз заходя дальше и дальше…
Щелкнула пряжка ремня. Я даже не поняла, кто ее расстегнул. Зато услышала, как Стас чертыхнулся, стаскивая с себя белье и брюки. А потом, когда я, застонав протяжно, медленно на него опустилась, стихли даже ругательства. Только наши рваные вдохи, только звуки слившихся в едином порыве тел – и ничего больше. Никого… мы были одни в том мире. Надежно скрытые от любопытных глаз запотевшими стеклами авто и спустившимся холодным дождем.
- Я люблю тебя, Вера…
Оргазм потряс меня до глубины души. Стал… откровением, к которому я была не готова. Задыхаясь, я упала Стасу на грудь, по моим щекам текли слезы.
- Ну, и почему ты плачешь? – спросил он. И хоть я не видела его лица, почему-то совершенно не сомневалась, что он улыбается. Под моим ухом отбивало ритм его сердце, и мое ему вторило.
- Все так запуталось, Стас… Так сильно запуталось.
Гуляев напрягся. А пальцы, которыми он перебирал пряди моих волос, на секунду замерли.
- На самом деле – нет. Мы все усложняем сами.
Спорить мне не хотелось. Я мечтала продлить эфемерное ощущение счастья, но это было так чертовски непросто…
- Погоди-погоди… Ты же не хочешь мне сказать, что и это тоже ничего не значит? Нет… ты не можешь!
Стас заставил меня подняться и заглянуть ему в глаза. И все… все, понимаете, магия момента ушла. Оставив после себя миллионы вопросов. И еще больше сомнений.
- Я запуталась, - повторила, как попугай. Вернулась на свое место. Между ног было мокро – Стас не позаботился о предохранении. И почему-то осознание этого меня накрыло волной. Совершенно предательски и иррационально. Несмотря даже на то, что сама я была на таблетках.
Могло ли быть у этого продолжение? Я не знала…
Хотела бы я этого? О, господи, да!
- Только не говори мне, что ты вернешься к своему менту!
- Я… не знаю. Не знаю! Чего ты от меня хочешь?! – невольно перешла в нападение я. – Думаешь, так легко забыть все, что было? Я, может быть, и рада была бы – забыть. Но это моя жизнь, Стас! И я не уверена, что ты вновь ее не сломаешь!
- Значит, я гожусь только на это... - он резким движением застегнул ширинку на брюках и неопределенно взмахнул рукой.
- Нет! Нет… Стас, пожалуйста…
- Тогда что?
«Что? Что? Что?» – эхом прокатывалось в моей голове. Да я и сама хотела бы знать. Но у меня не было однозначного ответа. С каждой секундой до меня все отчётливее доходило, что же я наделала… А ведь мы с Вавиловым… Господи, он уже и с родителями меня познакомил! Хорошими, достойными людьми. Мы объявили о скорой свадьбе. Я стала приглядывать свадебное платье, потому что еще ни разу не выходила замуж в положенном любой невесте наряде… Это, конечно, не самое важное, учитывая творящийся в моей жизни бардак, но я почему-то думала обо всем сразу. Даже о таких глупостях…