Вернуть Веру (СИ)

Олег нахмурился. Сложил руки на груди. В нем не осталось ни капли игривости, он весь будто бы подобрался.
- Я знаю, это не очень правильно, но… Никто ведь не пострадал. У нее просто не осталось выбора. Я тебя очень прошу… Пожалуйста. В первый и последний раз... Ради меня, м-м-м? Я слышала, что законодательство в этом случае довольно не совершенно, и если неисполнение своих родительских обязанностей не сопровождалось насилием, то… ни о какой уголовной ответственности речь даже не идет.
- Все это, конечно, хорошо. Если бы к этому делу не было приковано внимание стольких людей. Я ж теперь как под микроскопом, Вер…
- Да брось! У народа короткая память. Думаешь, если сюжет один раз показали по телевизору, то все? Нет! Это так не работает. Уж мне ты можешь поверить.
- И не подумаю. Ты – лицо заинтересованное, - вдруг смягчился Олег, - знать бы еще, почему это для тебя так важно.
- Она девчонка совсем. А тут такая проблема. И помочь некому. Совершенно… Это страшно, когда совсем некому помочь…
Я перебралась к Вавилову на колени, видя, что он уже не так категоричен. Желая его… добить. Прекрасно понимая, что мне он отказать не сможет, если я правильно себя поведу. Не то чтобы это была уступка с моей стороны! Нет… Все давно к тому шло. И я же сама этого хотела еще совсем недавно…
- Верка, прекрати… Я же не железный, ну… Продолжишь в том же духе – я не остановлюсь!
- И ладно, - заметила тихо и не то чтобы уверенно. Утопая в его глазах, на дне которых шла нешуточная борьба. Желания и… еще чего-то, мне непонятного.
- Но ведь Настька…
- Она уже не придет… - прошептала я, - подожди!
Слетела с его колен, захлопнула дверь в кухню и провернула рычажок замка. Он у нас иногда заедал, поэтому, если бы Настька даже явилась, у нас было бы неплохое оправдание, мол, просто заклинило дверь.
Я обернулась. Сердце колотилось где-то в горле. Ноги тряслись…
- Знаешь, мне уже даже как-то любопытно, что должно случиться, чтобы мы довели дело до ума, - хохотнул мне на ухо Вавилов и тут же, прикусив мочку, толкнулся языком внутрь. Я тихо застонала. Не знаю, зачем… Мне не очень-то нравились такого рода ласки. И я совершенно не понимала, почему кто-то решил, будто ухо – это какая-то эрогенная зона. Мне было просто щекотно.
- Пожалуйста, Олег… пожалуйста… - шептала я, отрезая нам обоим пути к отступлению. Он что-то пробормотал, открыл кран, чтобы шум воды поглотил все другие звуки, и, развернув меня спиной к себе, задрал подол платья.
Хотела ли я того, что произошло впоследствии? Скорее да, чем нет. Я очень надеялась, что этот момент станет для нас с Вавиловым новой точкой отсчета. Заставит забыть то, что произошло со Стасом… Вернет меня на правильную траекторию. Хорошо ли мне было? Не знаю… Совершенно определённо, я не испытывала отвращения. Олег старался доставить мне удовольствие, и у него получалось. Кое-что…
- Не хочу от тебя уезжать…
- Я тоже не хочу.
- Тогда я опять возвращаюсь к нашим баранам… Выходи за меня, м-м-м?
Я не торопилась с ответом, зарылась носом в воротник на его рубашке, вдыхая знакомый, ставший родным аромат. Он мне нравился… по-настоящему нравился. Я так отчетливо видела нашу дальнейшую жизнь, где все было так просто и так понятно…
- Мам! Мам! Скорей, началось! – заорала Настька из глубины квартиры. Ничего не понимая, я метнулась к двери.
- Что началось-то?
- Гуляй-шоу! Ой, какой у Стаса костюм красивый…
На талию мне легли руки Вавилова. Он крепко-крепко прижал меня к себе и шепнул на ухо:
- Когда мы поженимся, пульт от телевизора перейдет в мое подчинение.
Это было смешно. Я и рассмеялась, ткнув Олега в бок локтем. Настька бросила на нас короткий взгляд и, задрав нос, снова вернулась к просмотру программы. А мне… мне ведь тоже было интересно. В конце концов, то, что происходило на экране, было результатом моей работы. Работы, которой я очень-очень гордилась.
Настька захохотала над какой-то шуткой Стаса, возвращая меня в реальность.
- Тебе, вообще-то, спать пора, - сказала я дочери.
 
- Ну, мам!
- Давай-давай! Я провожу Олега, а когда вернусь, чтобы и духу твоего здесь не было.
- Это такой намек, что мне уже пора? – усмехнулся Вавилов, когда мы с ним вышли в коридор. Его зрачки все еще были немного расширены, отчего обычно светлые глаза казались необычайно выразительными и глубокими. Мне казалось, что он видел гораздо больше, чем я готова была показать…
- Если честно, я просто с ног валюсь. Сумасшедший день, а потом…
- Секс на десерт.
- Вот именно. Кое-кто был очень… хм… ненасытным.
- Кое-кто заставил меня ждать слишком долго. – Олег смерил меня внимательным взглядом. - У тебя что-то случилось?
- Случилось? Нет… С чего ты взял?
- Не знаю. Все это очень неожиданно… Как будто ты…
- Что я?
Он опять на меня покосился.
- Да нет. Ничего… Не бери в голову. А что касается твоей кукушки… Ребенка она сможет забрать. Прав-то ее не лишили. Личность установим, опросим… и дело с концом. А как это обтяпать – я еще подумаю. Только ты предупреди девицу, что их проверками теперь замордуют. На опеку я повлиять не в силах. Или нет… Лучше дай мне ее контакты. Пусть лучше ее напрямую проинструктируют, раз это так для тебя важно…
- Спасибо! – прошептала я и обняла его крепко-крепко.
  
20
 
Вера избегала меня. Старательно и методично. Все дни до конца недели. За все это время мне удалось переговорить с ней наедине от силы пару раз. И лучше бы вообще не было тех разговоров, вот правда… Так сильно они меня выбивали из равновесия.
Первая наша беседа случилась в больнице, куда я приехал утром вторника, чтобы проведать Дашку. Мы столкнулись с Верой на небольшой стоянке за воротами больничного комплекса.
- Привет. Хорошо, что я тебя встретила, - неуверенно улыбнулась она и отвернулась, чтобы захлопнуть за собой дверь машины. - Думала, звонить… или уже на работе рассказать о том, что Веронике разрешили забрать малышку.
- Как это – забрать? – насторожился я.
- Вот так. Забрать домой. Она же ее мать и… в общем, имеет право.
Вера приложила ладонь ко лбу и покрутила головой из стороны в сторону, наверное, выглядывая ту самую Веронику. А я насторожился, подобрался… Понимал ведь, что никто бы так просто ей не отдал ребенка! А значит…
- Любовничек помог все организовать? – мои губы сами собой сложились в саркастическую ухмылку. Нет, я понимал, что не имею морального права вести себя так. Просто оказался совсем не готов встретиться лицом к лицу с правдой. А ведь, казалось бы, ну что здесь удивительного? Это я с какого-то перепуга прозрел. А для неё ни черта не поменялось. А у неё своя жизнь... В которой мне, если бы не работа и весь этот дурдом с подкидышем, вообще бы не было места. И то, что между нами произошло… Оно ведь для нее ничего не поменяло. Лишь усложнило все. Наверняка… Чем я вообще думал?! Придурок…
- А если и так?! Тебя это не касается!
- Черта с два! – я сжал ее руку чуть ниже локтя, впился в лицо злым взглядом.
- Доброе утро, - раздался тихий голос в стороне, - мы… мы… пришли. Вот…
Вероника Заяц топталась в двух шагах от нас в сопровождении молодого парня и еще одного мужика в форме.
- Вот и хорошо! – высвободившись из моего захвата, Вера подлетела к девчонке. – Дашка уже, наверное, заждалась маму. А вы, должно быть, Виктор Федорович?
Мужчина в форме кивнул.
- А это Алексей. Мой… друг. Он мне помогал с Дашей, - прошептала Вероника, облизав сухие тонкие губы. Было видно, что она страшно волнуется. Её немного потряхивало, когда мы двинулись вверх по дорожке, а еще она то и дело бросала короткие недоверчивые взгляды то на меня, то на Веру, то на полицейского… Будто  ждала от нас какого-нибудь подвоха. А когда мы поднялись в отделение и увидели Дашку… Вероника вцепилась в нее клещами, упала на стул, потому что ноги не держали, и тихонько завыла.