Не все жили долго и счастливо (СИ)

- Здесь надо было угадать с моментом. Убила бы слишком рано – пришлось бы накрывать на стол самой. Слишком поздно... Сожрали бы еду.
- Да, это ты хорошо продумала, – кивнул Боеслав, мысленно представляя, как топит ведьму в кастрюле с кипятком. – И… хотел сказать сразу, как только тебя увидел. Ты прекрасна! Не спорю, ты была очень красивой девочкой. Однако сейчас расцвела… И так юна! Порой мне кажется, что я прожил сотню жизней. Путешествия, войны… усталость. Но вот я гляжу на тебя, и молодость возвращается. Жаль, что со стороны это не заметно.
Меланья кокетливо заморгала глазками. Ей и раньше делали комплименты, вот только те люди были ведьме безразличны.
- Спасибо, Меньшой!.. Странно до сих пор называть тебя так. Не подскажешь какое-нибудь другое имя?
- Можешь выбрать любое. За время моих странствий, кажется, я перебрал их все. Даже не знаю зачем, но каждый раз я представлялся кем-то другим.
«Не знаю зачем?.. Прекрасно знаю. Все эти безрезультатные попытки начать с чистого листа, забыть собственные деяния. Хотя иногда это срабатывало. Пускай всего на миг, но и его хватало, чтобы ощутить себя живым. А после груз вины и долга возвращался снова…»
- Тогда пусть остаётся Меньшой. Это даже забавно. Наверное…
- Хватит обо мне. Давай сама рассказывай, красотка!
- Ну, не смущай меня. Я, конечно, ничего. Но придётся признать, тут не обошлось без помощи магии.
«А я будто не догадываюсь! Сколько же ты душ положила, чтобы продлить себе молодость? Сколько страданий принесла людям? Но я сокращу твой век. Только отвернись».
- Ох, Мел! Скромность тебе не идёт. Ты и без магии с легкостью могла бы забрать сердце любого мужчины.
- Уговорил. Согласна… Хочешь знать, как я жила? Скрывалась, Меньшой. В основном скрывалась.
И она рассказала. Рассказала, как её злили крестьяне, как змеюка Эва пробралась в дом Левии.
- Она получила по заслугам. Жаль только, что умерла так быстро. Но её лицо!.. Это выражение просто незабываемо! И потом я даже в невестах походила. И в жёнах. А через полдня стала вдовой. Ха! Бедняга Азалин. Так и не дождался своей первой ночи с Эвой. Не испробовал ни настоящую, ни подставную Эву. Может, стоило подарить ему такую возможность?..
Меланья подмигнула.
«Так… Ей что-то в глаз попало, или ведьмочка пытается заигрывать? А если пытается, делает это, потому что хочет или думает, что так принято?..»
- А после я раскопала Буйного. Ну, и вонища там была. Зато я всё у него выведала. Как заставить тело возрождаться, как защищаться, когда разум отдыхает…
- Но тогда ты пошла против своих. И теперь скрываешься. Стоило ли это знание потерянной жизни?
- Да, мне пришлось взломать печать. Но жизнь в маленьком поселении никогда не казалась чем-то желанным. И знаешь, осталось совсем чуть-чуть. Я только недавно поняла, что все эти жертвы, все обряды и снадобья призваны продлить жизнь плоти. Однако она всё равно уязвима. Буйный победил смерть, но земля его сожрала. Если бы ты только видел!.. Нет уж! Я нашла иной путь.
На мгновение Меланья задумалась. Бесспорно, перед ней сидел друг, но открывать свою тайну при первой же встрече... Он же всего лишь человек!
- Ладно, теперь твоя очередь. Где ты провёл все эти годы?
«Почти сказала… Но что значит «иной путь»? Неужели она действительно нашла способ обмануть смерть? И если да, не опоздал ли я?»
- Погоди! Значит, ты обрела бессмертие? – в голосе Боеслава раздались тревожные нотки, но к счастью для него Меланья не заметила изменения.
- Ещё нет. Но я близка. Только что же говорила! Понимаешь, тело всё равно можно ранить. Его можно схватить, обездвижить. Закопать, как остальные поступили с Буйным. Лучше бы вовсе без тела. Или со множеством чужих тел… Всё! Давай ты. Твои шрамы говорят о чудных приключениях.
И Боеслав поведал всё. Ему пришлось. Враг замер в ожидании. Теперь от каждого слова зависело, откроется ли Меланья, станет ли доверять давнему другу настолько, чтобы позволить убить себя.
- Скитался, странствовал… Я видел странных людей и диковинных зверей. Очень далеко я повстречал гигантских кошек. У них есть грива и огромные зубы. Эти звери разрывают плоть и легко переносят своих жертв на значительные расстояния. Они быстры. Очень быстры. И когда они замечают тебя… остаётся лишь несколько мгновений, чтобы собраться с силами и дать отпор.
 
«Я охотился на них. При свете дня и в кромешной тьме. До встречи с «кошками» я не ведал более свирепых созданий. Кроме тебя, разумеется. Но ты не создание, ты исчадие, а значит, ни одно живое существо не заслуживает сравнения с тобой».
- Знаешь, есть места, где один лишь снег. И никому там не выжить. Холод пронизывает, он вытягивает жизнь, а тела превращает в статуи. А ещё я был в песках. И там я скучал по холоду, скучал по снегу. Тогда я мог убить за каплю воды. Но не пришлось. Её даровали без платы. Несколько человек на удивительных конях с двумя горбами. Они дали мне воду, а вместе с ней вернули и жизнь... Мел, неужели надо уничтожать всё вокруг, чтобы быть счастливой?
Не ожидая подобного вопроса, ведьма подавилась куском птичьей спинки. Она не могла поверить, что допущенный в её жилище человек способен на хамство по отношению к хозяйке.
- Ты… ты тоже хочешь убить меня?.. – насторожилась Меланья.
Боеслав улыбнулся. Поняв свою оплошность, он вновь запихнул предательски проявившуюся человечность подальше от глаз Меланьи.
- Конечно, хочу! Зачем же я ещё здесь?! – Боеслав сделал вид, что обиделся.
- Не знаю. Обычно все хотят убить меня. Но я успеваю раньше.
- Я был тебе другом и не собираюсь вредить. Однако если ты считаешь иначе, я сейчас же покину твоё жилище. – Вздохнув, Боеслав встал и направился к выходу.
- Не уходи! Извини! – воскликнула Меланья. – Просто меня все ненавидят. Понятия не имею почему…
Боеслав улыбнулся. Он вновь сел рядом с ведьмой и поведал о том, что было после «кошек». Меланье понравился его рассказ. Почему-то он напомнил о сказках Пеклы, о далёком детстве, и ведьма вновь заулыбалась.
«Кажется, обошлось. Она вновь немного расслабилась. Но чтобы нанести удар, я должен быть ближе. А она не подпустит так просто. Может, сыграть на чувствах?.. Интересно, а она способна вообще их испытывать? Жалость и милосердие точно не по её части. А как насчёт любви? Понравится ли Мел, если я прикоснусь к её щеке? Как она отнесётся к поцелую? Мне лишь надо несколько мгновений. Провести по груди, чтобы узнать, куда бить. Отвлечь её взгляд, чтобы нанести сам удар. А был ли у Мел кто-нибудь за эти годы? С Азалином она так и не возлежала. Но это не значит, что она не захочет быть со мной… Слишком сложно, Боеслав. Просто прибей тварь, как только она уснёт».
Вот только «тварь» и не думала засыпать. Как бы Боеслав не старался, каким бы убаюкивающим голосом не рассказывал о своих приключениях, ведьма оставалась бодра и весела.
«Опять магия что ли? У меня уже глаза слипаются, а она всё треплется и треплется. Не уверен, что смогу нанести точный удар. Пожалуй, отрублюсь тут… прямо на столе, а завтра с утра…»
- Меньшооой, – прошептала Меланья. Но её гость не ответил. И следующие несколько часов лишь тихое посапывание напоминало о недавнем собеседнике.
Однако сон Боеслава не был мирным. Сотни тел, обескровленных и истерзанных. Они лежали вокруг Меланьи, а сама ведьма возвышалась над своими жертвами, словно царица над павшими на колени подданными. Очнувшись, Боеслав знал, что должен сделать. Сжимая клинок, он направился к Меланье. Но та, не обращая внимания на приближающуюся угрозу, открыла входную дверь.
 
Почему ей потребовалось выйти наружу прямо сейчас?.. Ответ на этот вопрос так и останется загадкой. Поскольку юноша, вынырнувший словно из ниоткуда, заставит забыть обо всех планах на день.
- Умри, ведьма!!! – прокричал он, несясь с мечом прямо на Меланью.
«Вот он! Тот самый момент!..» – Боеслав выхватил кинжал и поспешил на подмогу. Однако раздавшийся крик и горстка пепла, оставшаяся от ещё мгновение назад пышущего жизнью юноши, заставили его остановиться.