Не бойся, я кусаюсь (СИ)
– Хочешь выпить чего-нибудь?
– Нет. Хочу все чувствовать на трезвую голову.
– А если совсем немного? – я улыбаюсь. – Напиваться я тебе в любом случае не позволю. Но бокальчик виски-колы поможет расслабиться. В прошлый раз ты точно пила виски-колу перед сессией.
– Нет, сегодня нет, – настойчиво повторяет Яснорада.
– Хорошо.
На самом деле, мне нравится такое решение.
Иногда девчонки, приходящие в клуб на сессии БДСМ-мастеров, хотят утром вообще не помнить о том, что было в этих стенах. Но мы никогда не позволяем больше пары бокалов во время нескольких первых сессий: алкоголь притупляет физические ощущения, повышает болевой порог, что может оказаться реально опасным для здоровья нижней. Сначала мастер должен узнать новую девушку и возможности ее тела, ее выносливость, ее болевой порог, только потом в уравнение можно добавлять алкоголь.
Яснорада же хочет пойти на сессию с трезвой головой, несмотря на недавний инцидент, страх и риск: это подкупает и заводит.
– Я готова.
– Тогда идем в игровую, – я протягиваю ей руку, и она доверчиво вкладывает свои тонкие хрупкие пальцы в мои. Наши взгляды сталкиваются, я ухмыляюсь, а она краснеет и опускает глаза. Это так очаровательно!
Мы проходим мимо танцпола и сворачиваем в неоновый коридор, сулящий нам ночь, полную удовольствий.
Я запираю дверь игровой комнаты, в замочной скважине звонко щелкает ключ, и мы с Каштанкой наконец остаемся наедине. По периметру помещения уже расставлены камеры, и я незаметно включаю их, начиная съемку, пока Яснорада осторожно подкрадывается к кровати и принимается рассматривать разложенные на ней инструменты. Я подхожу сзади и обнимаю девушку за талию, мягко покусывая мочку уха:
– Что тебя пугает больше всего?
Она ненадолго задумывается, потом отвечает:
– Ты. Точнее, твое умение использовать эти предметы... Сами по себе они безобидны, но в твоих руках...
– И это тебя только пугает? – уточняю я мягко, разворачивая ее лицом к себе.
– Нет, заводит тоже, – Каштанка улыбается, и щеки у нее снова становятся пунцовыми. – Надеюсь, что сегодня ты...
– Я ничего не сделаю против твоей воли, – обещаю я, обнимая ее и чувствуя, что она немного подрагивает. Мне придется хорошенько подготовить девчонку, прежде чем использовать все эти игрушки.
– Хорошо. Я правда доверяю тебе... – она сама тянется к моим губам, и я не смею отказать, целуя их и покусывая, опуская теплые ладони на ее задницу и сминая ягодицы сквозь ткань летнего платья. Сладкая малышка льнет ко мне, прижимается крепко телом к телу, и я чувствую, как набухает в штанах член. Вот бы забить на съемки и просто хорошенько выебать ее...
Но я не могу себе этого позволить, зато скольжу руками вверх по ее пояснице и спине и расстегиваю молнию на платье. Пестрый кусок ткани падает к ее ногам, и она остается в одних трусиках и босоножках. Я легонько толкаю ее в грудь, Каштанка падает на постель и смеется, но этот смех – ненадолго, я точно знаю. Я стягиваю с нее обувь, покусываю подъемы ступней, косточки на щиколотках, массирую, нахожу языком чувствительную кожу под коленками...
– Зачем ты такой ласковый, – шепчет девушка, судорожно сминая дрожащими пальцами алые простыни. – Ты ведь хочешь иначе...
– Неправда, – возражаю я, и вру только наполовину: у меня действительно есть потребность ее хорошенько отодрать, но вместе с тем я испытываю к ней такую нежность... Это гораздо больше, чем просто секс. Я давно не испытывал ни к кому такой нежности и такого желания заботиться и защищать.
Но сейчас все-таки нужно сосредоточиться именно на физике между нами. Так что я прислушиваюсь к возмущению Яснорады и постепенно пускаю в ход зубы и смазку, стягивая с девчонки трусики и принимаясь дразнить ее и одновременно растягивать обе дырочки, подготавливая к сегодняшней увлекательной игре. Когда Каштанка становится достаточно мокрой и податливой, я беру вагинальные и анальные бусы, собираясь одновременно вогнать в нее по семь шариков спереди и сзади.
Каштанка извивается на алых мятых простынях, как самая настоящая змея, поворачивается на бок, приподнимает инстинктивно верхнюю ногу, позволяя мне свободно скользить пальцами в жаркой пахучей влаге. Я загоняю в нее по два пальца спереди и сзади, двигаюсь ими ритмично навстречу друг другу, чувствуя сам себя сквозь тонкую перегородку между влагалищем и задним проходом, массирую малышку изнутри. Сладкое влажное хлюпанье заполняет пространство игровой комнаты вперемешку с громкими стонами Каштанки. Я наклоняюсь к ней, чтобы поцеловать упругую задницу и укусить за выступающую косточку на бедре, девчонка сладко вздыхает, подставляется доверчиво, двигается навстречу моим толчкам, волнами насаживаясь на пальцы то с одной стороны, то с другой.
– Все в порядке? – спрашиваю я шепотом.
– Да, – отвечает она тихо, хриплым, исступленным голосом.
– Ты больше не боишься меня?
– Пока нет, – она криво улыбается, а я продолжаю ее трахать, то медленно, то быстро, вгоняя пальцы поглубже и покрепче.
Она права: пока можно не бояться. А потом...
Член уже давно болезненно выпирает сквозь ткань штанов, обнаженное женское тело и ее громкие стоны сводят с ума, и мне так сложно сдерживаться...
Что же со мной происходит?
Впрочем, я прекрасно понимаю – что.
Я привязываюсь, влюбляюсь.
Раньше я так умело держал себя в руках, а с ней – не получается. Каждая сессия... да что там, даже обычный секс вне игровой комнаты – как на иголках, взрыв эмоций, сплошное безумие, не только физика, но и химия, и вообще магия... Такого никогда не было ни с Никой, ни с другими девушками. Ни на сессиях, ни в редких попытках обычных отношений. Но это нормально, все меняется, и теперь я испытываю совершенно другие, гораздо более серьезные и глубокие чувства. Я их не отрицаю, не отвергаю, не бегу прочь... Просто пока не осознаю до конца. Кому-то сложно понять секс, а мне сложно понять любовь. Но торопиться некуда, верно?
Для вагинальных бус мне даже не требуется дополнительная смазка: первый шарик легко проскальзывает внутрь податливого женского тела, и Каштанка тут же втягивает его, сжимает упругими мышцами, тихо постанывая. Я целую ее задницу, бедра, ноги... Первый шарик анальных бус тоже входит без всяких усилий. Девчонка виляет бедрами, пытаясь распробовать новые ощущения внутри себя. Я не тороплюсь, продолжаяя ласкать ее, массируя клитор, заставляя ее приближаться к оргазму, но не давая кончить. Каштанка жалобно хнычет, выпрашивая у меня более решительных действий:
– Пожалуйста...
– Пожалуйста – что? – я усмехаюсь.
– Дай мне кончить...
– Нет, – отвечаю я сразу максимально твердо, и она вздыхает мучительно, смиряется с этим, понимая, что просить бесполезно, только продолжает стонать и извиваться, пока я загоняю в нее по второму шарику. Тут мне уже приходится использовать немного лубриканта, и я щедро размазываю его между женскими ягодицами, смешивая с ее собственной смазкой, потом и своей слюной. Пахучий коктейль. Вдыхая его до боли в легких, я добавляю спереди сразу два шарика, а потом медленно вгоняю третий сзади, тут же наклоняясь к Каштанке: – Ну что, как ощущения?
– Немного... распирает... изнутри, – шепчет она растерянно.
– Но не больно?
– Нет.
– Хорошо. И не будет. Но я еще не закончил.
– Ты садист...
– И ты прекрасно об этом знала, – хмыкаю я насмешливо, не споря с ней и одновременно вталкивая четвертое звено бус в ее задницу. Каштанка сопит, дергается, и я быстро отвлекаю ее внимание, нажимая покрепче на клитор и массируя его пальцами. – Расслабься, пожалуйста.
– Я постараюсь, – девчонка кивает и прикрывает глаза, сосредотачиваясь на своих ощущениях и доверяясь мне целиком и полностью. Я знаю, что ей непросто, но я должен закончить начатое.
– Как только я полностью погружу в тебя обе цепочки, я дам тебе кончить, – обещаю я.
– Спасибо, господин, – шепчет Каштанка исступленно, и меня до костей пробирает от этого обращения, о котором я совсем не просил, но которое сводит меня с ума. Я больше не вижу в ней Нику, я больше не думаю о Нике... Для меня существует только одна женщина, и она сейчас здесь, рядом со мной. Я не могу сдержаться, тут же наклоняясь к ее лицу и крепко, требовательно целуя в губы. Девушка с готовностью отвечает, забывая на несколько мгновений о таких неоднозначных, сладко-болезненных ощущениях в своем теле, и я пользуюсь этим моментом, чтобы осторожно погрузить в нее еще по одному звену цепочки спереди и сзади.