Солнце и пламя

Причем времени наша соученица зря не теряла. Пара гномов каталась по земле, пытаясь сбить пламя, пожиравшее их кожаные доспехи, один и вовсе лежал ничком, напоминая небольшой земляной бугорок.
– А ну брысь! – Фальк не стал размениваться на магию, он просто попер вперед, размахивая лошадиной ногой, от которой полетели в разные стороны кровавые брызги. – Вот я вас, мелюзга бородатая!
Я про гномов слышал много, но вот видеть их мне до сегодняшнего дня не доводилось. В Раймилле их сроду-роду не было, не жалуют они портовые города отчего-то, а в других я их просто не встречал. Нет, изделия их в руках держал не раз, восхищался тонкостью работы, но вот так, вживую созерцать подгорных мастеров не пришлось.
Так что теперь смело можно говорить – я видел все.
И правда ведь они коротышки, мне по пояс будут или даже ниже. Но при этом кряжисты, плечисты, бородаты. Все, как рассказывал Агриппа, который с этим народцем даже какие-то дела мастера Гая обстряпывал. Что-то заказывал для него – то ли камень-навершие для посоха, то ли какой-то особенно ценный амулет. Не помню уже, давно этот разговор был.
Интересно, чего они к нашей Магдалене вообще прицепились? Человеческие женщины их как таковые не интересуют, в драку она точно первой не полезла бы никогда, не та у нее натура. Так в чем тут дело?
Может, вон в том проеме, который более всего напоминает вход в пещеру? Да, точно, он и есть. Там и обломки ворот лежат, которые, сдается, обрушились из-за землетрясения. Удары камней они бы выдержали, видно, что на совесть сделаны, по-гномьи, но вот тут – не сдюжили.
Тем временем рассвирепевший Карл молодецкими ударами загнал гномов в темноту пещеры, напоследок плюнув в их сторону. Эль Гракху и Монброну, тоже было взявшимся за оружие, даже помогать ему не пришлось.
– Почтеннейшие! – крикнул Гарольд злобно галдящим в пещере гномам. – Мы не хотим вражды! Все произошедшее – недоразумение, которое желательно предать забвению. Сейчас мы уйдем, и я надеюсь…
– Никуда вы не уйдете! – ухнул голос из темноты. – Вы видели один из входов в наши шахты. Никто из людей о нем знать не должен, так что вас ждет смерть! Вот убьем вас, а после уже ворота починим!
– Вот я сейчас кому-то смертушку обеспечу! – запыхтел от негодования Фальк, снова занося над головой свое грозное оружие, порядком посеченное бритвенно-острыми топорами гномов. – Мне на пещеру плевать, мне в принципе обидно! Магда, это они тебе ногу повредили?
– С лошади неудачно упала, – охнула девушка, которой уже занималась Эбердин. – Но они меня хотели убить, я слышала.
– Вот же пакостники мелкие! – заорал Фальк и рванулся к темному проему, где злобно блестели глаза подземных жителей. – Ну я вас!
– Стоять, – перехватил его за талию Мартин. – Куда! Порежут тебя там, в тоннелях, на лоскуты, да и все. Там – их мир, ясно?
– Надо что-то делать, – немного нервно и очень тихо проговорил Монброн. – Здесь и сейчас этот конфликт разрешить. Пока день – мы отобьемся, но потом, в ночи, – вряд ли. Мартин прав, это их горы, их владения, тут же наверняка лазов всяких полно. Они просто перебьют нас в темноте, как куропаток, и никакие костры не помогут.
– Так и будет, – подтвердил Мартин. – Я же рассказывал, почему тут охотники за чужим добром не выживают. Вечером вроде все нормально, шайка сидит, ест, пьет, а утром глядь – кострище есть, а вокруг него никого. Было десять человек, остался один. Они всегда одного в живых оставляют, чтобы он остальным донес простую истину – тут людям делать нечего.
– Господа подгорные мастера, нам без надобности знания о ваших тайнах, – миролюбиво проорал Гарольд. – Мы всего лишь путники, которые скоро уйдут из ваших гор навсегда. И забудут о том, что видели.
– Верно, – этот басовитый голос мы ранее не слышали. – Забудете. Так и случится!
Как Эль Гракх успел увернуться от топора, прожужжавшего у него над ухом, – понятия не имею. А вот Жакобу, который пристроился рядом с Карлом, повезло меньше: ему второй такой же здорово бок зацепил, кровь так и хлынула.
 
Следом за этим из темноты шахты на нас устремилась толпа гномов. Прямо толпа, не меньше четырех десятков бородачей, кровожадно скаливших рты и вращавших выпученными буркалами.
Признаться, картина жутковатая получилась, это в результате и решило дело. Сработали инстинкты, намертво вбитые в нас Вороном и, само собой, никуда не девшиеся за минувший год.
Бегущих впереди смело вниз с площадки заклинание вихря, которое пустил в ход Монброн – он всегда дружил с магией воздуха, она давалась ему проще других. Пяток не менее шустрых бородачей, почти добежавших до осевшего на камни Жакоба с целью порубить его в капусту, вспыхнули, что твои факелы, – это уже Фриша постаралась. Мудреные и объемные заклятия были не ее коньком, но в таких мелких стычках она работала отменно.
Что до меня – в ход пошли привычные «ножи крови», забирающие мало энергии, но зато крайне эффективные.
Ну и Фальк со своей страховидной дубиной тоже отметился, круша ей головы гномов не хуже какого-нибудь «молота небес».
Дипломатия дипломатией, но когда дело доходит до спасения собственной жизни, все политические мотивы теряют свою актуальность. Ну да, спуск в долину, похоже, теперь превратится в очень и очень непростое предприятие, но шанс на то, что мы до нее дойдем, все же есть. А замешкайся мы сейчас – его бы вовсе не стало.
В глубине шахты загромыхали шаги, блеснули отсветы факелов, послышались команды. Похоже, к уничтоженной нами ватаге гномов спешило пополнение.
– Да в самом-то деле, сколько можно? – сдвинув брови, сообщила нам Рози и после выкрикнула формулу заклятия.
Воздух перед ней сгустился, принимая форму руны с крайне сложным и тонким плетением знаков – теперь я уже могу это оценить. Ну а что? Мир повидал, работу других магов тоже, так что есть с чем сравнивать. Рози талантлива невероятно, и это свершившийся факт.
Руна, повинуясь движению руки Рози, впилась в скалу, что нависала над входом в подземелье; та сначала чуть дрогнула, после по ней прошла трещина, и в результате она с жутким грохотом рухнула прямиком перед темным зевом пещеры, запечатав проход в нее крепко-накрепко, так что мышь не проскочит.
– Де Фюрьи, ты дура? – повертела пальцем у виска Фриша. – Еще один обвал решила устроить?
– А если бы на ногу? – поддержал ее Фальк.
– Гномы хотели, чтобы о входе никто не знал? – проигнорировала ее слова Рози, обращаясь к нам. – Все, у них нет поводов на нас сердиться. Нет входа – нет проблем.
– Так себе шутка, – заметил Монброн. – Впрочем – не лишено, не лишено. А, нет, смотри-ка, долбятся в камень, как мухи о стекло.
И верно – скалу, запечатавшую проход, с той стороны явно пытались то ли расколотить, то ли сдвинуть, причем отчаянно, с остервенением.
– Вот этот гном из непростых, – сказал вдруг Карл, наклонившись над вроде бы дышащим еще бородачом. Его неслабо приложило о стену заклятием Эль Гракха, но не убило. – Вон какая у него висюлька на груди.
И снова – верно. Амулет с кулак величиной, да еще золотой. Полагаю, не всякий подгорный житель имеет право носить подобное украшение.
– Маги, – просипел гном и, пусть с трудом, но уверенно хлопнул по ладони Карла, цапнувшего амулет. – Худшие из человеков!
– Интересно, в Рагеллоне есть хоть кто-то, относящийся к нам пусть не с симпатией, но хотя бы безразлично? – спросила Рози и предупредила дернувшегося Фалька: – Карлуша, это риторический вопрос. Ответа не требуется.
– Вы не воины, – хрипел гном. – Сражаетесь подло!
– Мы вообще не хотели драться, – заметил Гарольд, подходя к гному поближе. – Пытались разойтись миром, забыв о том, что вы первые хотели нас убить. Что же до того, кто как сражается, – навалиться почти полусотней на десятерых – это, конечно, благороднейшее из деяний. Мало кто отважится на такой подвиг, верно?
Жакоб, боком которого уже занималась Эбердин, бывшая сегодня нарасхват, гулко расхохотался.
– Вы все умрете, – пробубнил гном. – А теперь все, говорить нам не о чем. Хотите убить – валяйте.