Охотник (СИ)

Сейчас надо сосредоточиться на том, о чём говорят остальные.
Тинкл улыбнулся Морене, показывая свои мелкие зубы:
— Значит, если вы договорились, мы можем прямо сейчас забрать мальчишку?
— Сегодня? Думаю, можем. — Морена посмотрела на Джера. — Мы знаем его имя и его дом… Это Йон Скелтон, сейчас он живёт через пару домов от того места, где был пожар. Тинкл уже успел с ним подружиться.
Джер испугался. Он не ожидал, что события будут развиваться настолько стремительно.
Хотя, возможно, это и к лучшему. Джер быстро стал просчитывать все варианты.
Если ему удастся первым схватить мальчика и доставить его Хезер, то вся кутерьма может завтра же и завершиться. И может, при этом ему даже удастся выжить.
— Остынь, — предупредил он Тинкла, вытаскивая травинки из его кудрявых волос. — Неукротимая Сила нужна Ханне живой и невредимой. У неё свои планы.
— К тому же мы должны прежде проверить его, — добавила Морена.
— Что ты подразумеваешь? — Джер постарался скрыть волнение, продолжая ворошить шевелюру Тинкла.
— Разве не понятно? Мы не можем рисковать, подсовывая Ханне пустышку. Надо убедиться, что он — правда Неукротимая Сила.
Джер недоумевающе вскинул бровь:
— Я думал, вы уверены в этом.
Разумеется, он понимал, что Морена права.
Ему и самому пришлось бы просить Хезер отыскать способ проверить мальчика прежде чем решить, что с ним делать. Однако проблема была в том, что проверка Морены могла оказаться очень опасной для мальчика.
— Я уверена, но всё равно хочу проверить! — огрызнулась Морена. — Ты против?
— Только если это безопасно. Конечно же, для нас. Ведь он владеет этой Силой бессознательно?
— Но он учится ещё только в начальной школе. Маловероятно, что такой малец может справиться с шестью вампирами.
Члены банды переводили глаза то на Джера, то на Морену, наблюдая за их перепалкой, поворачивая головы, словно следили за теннисным мячом.
— Словно ты никогда и не уходил, — сухо произнёс Райан.
Варна громко рассмеялась, а Тинкл заржал.
— Они всегда так… словно жена с мужем, — холодно заметила Пира с лёгкой досадой.
Джер свирепо взглянул на неё, как, впрочем, и Морена.
— Я не женился бы на ней, даже если б все девушки на земле умерли, — кинул он Пире.
— Если бы у меня был выбор между ним и смертным, я предпочла бы смертного парня, — скривившись, вставила Морена.
Все заржали. И даже Джер.
***
Солнце отражалось в пруду Марина. Слевой стороны от Джера протянулась широкая полоса зелёной травы. Обычно в хорошую погоду тут запускали больших воздушных змеев, и сейчас Джер видел, как дюжина длинных разноцветных хвостов взмывает в воздух. По тротуару раскатывали люди на роликах, одетые по-летнему и выгуливая псов. Все они — и люди, и их четвероногие питомцы — были вполне счастливы. Однако на противоположной стороне улицы всё было по-другому, будто по нему проходила невидимая грань. Этой гранью, таким своеобразным барьером, служил ряд мрачных строений из красно-серого бетона.
Первым в глаза кидалась школа, за которой тянулся ряд унылых, похожих друг на друга прямоугольников — жилых домов. А следующая улица, сразу за фасадом этого здания, и вовсе была безлюдной. Этот район всегда вызывал у Джера депрессию.
Руководство всей операцией он доверил Морене. Направляясь к дому мальчика, она въехала в узкую аллею и притормозила возле магазина с полустёртой вывеской "Устрицы".
Вслед за ней, оглушая окрестности рёвом своих байков, появились Варна, потом Джер, затем Райан с Тинклом на заднем сиденье, и наконец, Пира. Они заглушили моторы и остановились.
— Вот его дом, на той стороне улицы, — указала Морена. — Они с отцом живут у дядьки. Уже очень поздно, на детской площадке сейчас никого… Но возможно, Тинкл сможет выманить его из дому.
— Нет проблем, — кивнул Тинкл, оголив в усмешке свои острые зубы.
— Мы схватим мальчишку и отвалим отсюда, прежде чем его отец успеет что-либо заметить, — сказала Морена. — Привезём его ко мне. Там никто не помешает.
Глубоко вздохнув, Джер пытался успокоиться.
 
— Я сам займусь им, — сказал он, подумав: "По крайней мере, так я смогу шепнуть ему что-то… как-то успокоить". — Тинкл, постарайся вывести его прямо на тротуар. А вы все держитесь подальше: если мальчишка увидит такую кучу байков, то может закапризничать. Но приготовьтесь, поднимайте шум сразу, лишь я схвачу его. Тогда никто не услышит его ора. Райан, как только я беру ребёнка, подхватывай Тинкла и мотаем прямо к Морене.
Все согласно кивнули, одобряя сей план, — все, но не Морена.
— Может быть, лучше вырубить его? Тогда не будет никакого ора. Не говоря уже о голубом пламени, когда мальчишка сообразит, что его похищают…
— Я уже сказал, что надо делать, — ровным голосом прервал её Джер. — Не хочу его вырубать и не думаю, что он сумеет как-то навредить нам. Ну, всё. Начали. Вперёд, Тинкл.
Тинкл помчался через дорогу.
Морена резко выдохнула и стиснула зубы:
— Ты никогда не слушаешь советов, Джер.
— А ты никогда не выполняешь приказов.
Краем глаза он заметил, как Морена уже начала закипать от ярости, но сейчас было не до этого. Всё его внимание сосредоточилось на доме, где жил мальчик. Место тут было пустынное, даже трава не росла. На домах — ни надписей, ни рисунков… Даже детская площадка с синей металлической горкой и детскими машинками выглядела новой и нетронутой.
— Могу вообразить, каково тут жить, — заметил Джер.
Пира как-то странно усмехнулась:
— Кажется, ты ему сочувствуешь?
Джер оглянулся. В узких светлых глазах Пиры не было ни капли жалости, как, впрочем, и в светло-голубых глазах Райана, и чёрных глазах Варны. Забавно, но Джер успел забыть, насколько они бессердечны… хотя и сам он прежде не отличался особой чувствительностью. Раньше он никогда бы не задумался о том, как его друзья относятся к человеческим детям.
— Но ведь это ребёнок! — резко произнесла Морена. — Любому ребёнку нелегко пришлось бы в таком месте.
Джер удивлённо уставился на неё. В её серо-голубых глазах он заметил какой-то слабый проблеск сочувствия… Она пожала плечами, и выражение её лица изменилось.
Отчасти, чтобы сменить тему, а отчасти потому, что это его заинтересовало, он спросил:
— Морена! Ты помнишь ту часть пророчества, где говорится о видении слепого Юнца?
— Эта? — И она процитировала:
Четверо встанут меж ночью да солнечным днём,
Дети из голубого огня, сила в их древней крови.
Те, кто рождён в год видения слепого Юнца, —
Только лишь всем четверым предначертано одолеть Темноту.
Если погибнет один, тогда рассвет никогда не наступит.
— Да. Как ты думаешь, что означает: "Те, кто рождён в год видения слепого Юнца"?
Она раздражённо взглянула на него:
— Юнец — это, наверное, Арадий, да?
— Вы о ком? — вмешалась в диалог Варна, вытянув шею от любопытства.
Морена взглянула на Джера, — Варна нередко заставляла их обмениваться насмешливыми взглядами.
— О Юнце из круга Колдунов, — сказала она. — Слыхала о слепом Юнце? Колдуны подчиняются Юнцу, Отцу и старичку — Дедушке Хармана. Юнец — один из самых важных персон Ночного Мира…
— Ага… Помню, — успокоилась Варна.
— Верно, — кивнул Джер. — Арадий, скорее всего, и есть слепой Юнец. Но что означает "в год его видения"? Сколько лет этому мальчику, за которым мы охотимся?
— Ну, леть девять где-то.
— А у Арадия было какое-то особое видение девять лет назад?
Морена сдвинула брови и пристально следила за противоположной стороной улицы.
— Мне по чём знать? У него начались видения после того, как он ослеп. Так? Значит, похоже, у него могло быть целых восемнадцать лет на всякие видения. Кто скажет, о каком именно идёт речь в поэме?
— Похоже, что ты даже не пыталась ничего выяснить, — съязвил Джер.
Она окинула его раздражительно:
— Если ты такой умный, выясняй сам.