Охотник (СИ)

— Здравствуй! — улыбнулся он.
  
Глава 2
 
Лицо хулиганки исказилось. С тяжёлым дыханием, как у раненого животного, она уставилась на Джера широко распахнутыми глазами.
— Да, — кивнул он, — ты удирала шустро. Однако ты ведь не имела понятия, что я шустрее, чем ты.
— Ты…не…человек, — выдохнула хулиганка.
И разразилась ещё многими словами, которые люди произносят, если их загнали в угол.
— Угадала! — весёлым тоном сказал Джер, игноря поток брани. — Ты не такая глупышка, какой кажешься.
— Кто…мать твою…кто ты такой?
— Я твоя смерть, — снизошёл до разъяснения Джер. — Ты намереваешься биться, а?
Хулиганка вновь попыталась нацелить пистолет на него. Однако руки её так дрожали, что она не могла навести прицел.
— Знаешь, ты выбрала не то оружие, — вздохнул Джер. — Тебе лучше было бы воспользоваться ветвью. Отломать для тебя?
Хулиганка спустила курок, однако пистолет просто издал щелчок. Девка с ужасом посмотрела на оружие. Джер улыбнулся, оголив зубы. Он всегда чувствовал, как они растут, когда перед ним появлялась еда. Его резцы стали удлиняться да изгибаться, пока не становились острыми, тонкими и полупрозрачными, как у кота. Ему нравилось ощущать, как клыки прикусывают нижнюю губу, когда он приоткрывает губы. Однако происходившее в нём изменение было не единственным. Он знал, что его глаза словно наливаются прозрачным серебром, губы краснеют и полнеют — в предвкушении еды к ним приливала кровь. Всё его тело будто заряжалось энергией. Хулиганка наблюдала, как Джер на её глазах становится всё прекраснее и всё меньше похожим на человека. Она сразу съёжилась, привалилась к стволу дерева и начала неторопливо сползать вниз, пока не осела на землю среди ядовитых мухоморов, уставившись прямо перед собой стеклянными глазами. Взгляд Джера остановился на голубой вене её шеи.
" Прямо…сюда", — решил он.
Кожа в этом месте казалась довольно чистой, а аромат крови, насыщенной адреналином, был соблазнителен. Кровь текла по голубой вене под кожей. Но одна мысль о том, что сейчас он её прокусит, приводила Джера в возбуждение. Страх — это отлично… Он придаёт больше остроты вкусу. В общем, это будет неплохо. Однако тут он услыхал тихий всхлип. Хулиганка плакала. Это был не громкий плач… не рыдание и не мольба. Она просто плакала и тряслась, как ребёнок, и слёзы тихо струились по её скулам.
— Я был о тебе лучшего мнения, — презрительно тряхнул головой Джер.
Однако внутри у него что-то сжалось.
Хулиганка ничего не ответила. Она просто смотрела на него — нет, через него — и плакала. Джер знал, что она сейчас видит.
Свою смерть.
— Да ладно тебе, — скривился Джер. — Видишь ли, тебе не хочется умирать! А кому хочется? Однако ведь и ты убивала людей. На минувшей неделе твоя банда угробила эту девку, Хуаниту. Любишь кататься — люби и санки возить.
Хулиганка продолжала молчать. Она больше не пыталась направить на него пистолет; она прижала оружие к груди двумя руками, будто плюшевого медвежонка… Будто собиралась убить себя, чтобы навсегда избавиться от Джера… Ствол упирался прямо ей в подбородок. Сердце Джера сжалось сильнее, он почти уже не мог вздохнуть. Что с ним происходит? Эта бандитка была просто человеком, причём человеком худшим. Она заслужила смерть — и не только потому, что Джер хотел есть. Однако этот плач… Он будто чем-то задевал его. У него появилось ощущение дежа-вю — словно всё это уже случалось с ним раньше… Однако ведь этого не было… Он точно знал, что не было! Наконец хулиганка открыла рот.
— Сделай это быстро, — прошептала она.
И тут разум Джера погрузился в хаос. Эти слова вдруг прозвучали словно вовсе не тут, не в лесу. Джер погружался в какое-то странное состояние, его будто засасывало в водоворот и ему не за что было ухватиться.
Перед его глазами вспыхивали яркие образы.
Смысла их он не понимал. Он падал в темноту, а перед его беспомощным взором разворачивались различные эпизоды.
— Сделай это по-быстрому, — прошептал кто-то.
 
Вспышка… и Джер увидел ту, кто это произнёс: особу с чёрными волосами и узкими плечами. У неё было лицо древней королевы.
— Я не стану оказывать сопротивление, — произнесла она. — Прикончи меня. Только оставь жизнь моему сыну.
Мама… На Джера нахлынули воспоминания.
Ему хотелось вновь увидеть эту особу; он ничего не помнил о той, которая родила его.
Однако вместо этого перед его глазами возник ещё один эпизод… Маленький дрожащий мальчик, забившийся в угол.
Ребёнок с чёрными волосами и глазами то ли серебристыми, то ли голубыми… Такой испуганный ребёнок… Очередная вспышка…
Высокий парень, кинувшийся к ребёнку.
Мужчина поворачивается, прикрывая его собой.
— Не трогай его! Вина не его! Он не должен умирать!
Папа… Его родителей убили, когда ему было пять лет. Их казнили охотники на вампирш…
Очередная вспышка, и перед ним появилась сцена битвы. Кровь… Чёрные фигуры, дерущиеся с его родителями… Вопль, смысл которого не сразу доходит до Джера. Затем чёрная фигура берёт забившегося в угол мальчика и высоко его поднимает… И тут Джер видит, что у этого человека есть клыки.
Он не является охотником на вампиров, это и есть вампир! Вампирша! А у маленького мальчика, который разявил рот, крича, таких клыков нет.
И Джеру становится понятно, о чём орут все вокруг:
— Убей его! Прикончи смертного! Прикончи отребье!
Это орут о нём… Джер очнулся. Он стоял на коленях посреди мха и деревьев в лесу, а перед ним съёжилась от страха хулиганка.
Всё оставалось таким же…однако вместе с тем всё стало другим. Джер был ошеломлён и охвачен страхом. Что всё это означало? Это был только некий странный глюк. Это был именно он. Джер знал, как скончались его родители. Его маму охотницы на вампирш прикончили сразу. Папу смертельно ранили, однако до того, как умереть, он сумел добраться вместе с пятилетним Джером до дома своей сестры. Тётя Брэй вырастила его, и она не единожды рассказывала ему эту историю. Только этот вопль… Он ничего не означает! Он не может что-либо значить. Он, Джер Редферн, гораздо более чистый вампир, нежели кто-то другой и даже чем Морена! Он относится к ламиям — вампирам, способным продолжать род, и его семья самая могущественная. Его тётя Брэй — вампирша, папа тоже являлся вампиром и папа папы тоже… Все его предки, вплоть до самой Ханны Редферн, — вампиры. Однако его мама… Что ему известно о семье мамы? Ничего. Тётя Брэй всегда говорила только, что они — выходцы с побережья на Востоке. Джер вздрогнул. Он боялся задать себе следующий вопрос, однако он сам появился в его голове.
А что, если его мама была смертной?
Получается, и Джер может являться… Нет! Не может быть. Не может быть лишь потому, что правила Ночного Мира запрещают вампирам с вампиршами влюбляться в смертных.
Поэтому в Ночном Мире не могло образоваться никаких полукровок от браков между вампирами да смертными. Их не было на протяжении 20000 лет. Любой из них считался бы отребьем… Озноб охватил его сильней. Он медленно встал, рассеянно посмотрев на вскрикнувшую от страха хулиганку. Сейчас ему было не до неё…
Однако если это правда… Это не могло являться правдой, но если это правда… тогда ему придётся оставить всё. Тётю Брэй…
Собственную банду… И Морену. Он должен будет оставить Морену. При мысли об этом его горло почему-то судорожно сжалось. И должен будет уйти… только куда? Где найдётся место для отребья — получеловека-полувампира? В Ночном Мире для них места нет. Это уж точно. Любой его обитатель обязан прикончить такое создание. Хулиганка опять всхлипнула. Джер моргнул и перевёл взгляд на неё. Невероятно, но вдруг он понял, что больше не может думать об убийстве. В мозгу Джера будто заработал счётчик: сколько же людей он искалечил за эти годы, сколько убил… Джер запаниковал. Ноги больше не слушались его, колени ослабли.
Что-то сдавило грудину… Со всех сторон на него надвигался мрак.