Триумф непослушания (СИ)
— Тут должна быть пафосная речь, — нарушил воцарившейся тишину Гвин, — но её не будет. Оставим громкие слова публике и перейдём сразу к делу. Для начала, я хочу всех вас поздравить. Вы заставили меня убедиться, что я не ошибся, расстреляв за подворотней бывший командный состав. Вы смогли решить, казалось бы, безнадёжное положение на фронте. А Кнут по праву заслужил звание маршала. Та дисциплина, что присуща гвардии, должна стать образцом для всей армии. Эти аплодисменты вам и вашим подчинённым, маршал.
Комнату заполнили звонкие аплодисменты. Эрвин лёгким кивком выразил благодарность за доверие.
«Дисциплина, — горько подумал Эрвин. — её действительно очень нам всем не хватает».
***
«Досье.
Совершенно секретно.
Маршал армии Дивидеандской Хартии Эрвин Кнут.
Дата рождения: информация отсутствует.
Отец: информация отсутствует
Мать: информация отсутствует.
Политические взгляды: истинный последователь дела Хартии.
Характер: покорный.
Семейный статус: не женат.
Службу начал командиром одного из подразделений, однако быстро продвинулся по карьерной лестнице. Ввиду беспрекословного стратегического, оперативного и тактического склада ума, вскоре стал первым маршалом в истории Хартии. В результате, длившаяся три месяца война на юге была закончена в течение недели. Командовал семнадцатью военными операциями, а именно: (зачёркнуто, к прочтению невозможно). Приказы исполняет беспрекословно. В измене замечен не был».
Это был зимний день. Один из первых холодных дней нового мира. Отряду Эрвина было приказано прикрывать фланг основных сил, пока Гвин не склонит к подчинению несколько поселений в этом регионе. Обычная рабочая обстановка обычного командира обычного отряда.
Получив приказы из штаба, Эрвин не спеша возвращался обратно. Задание было простое: никого не впускать и не выпускать. Недавно раскисшая земля замёрзла и присыпалась тонким слоем снега. Белая пелена уходила на многие километры вдаль и где-то там сливалась с серым небосводом. Просторы ледяной пустыни навевали тоску и Эрвину хотелось поскорее оказаться в блиндаже с кружкой тёплого чая.
Ещё не доходя до места, где Эрвин оставил свой отряд, стало ясно, что что-то не так. Часовые были не на позициях, никто не рыл окопы и огневые точки. Все столпились под одиноким деревом. Со стороны толпы доносился хохот и брань.
«Чем занят заместитель?!» — сцепив зубы, подумал Эрвин.
Вскоре ответ был получен. К стволу дерева привязали девушку. Вся одежда была сорвана, а кожа синела на морозе. На лице не осталась живого места от синяков и кровавых подтёков. Между худых ног растекалась кровавая лужа вперемешку с мочой. Заместитель Эрвина со спущенными штанами уже заканчивал. Девушка не стонала и не сопротивлялась. Лишь грустно смотрела на Эрвина.
— Яйца не отморозишь? — спросил Эрвин, собравшись с мыслями.
— Да ладно тебе, командир, — ответил солдат, не отрываясь от процесса, — становись в очередь, всем хватит.
— Какого хрена ты устроил здесь бордель?! Мы ж тут как на ладони!
— Я выполняю приказ: никого не впускаю и не выпускаю.
— Встал! Немедленно!
Солдат нехотя прервался. Затем выхватил пистолет и пристрелил девушку. Хладный труп обмяк, но с его глаз ещё продолжали капать слёзы.
— Зачем ты так с ней? — спросил кто-то из толпы. — Мы бы её потом отпустили. Может быть…
— Ну и что ты со мной сделаешь, Эрвин? Пристрелишь? Подашь жалобу в штаб? Держу пари, что девочек к ним тоже водят.
— Выкопай могилу. Не гнить ей же тут.
— И то верно, — пожал плечами солдат.
Все принялись рыть небольшую яму. Эрвин молча наблюдал за процессом, крутя барабан револьвера. Вскоре задание было выполнено.
— Глубина подойдёт? — спросил солдат со дна могилы.
— Да. Как раз.
Выстрел.
В глазах солдата мелькнул испуг и он свалился на дно ямы.
— Кидайте туда же девушку.
Никто не посмел возразить.
— Закапывайте.
Труп солдата скрылся под толщей земли. Пуля размозжила ему челюсть и оттуда вытекло много крови. Девушка ещё некоторое время мёртвым взглядом смотрела на Эрвина. Ему показалось, что он увидел в её глазах благодарность. Правда, Эрвину было всё равно. Его больше тревожила низкая дисциплина в отряде, чем эта бессмысленная смерть. Ему предстояло устроить ещё не одну показательную казнь, чтобы пресечь самовольство и добиться беспрекословного выполнения приказов. А затем заслужить почётный статус гвардии.
Ведь если в армии нет дисциплины — она несёт смерть всем. А в первую очередь — её командирам.
***
— Отто, — холодный голос Гвина вывел Эрвина из воспоминаний, — не понадобится ли помощь твоих людей по отношению к местному населению на юге?
— Как сообщают мои информаторы, в этом нет необходимости. Местные испуганы прошедшими боевыми действиями и не будут что-то предпринимать ближайшие несколько месяцев. К тому же, мы всегда на чеку, если кто-то что-то задумал. А уж меня они боятся пуще смерти.
«Это точно, — подумал Эрвин. — Тебя, малыш Отто, боится даже Гвин».
***
«Досье.
Совершенно секретно.
Командир комитета безопасности «Отряд сто тридцать семь» Отто Крюгер.
Дата рождения: информация отсутствует.
Отец: информация отсутствует.
Мать: информация отсутствует.
Политические взгляды: истинный последователь дела Хартии.
Характер: циничный.
Семейный статус: не женат.
Отто Крюгер был самым молодым членом сформированного генерального штаба. Однако, детское лицо и небольшой рост были лишь обманом. Сколько точно погибло людей в подвалах комитета безопасности точно неизвестно. По самым скромным подсчётам цифра начинается от нескольких тысяч человек. Политические деятели, лидеры партизанских движений или же просто несогласные с положением дел. Среди них были известные личности, такие как: (зачёркнуто, к прочтению невозможно). Самым привлекательным жертвам «Отряда сто три семь» не повезло попасть лично в руки в Отто. После пыточного процесса, в ход шли пытки сексуального характера. И если жертва в тот момент оставалось ещё живой (Отто по большому счёту было всё равно), то она завидовала мёртвым. Приказы выполняет с завидной дотошностью и точностью. В измене замечен не был».
***
Эрвин был прав. Отто боялись все, и даже Гвин. В его тёмных глазках жило само олицетворение жестокости и боли.
«Малыш Отто».
«Смерть с детским лицом».
«Приятная смерть».
У командира «Отряда сто тридцать семь» было много прозвищ и все они исчерпывающе характеризовали его.
— Вольдемар, должен признать, что ваша реформа пехотных подразделений даёт свои плоды. Теперь можно с уверенностью сказать, что пехота — царица полей.
Вольдемар лишь слегка улыбнулся. Если Гвин знает твоё имя, значит ты у него на особом счету.
***
«Досье.
Совершенно секретно.
Генерал от инфантерии Вольдемар Каминский.
Дата рождения: информация отсутствует.
Отец: информация отсутствует.
Мать: информация отсутствует.
Политические взгляды: истинный последователь дела Хартии.
Характер: целеустремлённый.
Семейный статус: не женат.
Вольдемар начал службу рядовым и лично переносил все тяготы войны. Обрёл славу среди войск, когда после смерти командира взял командование на себя и смог обратить в бегство превосходящие силы врага. Всегда делал ставку на превосходство огневой мощи, в особенности артиллерию. Имел конфликты с генералами других видов войск, однако, когда дело доходило до совместной работы, старые обиды забывались. Приказы выполняет добросовестно и бережет людей. В измене замечен не был».
***
Гвин что-то говорил Эрику. Эрвин не слушал, вспоминая его прошлое.