Триумф непослушания (СИ)
— Ау? Есть кто дома?
Ему ответила лишь тишина.
— Дьюфи, я бы хотел извиниться. За то, что чем-то расстроил тебя.
— Не стоит извиняться за то, что уже предрешено, — послышалось со стороны кучи игрушек.
Игрушки задрожали и оттуда выпрыгнула веледи, при этом звонко смеясь. Напугав до полусмерти Алексея, она, как ни в чём не бывало, села перед ним в позе лотоса и принялась сверлить непроницаемыми глазами. Ничто ещё так не пугало Лёшу, как её белки глаз.
«Сколько ей лет? Одиннадцать? Двенадцать? Что же с ней стало? И даже без зрения она осталась тем же ребенком.»
— Дьюфи, — обратился к ней Алексей, набравшись смелости, — я могу что-то для тебя сделать? Как-то помочь?
— Уже поздно мне помогать, мальчик.
— Мне всегда ставало стыдно, если я был причиной чьих-то слёз.
— Я знаю, — улыбнулась Дьюфи.
— Да что ты? И что же ты знаешь?
— В шесть лет ты очень расстроил маму и она плакала. С тех пор ты не можешь смотреть на человека, когда он плачет.
«Демон. По крайней мере мысли она не читает».
— Слушай, мальчик. Хочешь помочь? Отдай свою гранату. Взамен я отвечу на любой вопрос, но только один.
— Какую гранату? — удивился Алексей. Он понятия не имел о чём она говорит.
— Вот эту круглую штуку. Лежит у тебя возле правой ноги.
Алексей взглянул на свои подсумки. Он так их и не снял. Даже спал в них. В одном из них действительно была граната. Он совсем забыл, что клал её туда.
— Зачем тебе она, Дьюфи? Это совсем не игрушка. Убьёт моментально.
— Когда-то она мне понадобится, а тебе она не зачем. Мальчик, соглашайся. Я знаю, что тебя мучают много вопросов.
Алексей колебался. Не хотелось отдавать ребёнку «игрушку дьявола». С другой стороны говорила она далёко не как ребёнок.
— Хорошо, я отдам тебе её, — с трудом согласился Алексей. — Но перед этим я хочу знать, что с тобой случилось. Почему ты стала такой? И откуда у тебя появился этот дар?
— Какой хитрый мальчик, — протянула Дьюфи. — Но я, пожалуй, соглашусь. Моя история очень простая. Маленькая девочка гуляла с родителями в парке. Внезапно полил дождь и засверкали молнии. Одна из них ударила в дерево прямо рядом с нами. Родители умерли сразу, а я потеряла зрение. Но получила другое «зрение». Я могу видеть прошлое и будущее человека, который сейчас рядом со мной.
— А своё будущее ты видишь?
— Конечно.
— Но ты никак не пытаешься ничего изменить. Повлиять. Только сидишь здесь и ждёшь, пока не позовёт Эстер.
— А смысл что-то менять? Я лишь наблюдатель, мальчик. Зритель дьявольской драмы. И мне даже нравится моя роль. Девчонки устроили маскарад с ролями, но и пусть. Меня устраивает. Мне даже как-то безразлично. Я понимаю одно: когда твоя семья погибает по щелчку пальца. Когда твои глаза выворачивает на изнанку и при этом ты пытаешься не рехнуться от боли. Только в такие моменты ты понимаешь, что человек не просто смертен. Человек ещё внезапно смертен. Нет ничего постоянного или незыблемого, мальчик. Нет чего-то такого, в чём бы ты был уверен на сто процентов.
Алексей понял, что разговаривает не с ребёнком. Ему казалось, что кого-то заключили в тело давно погибшей девочки, и теперь оно разговаривает с ним.
— Я выполнила твоё условие, выполни теперь моё.
Дьюфи протянула руку. Алексей несмело вложил туда гранату. Веледи запрятала её в кучу игрушек и вернулась в прежнюю позу.
— Только не спрашивай, мальчик, про свою подругу. Она придёт через три дня и задаст свой вопрос. Про потерянного друга тоже не стоит. Он жив. Задай то, что тревожит больше всего тебя.
«Тревожит меня?»
Алексей задумался. В его судьбе сейчас центральной фигурой был Вильгельм. Но рано или поздно он его найдёт. Да и Дьюфи здесь мало чем поможет. Пережив, без преувеличения, ад, Лёшу несколько дней терзал только один вопрос.
— Дьюфи, скажи, какой будет моя смерть?
— Хм, — задумалась Дьюфи. — Скажу так: в тот момент ты будешь не против, что умрёшь. Наоборот — ты наконец-то обретёшь покой.
— И всё? Ни места, ни убийцы?
— Да. В любом случае выбор будет за тобой. Но зная тебя, ты не сможешь по-другому поступить.
Алексей уже пожалел, что задал этот вопрос. В голову начали лезть мысли одна хуже другой.
— Жуть какая-то. Я пойду.
— Иди. Только прошу, не подглядывай за девочками. Они очень разозлятся, если узнают, что ты всё видел.
«Демон».
***
— Не дайте ему уйти! — кричала Атали. — Я лично пущу ему в башку стрелу!
Летавицы устраивали очередную травлю. В этот раз им попался огромный вепрь и Атали была готова сделать всё, чтобы взять над ним вверх.
Вепрь оказался воистину велик. Его глаза налились кровью от переизбытка адреналина, из пасти лилась пена. Один клык был сломан, а шерсть покрылась бесчисленными шрамами. Он жил здесь десяток лет и доживал последние отведённые минуты. Пытался отчаянно оттянуть неизбежное.
— Загоняйте его правее! Ещё не хватало, чтобы он на сторону вигвиров забежал!
Несколько летавиц зашли с левой стороны и выпустили стрелы, однако вепрь смог ускользнуть.
— Быстрее! Уйдёт же!
Засвистела ещё одна стрела. В этот раз она нашла свою цель, попав вепрю в бок и поразив сердце. Вепря занесло. Его огромная туша поднимала высокий столб пыли. Остановился он уже мёртвым.
— Кто стрелял? — удивилась Атали.
Ей никто не смог ответить.
— Отличный выстрел, Алексей, — послышалось из соседних кустов. Вскоре оттуда вышла Деви с Алексеем. — Стреляешь не хуже моих сестёр.
— Да, — грустно улыбнулся Алексей, — моя подруга была бы довольна.
— Ты какого хрена творишь, кучерявый?! — вспылила Атали. Её крик был слышен на весь лес. — На моей территории убивать мою добычу! Да я тебя кастрирую, чтобы такие не размножались!
— Полегче, Атали, — заступилась Деви. — Стрелу пустили только тогда, когда он пересёк границу. Вины Алексея здесь нет.
— Замечательно. Я выслеживаю добычу, загоняю её, а в итоге всё достаётся вам.
— Мы отдадим половину. Вигвиры не жадные.
— Половину, — прошептала Атали. Казалось, что это слово стало для неё последней каплей. — Ты! — она указала на Алексея. — Ты мне надоел. Ты своим поведением представляешь угрозу для всех нас. Но я тебя проучу.
Атали сделала резкий выпад и махнула кулаком. Алексей вовремя среагировал и увернулся.
— Ты что, драться захотела? Иди к чёрту, я девушек не бью!
В этот момент Атали попала Лёше в солнечное сплетение, от чего он упал на колени и стал жадно хватать воздух.
— Тебя, сука, никто не заставлял, — прошипел он, поднимаясь. — Специально для тебя сделаю исключение.
У дерущихся начали появляться зрители и их количество всё увеличивалось. Никто не собирался их разнимать. Все знали, что если Атали решила кого-то отметелить, то ей лучше не мешать. Но даже коса когда-то находит на камень.
Алексей не наносил ударов. Он только уворачивался и делал подсечки. Напористости Атали было не занимать, но из-за своей ярости она совершала ошибки и часто падала. В тоже время поглазеть на драку собрались все летавицы. Вадвиры подначивали своего лидера, вигвиры же просто молча наблюдали. Никто и не заметил, как Асэди что-то шепнула на ушко Медиге и та спешно куда-то побежала.
Алексей вошёл в кураж. Он подгадал момент и выбил у Атали землю из-под ног. Там больно упала, на секунду потеряв над собой контроль. Этого стало достаточно, чтобы Алексей полностью лишил летавицу возможности двигаться. Чистая победа, от которой Алексей не получил ни капли удовольствия. Вадвиры затихли, молча ожидая, что будет дальше.
— Кто... кто научил тебя так драться?
— Этого человека уже нет в живых. Будь он здесь, то поучил бы тебя манерам. Запомни: не только ты здесь убивала. Я тоже убил столько, что уже давно перестал считать. Но у нас есть отличие: мне это ни капли не нравится. А ты, я вижу, нашла себе развлечение. Вот только когда-то ты можешь выйти на охоту и больше не вернуться. Зверь окажется крупнее, чем ты предполагала. И скорей всего этим зверем окажется человек. Я уже совершил такую ошибку. Многие мои друзья совершили эту ошибку и поплатились жизнью. Не соверши её хотя бы ты.