Триумф непослушания (СИ)

Последовало два выстрела в воздух.
— Через пять минут артиллерия даст последний залп. Так что лучше, чтобы в этот момент ты был как можно дальше от сюда.
Вильгельм оглянулся. Эрвин исчез. Не веря своей удачи, он так и понёс Алису дальше. Руки налились свинцом. На каждом шагу он спотыкался, но продолжал идти. Продолжал наивно верить, что есть ещё смысл сопротивляться костлявым объятиям смерти.
— Потерпи. Ещё немного и мы будем в безопасности, Лисёнок. Только держись. Вот увидишь. Утром ты будешь ходить на охоту, а я с Лёхой на вылазки. Анька намажет ссадины зелёнкой очередной малолетки. Рома приготовит кулинарный шедевр. А Саманта будет грустно ждать нашего возвращения. Вечером мы обязательно сыграем в покер, а потом начистим морду Лёхе за шулерство. Барон попросит помощи в ещё одной авантюре и мы без колебаний согласимся. Всё будет. Так ведь, Алис? Верно?
Рядом разорвался снаряд. Вильгельма высоко вверх подняла неведомая сила. Вилли не испугался, лишь слегка улыбнулся. Упав в воду холодной речушки, он на секунду, за всё это долгое время, почувствовал покой и умиротворение.
И больше ничего.
  
Эпилог
 
Гвин был в ярости из-за колоссальных потерь, понесённых при штурме. Битва за поместье показала всю беспомощность армии Хартии перед организованным сопротивлением. Войскам требовались перемены. И Гвин их устроил. 
В первую очередь он расстрелял всех офицеров из Генерального штаба и их гнилое окружение. Взамен он поднял по карьерной лестнице амбициозных и опытных командиров. Кто как ни они знали сильные и слабые стороны хартийской армии? Среди них был и Эрвин Кнут, будущий маршал. Ему было суждено подарить не одну победу для своей отчизны.
Открыв второе дыхание, Дивидеандская Хартия продолжила нести порядок и стабильность дальше, куда только падал взор её лидера.
***
Комментарий автора
О боги, вы дошли до этого момента. Неужели вам действительно было интересно то, что написал автор? Если да, поставьте ему лайк. Вы просто не представляете какую мотивацию даёт каждый положительный отзыв и отметка «нравится». Ниже будет минута сентиментальности и соплей, ничего интересного. 
Спасибо. Спасибо моим очаровательным бетам, которым приходится разгребать те горы орфографических и пунктуационных ошибок. Я в шоке, как они меня ещё не бросили. Спасибо бессонным ночам. Только в это время у меня получается придумать очередной сюжетный поворот. Спасибо пользователю САД за критику и предоставление обучающих материалов. Неизвестно закончил бы я, если бы не её советы. Спасибо тебе, читатель. Спасибо, что всегда со мной. Это моя первая большая работа. Несколько раз хотелось бросить, но силы продолжать я находил только благодаря всем вам. Спасибо, что вы есть. 
Работа над второй частью уже началась. Возможно, когда вы это читаете, она уже окончена и выпущена в мир интернета. Очень надеюсь, что вам будет интересно. 
Спасибо. 
  
Часть вторая. Пролог
 
Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя. 
Фридрих Ницше 
*** 
Холод. Он не был ровней январским морозам, однако с лёгкостью пробивал до дрожи в костях Козыря. Бывшего главу Генерального штаба было не узнать. Три дня и три ночи в тёмном подвале. Без сна. Без еды. Подвергавшегося бесконечным пыткам.
От Козыря требовалось лишь одно: раскаяться в своих грехах и просить прощения у господина. Выдержки допрашиваемого хватило на пол часа. Валяясь в собственной блювотине и моче он, скуля, просил пощады. Правда тому, кто вёл пытки, раскаяния показались не искренними. И истязания продолжались трое суток.
Козырь не знал личности своего палача. По большому счёту всем было мало чего известно о нём. Отто Крюгер, будущий глава «Отряда сто тридцать семь», больше известный по прозвищу «Приятная смерть». Гвин узнал о нём совершенно случайно, когда искал человека на должность формируемой тайной полиции.
 
Во время военных столкновений на Юге он проявил себя во всей красе.
Протыкание ногтей иголками, пытки раскаленным железом, засовывание инородных предметов в задний проход, шантаж близкими, психологическое давление… Послужной список Крюгера занимал несколько десятков листов. Такая личность идеально подходила альбиносу.
Козырь месил босыми ступнями вязкую грязь. Сквозь лохмотья краснели глубокие раны. На лице не осталось живого места, лишь синеющие синяки и ссадины. Солнце ласкового гладило лучами обезображенный затылок. Воробьи резвились в лужах, пытаясь отмыться от налипшей пыли.
Козырь поднял голову и единственным уцелевшим глазом увидел толпу перед кирпичной стеной. Его старые друзья, приятели, знакомые. Казалось, здесь собрались все, с кем Гвин сбежал из тюрьмы. Бывшие помощники представляли собой жалкое зрелище. Безликая масса, раздавленная, измождённая, униженная. Крюгер блестяще справился со своим первым заданием.
Козыря пинками затолкали в массу. На них молча смотрел ствол крупнокалиберного пулемета. Показался карлик с приговором. Козырь лично рекомендовал его Гвину, как человека, умеющего обращаться с буквой закона. Какая ирония.
Козырь не слушал приговор. В конце концов, всё это представление нелепый фарс для публики. С таким же успехом их могли до смерти забить в подвалах и не тратить патроны. Слишком много чести для них уготовил Гвин. Для бывших бандитов, которые не такие уж и бывшие.
Козырь всё ждал, когда появится сам Гвин. Неужели он откажет себе в удовольствии? Козырь ошибся. Гвин неспеша вышел на балкон, закурил и облокотился о перила. Он сверлил взглядом старых друзей и в его глазах промелькнула… грусть? Нет, Козырю показалось. Такой человек не мог позволить себе такую роскошь как сожаление.
Карлик закончил читать приговор. Стрелок проверил пулемёт и нажал на спусковой крючок. Через двадцать секунд всё было кончено. Тела принялись обливать бензином. Рядом терпеливо ждал своего часа огнемётчик. Гвин не стал дожидаться, когда гниль Хартии превратиться в пепел. Его ждал новый Генеральный штаб.
  
Прошлое
 
Линейная пехота наполеоновской армии смело шагала навстречу врагу. Барабанщик молча отбивал ритм. Штыки блестели на ярком солнце. Командир яростно отдавал приказы и солдаты незамедлительно их исполняли. 
Внезапно стала дрожать земля. Пехотинцы начали нервничать. Послышался леденящий кровь рык. Из тумана войны на солдат выбежало несколько тираннозавров. Они ворвались в стройные ряды, давя людей и раскидывая их длинными хвостами. Неведомым образом воскрешённые твари не оставляли ни единого шанса на спасение.
Вильгельму стало скучно. Он отложил пластмассовых динозавров в сторону и принялся заново расставлять фигурки солдатиков. Ребёнка совершенно не смущало, что на одной стороне сражаются индейцы племени майя, солдаты антигитлеровской коалиции, космические рейнджеры и много, много кто ещё. Какая разница, если ваш главнокомандующий большой плюшевый лис. 
В соседней комнате послышался звонкий звук битой посуды. Затем два нарастающих крика. Почему-то взрослые наивно думают, что если начать громче кричать, то их обязательно начнут слушать. 
В последнее время родители стали часто конфликтовать. Вилли пытался их помирить, но что может сделать ребёнок? Единственное, что могло его отвлечь — игрушки. Но в этот раз его лишили и такой роскоши. 
Два шумных гиганта ворвались в комнату Вильгельма. Он с трудом узнал в них отца и мать. Маленький Вилли от неожиданности застыл, держа в тонких пальцах солдатика. Родители всё продолжали дискутировать на повышенных тонах, а Вильгельм тщетно пытался понять, что они говорят. Внезапно «гиганты» что-то спросили у него. Он так и не вспомнит, что от него тогда хотели. Вильгельм лишь молча будет смотреть на них, не понимая, почему всё складывалось именно так. Не понимая, почему ребёнок должен расплачиваться за ошибки взрослых.