Триумф непослушания (СИ)

— Из-за моего не совсем трезвого состояния?
— Немного да, но это не главная причина. Сегодня вы же все сдаёте у меня экзамен, забыл уже?
— Забудешь тут, — фыркнул Лёша.
— Нужно подготовиться. Учтите, жалеть вас не буду, — она пригрозила пальцем и улыбнулась.
— Скажи мне, пожалуйста, Анька. Я ещё пойму зачем нам знать как правильно бинтовать или очистить горло. Но какокого лешего нам нужно зубрить, особенно мелким, определение инсульта? У кого он тут может случиться?
— Сейчас нам нужно быть ко всему готовым. Даже к инсульту, — Анна развернулась и направилась к выходу.
Не дойдя несколько шагов до двери, девушка согнулась по полам и упала, громко застонав. Звонко разбился бокал. Алексей подбежал к ней.
— Анька! Анька, ты чего?!
— Больно… — скривилась девушка.
— Где?! Где болит? — Лёша не знал, что делать.
— Что случилось? — спросил прибежавший Вильгельм.
— Ребята… — терпя боль сказала она, — перенесите меня… перенесите в мою комнату…
***
— Чёрт… почему же именно… именно сейчас? — по её щеке покатилась слеза. Саманта вводила ей обезболивающее.
— Анька! — в комнату вбежала взволнованная Алиса. — Говори, что с тобой. Как нам тебе помочь?
— Никак… — она отвела взгляд.
— Что? — не веря в услышанное спросил Вильгельм.
— Никак, ребята, вы мне… — она скорчилась от боли. — Мне не поможете. Болит в правом боку… ниже печени. Это аппендицит.
Последние слова прозвучали как приговор.
— Так, я не поняла! — Алиса взяла её за руку. — Ты вот так просто решила подохнуть? Даже нас не спросив?
— А что вы… можете сделать?
— Ну ты же знаешь, как это лечить.
— Да какая разница… знаю я или не… знаю. У нас нет… даже базовых хирургических инструментов. И где… их сейчас взять? В больницах… найти даже пластырь уже большая… удача, — Аня заплакала.
— Если ты думаешь, что мы просто будем смотреть, как ты умираешь — то ты глубоко ошибаешься, — сказал Алексей, глядя в окно.
— Но у вас же совершенно… нет опыта в операциях. А у меня знания… только теоретические.
— Вот и поделишься этими знаниями с девочками. Вилли, собирайся, заглянем в родной городок.
Вильгельм выбежал из комнаты.
— Сколько у нас времени, Анька? — спросил Лёша, не отрываясь от окна.
— Не знаю… Может неделя… а может и пару дней… Потом лопнит аппендикс… пойдёт заражение крови… и моя борьба окончена.
— Значит, постараемся вернуться, как можно быстрее. Саманта, Алиса, приглядывайте за ней. Мы скоро.
Лёха, не глядя на них, вышел. Затем убедился, что его никто не видит, достал платок и вытер свои мокрые от слёз глаза.
***
Вильгельм и Алексей катили своих верных двухколёсных коней к зелёным воротам. Внезапно послышались нарастающие шаги. За ними бежала большая группа детей во главе Юры и Саманты.
— Ребята! — кричал Юрий. — Подождите, мы с вами!
— О, Господи… — простонал Лёша.
— Мне их припугнуть? — предложил Вилли, дёргая затвор.
— Не стоит, — Алексей придержал ствол автомата. — Разберемся.
Их окружили полукругом. Всего набралось девять добровольцев.
— Ну и чья это инициатива? — спросил, хмурясь Лёха.
— Моя, — Саманта сделала ему шаг на встречу и посмотрела прямо в глаза. — Я… Мы не можем сидеть и спокойно ждать пока вы подвергаете себя смертельной опасности ради нашего друга.
— Сколько вы знаете Аню? — спросил Алексей, поправляя свою панамку. — Месяц? Два?
Все молчали.
— Я и Вилли дружим с ней тринадцать лет. Некоторым из вас ещё столько не исполнилось. Если мы помрём, во что я не верю, то сделаем это ради человека, который для нас как родной. В отличии от вас. Я не могу и не имею права подвергать вас опасности ради нашей эгоистичной цели. А теперь развернулись и разошлись по своим постам. Во время нашего отсутствия старшая Алиса. Если, не дай бог, узнаю, что вы покидали территорию базы, то вы с огорода не будете вылазить до первого снега. Я понятно выразился?!
Все быстро убегали в сторону дома. Кроме Саманты. Она осталась неподвижной, всё также глядя из-под лоба.
— Что ещё? — рявкнул он.
— Если не хочешь брать меня, то возьми хотя бы мой талисман, — она протянула свой железный футляр.
 
— Спасибо, — немного сконфуженно ответил Лёша. Открыв коробочку, он увидел вырезанную фотографию из паспорта девочки.
— Я буду молиться за ваш успех, — она слегка смягчилась.
— Лучше следи за Анькой. А с нами всё будет нормально. Ладно, — он потрепал её по голове, — беги.
Саманта ещё секунду глядела на Лёшу, развернулась и пошла прочь. Отдалившись, она махнула им рукой.
— И даже в щёчку не поцеловал? — хихикнул Вильгельм, поднимая руку в ответ.
— Успеется, Вилли… успеется, — он положил футляр во внутренний карман.
***
В лесу бушевала битва. Кровопролитное сражение точилось между Formica rufa и Camponotus herculeanus или же просто между рыжими муравьями и их собратьями — древоточцами.
Рыжие заметно уступали в размере своим противникам, и тем не менее защищали свой муравейник до последнего вздоха. Они намерено ослабили в своей обороне центр и древоточцы клюнули на эту уловку. Прорвавшись, краснобрюхие муравьи оказались атакованы с флангов и их передовые силы отрезали от остальных сил, после чего перебили всех до единого.
К сожалению для рыжих, эта небольшая победа не изменила ситуацию. Падение их дома лишь вопрос времени и королева это понимала. Как только завязалось сражение, все яйца эвакуировали в соседние ульи на опеку других муравьёв и их маток.
Убедившись, что последнего детёныша доставили в безопасное место, королева, с чувством выполненного долга, повела своих солдат в последнюю отчаянную атаку. Убив не один десяток врагов, отважную воительницу начали обрызгивать муравьиной кислотой. Умирая в жутких муках, она успела забрать с собой ещё нескольких до того, как окончательно испустить дух.
Вильгельм сидел на поваленном дереве и увлечённо наблюдал за разыгравшейся драмой. Последние очаги сопротивления подавлялись и древоточцы начали решительный штурм последней линии обороны в недрах муравейника.
На поле битвы остались лишь истерзанные трупы, оторванные конечности, головы и кислый запах.
— Бедняги, — прокомментировал Вилли.
— Ты о чём? — спросил Лёша, открывая ножом консервную банку.
— Та об этих организованных насекомых. Все погибли. Каждый геройской смертью. Вот только никто, кроме нас, не узнает об этом.
— Я думаю, что для них нет высшей чести, как умереть бок о бок со своей королевой. И если ты проникся к ним жалостью, то почему не помог отбиться? — ехидно спросил Алексей.
— А смысл? Не хочу вмешиваться в природный процесс. Одержали бы победу над этими, пришли бы ещё крупнее и злее. Так уж заведено в этом мире. Уже хватило, что кто-то вмешался в нашу жизнь, уничтожив за секунду несколько миллиардов человек.
— Сидит на бескрайнем поваленном дереве существо и решило ради потехи понаблюдать за нашими потугами выжить? А что, — Лёха усмехнулся, — всё может быть.
— Не на дереве, а на комете, — Вильгельм разглядывал сквозь кроны небесное светило.
— Думаю, люди когда-то объяснят случившуюся хрень, только вряд ли мы до этого доживём. Вот нам и приходится, как первобытным, искать ответы в богах, капризах Вселенной и в свечении кометы. Ещё же поклоняться ей начнут, — Лёша сплюнул. — Короче, философ, садись жрать. Сегодня ложимся рано, нужно набраться сил. Завтра очень сложный день, — он протянул Вильгельму мясную консерву.
Оба сели на спальные мешки и отдали должное своей скромной трапезе.
  
Возращение
 
Вильгельм почувствовал щекотку в области носа, сопровождаемую звонким юношеским смехом. Открыв один глаз, он увидел, как Алексей нагло трогает его нос павлиньим пером.
— Вставайте, граф! — сказал он, зевая. — Нас ждут великие дела!
Небо начинало перекрашиваться в тёмно-синий цвет, а первые лучи ещё не вставшего солнца разгоняли дымку утреннего тумана.