Триумф непослушания (СИ)

Алиса ходила на охоту в сторону болот со своим верным арбалетом. Вернулась не с пустыми руками. На ужин Рома подал жареную утку. После консерв и крупы мясо казалось настоящим деликатесом. 
Девятое апреля 
Снимали повязки с лица Саманты. Аня наконец-то разрешила ей ходить самостоятельно и она долго сидела на кухне, рассматривая свой облик в зеркале. Под глазом остался глубокий шрам. Жалко, у неё такое милое личико. 
Смартфон Вилли окончательно сел. Он любил вечером слушать на нём музыку. Нужно решать проблему со светом. Ужинать при свечах, конечно, романтично, но без электричества ни помыться, ни поработать в мастерской нормально нельзя. 
Одинадцатое апреля 
Засекли двух незваных гостей в Алисином огороде. Попытались ретироваться, но выстрел в воздух их остановил. 
Мы поняли, что это двое детей. Обоим не больше десяти. Оба носили одежду явно не по размеру. Выяснилось, что здесь работала их мама в качестве горничной и они хотели отыскать её. Маму они уже не найдут, но новый дом я им гарантирую. Поселили их в жильё для прислуги. Теперь у Алисы два новых легальных крепостных для её наполеоновских планов по территории участка. 
Саманта стала постоянным посетителем моей мастерской. Сегодня помогала чинить пробитое колесо. Умная девочка. Всё схватывает на лету и понимает с полуслова. Может когда-нибудь наступит день и она улыбнётся? 
Уговорил Вилли поехать со мной на электростанцию. Завтра выдвигаемся».
***
Дождевые капли на огромной скорости врезались в бронированое стекло, после чего смахивались дворниками. Сильный ветер нагинал бедную осину. Ещё немного и бедное дерево поломает пополам.
— Распогодилось, — прокомментировал Вильгельм, сидя на пассажирском сиденье и наблюдая сквозь закрытое окно, за огромной черной тучей. Слышались раскаты грома. Машину трясло по грунтовке. Эффект от тряски усиливался тем, что Алексею приходилось маневрировать между лужами, а иногда и вовсе съезжать с дороги, иначе машина рисковала застрять. — Может стоило перенести нашу поездку назавтра? А то дождь только сильнее становится.
— Где гарантии, что завтра он кончится? — Лёша в очередной раз резко повернул руль. Словно в подтверждение его слов ударила молния.
— А где гарантии, что в нас не шарахнет сверху? — Вильгельма явно беспокоила разбушевавшейся стихия.
— Не ной. Если карта не обманывает, ещё пару километров и мы увидим солнечные батареи. Там и переждём.
— А если придется ночевать?
— Не сахарный. Переночуем. И ребята уже не маленькие — без нас справятся. Всё! Не отвлекай меня. Ещё не хватало перевернутся.
Депрессивный вид из окна навевал тоску. Вильгельм пожалел, что не взял с собой книгу. Не смотря на тряску, можно было попробовать почитать, а так оставалось разглядывать стекающие по стеклу прозрачные капли.
Спустя час сквозь толщу воды они увидели то, за чем приехали: огромные панели цвета чистого неба занимали площадь соизмеримой гектару. Они создавались для одной цели: поглощать энергию солнца и отдавать её на блага людей. Но пока поглощать получалось только воду.
— Смотри! — Вильгельм указал левее синих прямоугольников.
Лёша посмотрел туда, куда показал Вилли, и увидел серое кирпичное здание в два этажа. Судя по всему от туда управляли панелями. Сюрреалистичность заключалось в том, что в окнах горел свет. Кто бы мог подумать, что современного человека можно этим удивить? Дом огородили каменным забором с колючей проволокой. По периметру расставили вышки. На территории заметили несколько тэнтовых палаток.
— Похоже кто-то нас опередил, — вскоре сказал Лёха. — Ну ничего, на этот случай у меня есть план «Б», — он кивнул в сторону тёмной сумки, лежавшей позади него.
Через десять минут, рассекая колёсами грязь и воду, они подъехали к чёрным воротам ведущих на территорию управления электростанцией. Каменная плитка, ведущая ко входу, полностью пропиталась влагой. Слева от ворот стояла будка охраны. По её белому шиферу стекали потоки воды. В окне будки на миг показалось движение.
 
— А нас не убьют? — спросил Вильгельм снимая пистолет с предохранителя.
— Есть только один способ узнать, — ответил Лёша, натягивая зелёный капюшон и доставая сумку.
Песочные берцы месили вязкую грязь и явно были ошарашенны таким климатом, но всё же держались стойко. Прикрывая рукой глаза от летящих прямо в лицо капель Вильгельм следовал за Алексеем. Волосы и одежда стали вмиг влажными.
Внезапно окно будки отворилось и из-за него высынулся дёргающийся ствол винтовки Мосина. Держал её семнадцатилетний парень. Не смотря на возраст, у него уже выросли усы. Вилли рефлекторно достал пистолет и направил в сторону охраной будки. Лёша положил сумку и поднял руки вверх.
— Вы кто такие?! — послышалось с окна. — Свалили нахер отсюда!
— Спокойно, — холоднокровно обратился Алексей. — Мы просто хотим поговорить с вашим главарём.
— С какого это перепугу?! — удивился усач. — Повторяю для особо глухих: свалили нахрен отсюда, иначе пристрелю.
— Вилли, убери ствол, — шикнул на него Лёша.
— Ещё чего, — упёрся Вильгельм.
— Убери грёбаный пистолет, иначе будешь таскать воду из реки сам!
— Ладно, — он нехотя спрятал Кольт обратно в карман плаща.
— Теперь подними руки, — смягчился Алексей.
Вильгельм подчинился.
— Дружище, — Лёша обратился к несговорчивому охраннику, — у нас только мирные мотивы. Давай так: я тебе сейчас сделаю подарок. Если он тебе понравится, ты нас пропустишь. В противном случае мы исчезним. Идёт?
— Ну валяй, — усач нехотя опустил ствол винтовки.
Лёха, держа влажные руки на виду, опустился к тёмной сумке и достал оттуда белую пачку сигарет, которая стремительно начала намокать. Парень нервно сглотнул.
— Подойди… — он не сразу смог собраться с мыслями. — Подойди сюда.
Лёша, шурша содержимым пачки, подошёл к окну и протянул презент. Усач дрожащими руками взял его, вынул одну сигарету. Чиркнула спичка, и её небольшой огонёк озарил помещение. Закурив сигарету, парень зажмурился от удовольствия. Из его рта вырывались кольца дыма.
— Три дня, — прошептал он, не скрывая экстаза.
— Прости? — не понял его Алексей.
— Три дня не приносили нормального курева. Я уже испугался, что завяжу. Спасибо тебе, парень, — он сделал ещё одну затяжку. — Ладно, — махнул усач, — чёрт с вами. Проходите.
Он скрылся в глубине комнаты. Раздался глухой скрип и ворота начали медленно открываться.
— Подождите! — усач окликнул их. В его руке появилась маленькая чёрная коробочка с антенной — рация. — Барон, приём! Тут тебя два гаврика хотят видеть. Уж очень они настойчивы, не смог отказать. Да? Понял, — он повернулся к ним. — Повезло вам. У Барона сегодня хорошее настроение, несмотря на погоду. Вам в главное здание, потом вверх и налево.
— Я же говорил, Вилли, — ухмыльнулся Лёша, поднимая увесистую сумку. — Я же говорил, что сигареты помогут открыть нам любые двери.
Внутри здания было тепло и сухо. На потолку горели светодиодные лампы. В нос ударил запах табака и спиртного. Стены обклеены обоями. На них нарисовали красные цветы. Возле лестничной площадки несколько подростков играли в карты. Вместо стола они сидели за зелёным ящиком для боеприпасов. Все провели Вильгельма и Алексея любопытными взглядами и вернулись к своим делам.
Поднявшись по каменным ступенькам, они повернули налево и пройдя по вымытому линолеуму упёрлись в единственную железную дверь. Проявив этикет и постучавшись, Вилли и Лёха вошли.
За деревянным столом, покрашенным в белый цвет, расположилась голубоглазая блондинка с длинной косой, достававшей до пола. Её глаза, как два маленьких озера, изучали новоприбывших. Вильгельм посмотрел в них и понял… что не понял ничего. Её взгляд, как и всё лицо, с красивыми славянскими чертами, оставалось непроницаемым. На столе лежали папки со всеми цветами радуги, бумажная карта, несколько стеклянных стаканов. На дне оставались остатки непонятного напитка. В прозрачной пепельнице томилися не один десяток окурков. Настольная лампа являлась единственным источником света в комнате. В углу лежал АК-74 и несколько магазинов к нему. Рядом с ним небольшая железная коробка, с мигающими лампами, издающая звуки радиоволн. К ней прилагались наушники и микрофон. Под столом Вилли заметил гитару. В руках блондинка держала штык нож, вырезая фигурку.