Сыграем в любовь (СИ)

Первый день Макс отсыпался. Хмурый бородатый мужик сунул ему в руки видавший виды матрас, колючую подушку, видимо. набитую соломой, шерстяное, побитое молью, одеяло и велел следовать за ним. Внутри каменного барака никого не было. Макс огляделся и, найдя свободное место на полу, бросил свой нехитрый скарб.
— Сегодня спать, завтра работать, — кратко проинструктировал бородач и вышел.
Макса не надо было уговаривать. Он уже усвоил, что надо пользоваться моментом. Устроившись на неудобном ложе, он моментально уснул. Разбудило его тихое постукивание по плечу и нежный, вкрадчивый голос.
— Эй, просыпайся. Есть надо.
Впервые за последние несколько дней Макс смог вытянуться в полный рост и заснуть не под действием препаратов, а просто от усталости. Это было так приятно, что никак не хотелось возвращаться в реальность. Но голосок был настойчив.
— Если не будешь есть, умрёшь. Просыпайся.
Макс с трудом разлепил веки. Первое, что он увидел — пара испуганных чёрных глаз под надвинутым на лоб платком. Макс приподнялся на локтях. Он по-прежнему был один в бараке, а рядом с его матрасом на коленях стояла худенькая девочка-подросток. Во всяком случае, так ему показалось.
— Ты кто? — спросил Макс и попытался улыбнуться.
Вместо ответа девочка протянула ему миску. Макс уселся поудобнее. Пресная водянистая каша показалась ему очень вкусной. А слабый чай с какими-то травками приятно согрел измученное долгой дорогой тело.
— Спасибо, — искренне поблагодарил он девочку, которая внимательно наблюдала за тем, как он ест. — Так как тебя зовут?
— Мне нельзя говорить с рабочими, — нахмурив чёрные бровки, ответила она, забрала посуду, собралась было уйти, но вдруг остановилась.
— Ты Гром? Да? — несмело спросила она, озираясь по сторонам. Словно боялась, что кто-то заметит, что она ослушалась.
— Да, — признался Макс.
— У тебя классные песни, — быстро проговорила девочка и выскочила за дверь. Но почти сразу внутрь просунулась её головка. Чёрные глазки сверкнули озорством.
— Разият, — бросила она и снова исчезла.
Похоже, у него здесь появилась поклонница. Макс невесело усмехнулся. Значит, хозяева знают, кто он. Смелые люди. Похитить публичного человека в надежде, что его никто не будет искать. Даже интересно.
Почти сразу пришёл то самый мужик, который давал ему постельные принадлежности.
— Выходи, — буркнул он.
Макс повиновался. На улице его ждал неказистый деревянный табурет и таз с мыльной водой. Не слишком заботясь о комфорте пленника, мужик, не произнося ни слова, соскрёб ему волосы. Последнее, о чём жалел Макс, так это о шевелюре. Он только морщился, когда тупая опасная бритва больно царапала голову. Закончив, бородач ткнул его в спину.
— Иди.
Процедура заняла не слишком много времени, скудный обед всё ещё приятно обволакивал желудок, и Макс снова заснул. Организм хотел восстановиться и требовал отдыха. На этот раз был прерван мужскими голосами.
— О, гляди ж ты… Новенький…
Макс открыл глаза и сел. На матрас неподалёку опустился худой человек. Лицо его покрывала коричневая пыль. Он протянул Максу грубую грязную ладонь.
— Степан, будем знакомы.
Макс не побрезговал. Пожал мозолистую, испещрённую шрамами руку.
— Макс.
— Как тебя угораздило попасть в нашу весёлую компанию, Макс?
Другие мужчины расселись вокруг них, приготовившись слушать. Редкое развлечение средь череды серых будней. Макс пожал плечами.
— Если бы я знал. Укол со снотворным, долгая дорога… и я здесь…
— Ты кем был в прошлой жизни-то?
— Артист… — нехотя признался Макс. Вряд ли среди этих суровых мужчин котируется его несерьезная профессия. — Музыкант, точнее.
Степан усмехнулся.
— С твоими музыкальными ручонками здесь делать нечего. О музыке можешь забыть. Если сам пальцы не переломаешь, тебе помогут.
В подтверждение он вытянул вперёд руку. Макс увидел опухшие суставы, неразгибающиеся пальцы, а на мизинце и вовсе отсутствовала фаланга. Нет, нет, нет. Только не это! Макса охватила настоящая паника. Без музыки он никто. Кто-то сзади похлопал его по плечу.
 
— Стёп, ты чё парня пугаешь? — дружелюбно пробасил низкий голос.
Макс обернулся. Пред ним предстал настоящий великан. Худой, но очень жилистый. Видно, что в этом человеке скрывалась недюжинная сила.
— Олег, — представился гигант. — Ты не паникуй раньше времени. Может, всё и обойдётся. С ними, — Олег красноречиво кивнул на дверь, — лучше не спорить. Работай, выполняй, что требуют, и будет всё в поряде. Для Аслана мы что пыль, но специально губить нас ему тоже не резон. Новых рабов тоже поди привези, а заказы не ждут. Кирпич всякому нужен.
— Чё делать-то надо? — наивно поинтересовался Макс, вызвав дружный хохот собратьев по несчастью.
— Ты и этого не знаешь?! Кирпичный завод тут. Ты в Дагестане, парень.
Макс что-то отдалённо слышал, как некоторые пропавшие без вести люди находились на кирпичных заводах в Дагестане, но даже в страшном сне не мог представить, что его это когда-нибудь коснётся. Макс готовил ужин, фоном бубнил телевизор, кто-то рассказывал очередную страшилку из жизни… Разве кто-то придал бы этой информации хоть какое-то значение? Макс нахмурился, пытаясь вспомнить, что говорил тот герой из передачи. Нет. Слишком давно всё это было.
Заскрипела дверь. Парень в трениках и тёмной футболке вкатил на тачке здоровенную кастрюлю. Следом со стопкой алюминиевых мисок вошла Разият.
— Привет, Разият, — с нарочитой весёлостью крикнул ей Степан. — Что сегодня на ужин?
Разият покраснела, а парень сунул под нос Степана кулак.
— Ещё раз услышу, что говоришь с моей сестрой, мало не покажется. Понял?
— Да понял, понял я, — миролюбиво отстранился от кулака Степан. — Я ж по-доброму, чего ты?
Разият принялась ловко орудовать большой ложкой, накладывая в тарелки странное варево из картошки, моркови и каких-то мясных обрезков. Макс ещё не слишком проголодался и перемешивал содержимое тарелки с плохо скрываемым отвращением. Зато остальные работяги уплетали еду за обе щеки.
— Ты чего не ешь? — окликнул его шепелявый парень без двух передних зубов. — Жри давай. Больше не дадут ничего.
— Спасибо, Разият! — крикнул неугомонный Степан. — Королевский ужин сегодня.
Прислушившись к другим, Макс заставил себя поесть. Несмотря на неприглядный внешний вид, еда оказалась не так плоха. Малышка, действительно, постаралась.
— Очень вкусно, — поблагодарил девочку Макс, когда та собирала тарелки.
Разият бросила на него быстрый затравленный взгляд, и рядом с Максом тут же возник её брат. Макс почувствовал, как под его рёбра упирается твёрдый мыс тяжёлого ботинка.
— Прощаю, потому что новенький, — произнёс парень. — В следующий раз ребра не досчитаешься.
Макс молча кивнул.
— Ты Омара лучше не зли, — пояснил Степан, когда они остались одни. — Он молодой ещё, сдерживаться не умеет. Разият девчонка хорошая, добрая. Она у них в рабынях почище, чем мы.
— В смысле? — не понял Макс. — Она ж его сестра.
— Мать у неё померла. Растила бабка. А как бабки не стало, отец да братья всё хозяйство на неё повесили. Уборка, стирка, готовка, скотина — всё на ней. У них же баба — никто, пустое место. Замуж выдать, да и гора с плеч.
— Она ж малышка совсем. Ей учиться надо.
— Не такая уж и малышка. Восемнадцать ей. По их меркам старая дева.
— Дичь какая-то, — покачал головой Макс.
— Чужой народ, чужие обычаи.
А потом потекли дни… Одинаковые, как близнецы. Полные боли, тяжелого труда, унижений, постоянного голода и усталости. Макс не переставал удивляться, как его собратья ухитряются шутить, разговаривать и даже петь. Лично он отключался сразу после ужина, едва его голова касалась подушки. Макс успевал только подумать об Арине и в который раз пообещать себе, что вернется назад.
Он ближе узнал своих товарищей по несчастью. Степан — бродяга со стажем. Для него предложение поехать поработать казалось хоть каким-то выходом. Олег освободился из колонии. А дома его никто не ждал: жена уехала вместе с детьми к другому мужчине. Очередное случайное знакомство, совместная выпивка — и он здесь. Шепелявый детдомовец Пашка был готов открыть душу первому встречному. Стать взрослым и свободным — это ведь так классно. А Стас ехал домой после дембеля. Далеко ехал. Все сослуживцы сошли кто где. А он пересел в Москве на другой поезд, а там добрые соседи по купе угостили дорогим вискарём. Ну как тут откажешься? Макс слушал невесёлые истории и диву давался. Неужели такое возможно в современном мире? Впрочем, он рядом с этими людьми. Он, Макс Гром, которого знают в лицо миллионы, которого, наверняка, уже ищут. Что говорить об этих несчастных, которые по факту никому не нужны?