Сыграем в любовь (СИ)
Покрепче затянув махровый халатик, Арина вернулась в дом. Внутри всё пело. И после прохладного душа, и после встречи с Марком. Напевая что-то хитовое из последних перлов эстрады, она переоделась в чистый спортивный костюм, взбила мокрые волосы и отправилась на кухню разбирать грибы. Там она застала отца, который уже колдовал над её корзинкой. Арина замерла в дверях, молча наблюдая за ним. Как же она любила своего папу!
Арина почти не помнила, как они бежали из посёлка, где жили все вместе. Пожар и подавно стёрся из её памяти: они с Кристиной сразу вырубились от дыма. По своей близняшке Арина скучала до сих пор, постоянно пытаясь ощутить её присутствие рядом с собой, как привет из потустороннего мира. К сожалению, она чувствовала только одиночество. В конце концов, смирившись с тем, что в шоу про экстрасенсов всё врут, она просто с нежностью вспоминала мгновения их детства, проведённого вместе. А как умерла мама, Арина и вовсе не знала. Никто не знал. Суровый мужчина, который был им за обоих родителей, свято хранил эту тайну.
Филипп воспитывал детей, как умел, как ему казалось правильным. Умудрённый горьким опытом, он особенно волновался за Арину. Девушка выросла настоящей красавицей, так похожей на свою мать. Белокурые волосы мягкими волнами спадали ниже лопаток, ясные голубые глаза сияли на фарфоровой коже нежного лица, чуть припухлые губы не знали печали, с радостью встречая окружающий мир. Арина казалась такой беззащитной, такой наивной. И, хотя Филипп не сомневался в её добродетели, он ужасно боялся, что какой-нибудь прощелыга воспользуется её неискушённостью и причинит ей боль.
Увидев в дверях дочку, Филипп улыбнулся было, но тут же принял серьёзный вид, пряча улыбку в рано поседевшей бороде.
— Опята, гляжу, пошли? — пробурчал он, изо всех сил изображая недовольство.
Арина вошла на кухню, взяла маленький ножик и примостилась напротив отца. Высыпав горсть мелких грибочков на газету, она принялась ловко очищать их от листьев и остатков мха и складывать в большую кастрюлю, полную воды.
— Как видишь. Думаю, надо ещё будет сходить, пока не переросли.
— Угу. Сходила одна такая. Чужой мужик домой привёз. Стыд и срам.
Арина ощутила, что предательский румянец всё-таки заливает её щёки.
— Конечно стыд. Заблудиться в нашем лесу, — делая вид, что не понимает, о чём толкует отец, со вздохом ответила девушка.
— Я о другом. — Филипп пристально взглянул на дочь из-под густых бровей. — И ты это знаешь…
Арина с досадой подняла глаза к потолку и постаралась перевести всё в шутку.
— Пап, ты бы меня в монастырь что ль упёк тогда… Или в башне запер… Как я училась одна в городе? Не знаешь?
— Одно дело в городе, другое в лесу. Здесь ты лёгкая добыча для приезжих молодцов. Простушка-селянка.
Арина поморщилась. Да за кого он вообще её принимает?
— Папуль, что за средневековье? Я же не совсем идиотка, правда? Ты, действительно, думаешь, что мне любой мажор может лапши на уши навешать, и я побегу к нему в постель? Разве ты меня так воспитывал?
— Не возмущайся, а прими к сведению, — строго наказал Филипп, — И будь осторожна.
— А я и так осторожна. Ещё как. — Она встала, подошла к отцу и обняла его сзади, прижавшись нежной щекой к его колючей бороде, пахнущей деревом и машинным маслом. — Ну не виновата я, что заплутала. Сама не знаю, как так вышло. Если хочешь, больше в лес одна не пойду.
Филипп погладил её ладони.
— Хочу.
— Договорились.
Арина вернулась на своё место и продолжила работать.
— Кто этот парень? — чуть помолчав, спросил Филипп.
Неужели этот допрос ещё не окончен? Ну уж нет! Она будет безразличной и невозмутимой. Арина пожала плечами.
— Просто парень. Марк. Сын того богатея, который дворец выстроил. Приехал с друзьями потусить на несколько дней.
Если бы Арина могла слышать, как заныло сердце Филиппа. А тому казалось, что он возвращается в прошлое. Богатей, который выстроил дворец. Прямо как Герман Думинский. И чем всё это закончилось?
— Не вздумай даже близко к нему подходить. Не ровня он тебе.
Арина послушно кивнула. Подумаешь! Не ровня. Будто он граф какой, а она крепостная крестьянка. Хотя, наверное, отец прав. Вряд ли Марк вспомнит о ней уже сегодня вечером.
Глава 2
Арина почти угадала. По дороге обратно к озеру Марк ещё вспоминал о юной дикарке из леса. Белое золото её волос было скрыто косынкой, зато глаза-незабудки не оставили его равнодушным. А как она ловко парировала двусмысленные выпады Дэна! Интересная девчонка. Надо же, живёт с семьёй в этой глуши. Удивительно! Он бы так не смог. Скукота, наверное, смертная.
Вернувшись к друзьям, он увидел, что подъехали их подруги. Лиза тут же повисла у него на шее.
— А мальчишки мне рассказали, что ты какую-то русалку домой повёз, — кокетливо проворковала она, потираясь о его плечо. — Она красивая?
— Офигенная! — с жаром воскликнул Дэн, подбрасывая дров в костёр. — Я бы на твоём месте заволновался.
— А чего ей волноваться? — откликнулся Дим. — Девчонка всё равно ему не даст, разве ты не убедился?
— О да… Русалка била хвостом ещё как.
— Короче, Лизон, с тобой всё понятнее, — засмеялся Марк и, запрокинув голову девушки, прильнул к её губам в глубоком поцелуе.
Другие девушки захихикали.
— Эй, эй, давайте не тут хоть! — заверещали они. — Чур сначала еда!
Шашлык удался на славу. Да и выпито было немало. Шансы нарваться на гаишников в лесу были равны нулю. Марку было явно не до того, чтобы думать о девчонке из леса. Играла музыка, все танцевали, потом бросились купаться голышом, совершенно не стесняясь друг друга. Марк с упоением овладевал Лизой в мягком иле под прикрытием камышей, не обращая внимания на кваканье лягушек и жужжание комаров. Одурманенная алкоголем Лиза лишь мерно постанывала, распластав по мутной поверхности воды длинные пряди волос. Перед её стеклянным взглядом качались звёзды, и она явно мало соображала, что с ней происходит. Марку же виделись яркие голубые глаза, розовые, будто припухшие, губы, и гибкое тело, дорисованное смелой фантазией. А ведь даже не вспоминал об этой девчонке, пока не повалил Лизку в это болото.
— Эй, вы скоро там?!
Это Дэн управился со своей Дашкой в машине. Марк не ответил. Идиот. Будто не знает, что по пьяни быстро не получится. Кто-то завёл мотор. За стеблями камыша сверкнули фары.
— Мы поедем! Приезжайте тогда! — крикнул Дим.
Когда звук мотора стих вдали, Марк утроил свои усилия. Лиза бесстыдно кричала, заглушая и лягушек, и цикад, и шлёпанье воды под Марковыми бёдрами. Наконец, она выгнулась дугой, вздрогнула и затихла. «Вот ведь, дрянь», — подумал Марк и приказал.
— Только не засыпай. Слышишь меня? Не смей спать. Арина-а-а-а…
Заветное имя слилось с протяжным стоном. Он подхватил ягодицы Лизы, чтобы плотнее погрузиться в её тёплую глубину и в последний раз подумать, что это маленькая лесная голубоглазая фея подарила ему себя…
Марк ночевал вместе с друзьями в домике для гостей. С трудом разлепив веки, он приподнял голову, чтобы взглянуть на часы, и поморщился: череп изнутри что-то распирало, невыносимой болью впиваясь в лоб и виски. Марк тихо застонал и покосился на лежащую рядом Лизу. Ни малейших эмоций. «Перепив и перетрах», — поставил он себе диагноз. Марк немного посидел на кровати, надеясь, что гудящая голова хоть немного придёт в себя. Убедившись в напрасности своих ожиданий, он натянул трусы и спустился на маленькую кухню, где прямо из чайника влил в себя изрядную порцию воды. «Нужна таблетка хоть какая-то, иначе я сдохну». За таблеткой нужно было идти в большой дом. Марк вышел на крыльцо, с неожиданным наслаждением прошёлся босиком по стриженой мягкой лужайке, открыл кран для полива и подставил голову под ледяную струю.
Выпрямившись, он отряхнулся, точно мокрый пёс, и только тут заметил, что за ним наблюдает отец.
— Хорошо вчера повеселились, я смотрю? — с беззлобной иронией спросил он.