Сыграем в любовь (СИ)

— Давай быстрее, улитка, — поторапливала она возлюбленного, — Крути педали, слабак.
Марк ухмылялся про себя, не отвечая на ехидные подколы девчонки. Жанна перед ним взвизгнула, подпрыгнув на кочке, и почти сразу же на это препятствия угодили и колёса его железного коня. Он обернулся предупредить Арину, и прямо на его глазах её велосипед буквально развалился пополам. Арина, не успев понять, что произошло, полетела вперёд и упала на бок на обочину. Её резкий крик отозвался в ушах всех троих. Иван и Жанна тут же остановились и бросились к сестре. Марк уже сидел возле неё на коленях. Арина плакала от боли, даже не пытаясь терпеть.
— Моя рука! А-а-а!!! Как больно!!!!
— Ариш, сейчас, потерпи немного, — засуетился Иван. — Ребят, быстро, нужно сделать шину. Найдите две палки. А лучше дощечки.
Пока Марк и Жанна выполняли указание, Ваня достал бечёвку и ножом разрезал её на куски.
— Не шевелись, пока не зафиксируем руку, — велел он сестре, — иначе хуже сделаешь. И больнее будет.
Арина послушно замерла, закусив губу. Без движения, и правда, было чуть легче. Она только поскуливала, как маленький щенок.
— Это перелом? Да? Вань? — всхлипывая, спросила она.
Ваня налил на салфетку воды и промокнул ссадину на лице.
— Не переживай, срастётся, будешь, как новенькая.
Вернулись Марк и Жанна. Им удалось найти поломанный ящик, который молодые люди мигом разобрали на досочки, и Иван умело закрепил руку Арины. Обратно пошли пешком. Пока Марк возил Арину в травмпункт в город, Иван притащил домой остатки Арининого велосипеда.
Марк застал Ваню в задумчивости. Арина, бережно прижимая к себе загипсованную руку, пошла в дом жаловаться на свою горькую участь Жанне, а парни, хмурясь, разглядывали повреждённую «вилку» велосипеда. Её словно срезали напильником.
— Видишь? — показывал Марку Иван, — До половины абсолютно ровный срез, и только потом сгиб.
— Может, она уже сто лет как треснула, просто не замечали? А на кочке подскочила и окончательно переломилась.
Иван пожал плечами.
— Не знаю, может быть, конечно… Как Аришка?
— Больше испугалась. Обычный перелом. Всё заживёт без последствий. Посоветовали полежать пару дней. А то она так упала. Могло быть и сотрясение.
— Я сам испугался до жути. — признался Иван.
— А я, думаешь, нет?
Молодые люди пожали друг другу руки.
— Ладно, в другой раз за раками съездим, — пообещал Иван. — Сейчас Ариша очухается, на рыбалку вас отвезу.
Он пошёл в дом, а Марк остался во дворе. Он ещё раз перевернул поломанный велосипед, провёл пальцем по месту, где, как ножом, срезали полую трубку. Марк собрался было уходить, но заметил, как на земле что-то блеснуло. Он наклонился и поднял серебряный кулон на порванной цепочке. Губы его сжались в тонкую нитку. Он прекрасно знал, кому принадлежало украшение. Более того: он сам его подарил…
  
Глава 6
 
Арина не знала, что и думать. Они с Марком не были знакомы и месяца, а он уже сделал ей предложение. Более того: официально пришёл к отцу просить её руки. Разве так бывает? Избалованный мажор, сын богатого папочки, и так скоро решил жениться на деревенской простушке. Правда, по факту оказалось, что не такая уж она и простушка. Только ведь сути это не меняет: она выросла в диких валдайских лесах, и до светской львицы ей далеко, как до Луны.
Филипп был шокирован ничуть не меньше. Увидев после приезда дочь с загипсованной рукой, он пришёл в ужас. Но его дети так легкомысленно рассказывали о неудавшейся поездке за раками и досадном падении Арины, что очень скоро Филипп успокоился, особенно после того, как сам свозил девушку к врачу и понял, что процесс выздоровления идёт своим чередом. А потом к нему заявился Марк. Был бы это кто-то другой, спустил бы с крыльца, не глядя. Но сын Ильи Вернера… Надо отдать парню должное, вёл он себя, словно перед этим прочёл тонну книг классической литературы. Изъяснялся чинно и вежливо, уверял Филиппа в своей любви к его прекрасной дочери и самых чистых помыслах. Филипп не одобрял его поспешности, но то, что Марк хотел жениться на Арине, а не просто пытался затащить её в постель, импонировало ему.
 
— Марк, женитьба — не просто штамп в паспорте. Примером тому твой отец.
Марк кивнул:
— Согласен. Но я полюбил Арину всем сердцем. Я уверен, что другой такой девушки не встречу никогда.
— Мне очень хочется верить тебе.
— Я абсолютно искренен с вами. Иначе разве я пришёл бы сюда?
Филипп чуть подумал.
— А что твой отец? Знает?
Марк усмехнулся.
— В таком же шоке, как и вы. Так и сказал: иди сам разговаривай с Филом, у меня язык не повернётся сказать ему такое. Я и пошёл.
Филипп похлопал его по плечу.
— Смело. Молодец. А счастливая невеста в курсе?
Марк был невозмутим.
— Нет, конечно.
Филипп удивлённо приподнял бровь.
— Нет, ну вы же отец, в конце концов. — Марк обезоруживающе развёл руками. — Заставите, если что.
Поняв, что Марк шутит, Филипп расхохотался.
— А вообще… — Марк вдруг стал серьёзен, — возможно, Арина не ожидает этого так скоро, но любит меня. Я уверен. — А потом добавил, — Я очень хочу быть с ней рядом, Филипп Евгеньевич. Мне двадцать пять, я готов к браку, а Арина… Она лучшее, что со мной произошло за последнее время.
Филипп вгляделся в глаза Марка и не увидел в них лжи. А коли так…
— Считай, что я даю своё добро…
Марк ринулся было к нему с благодарностью, но Филипп остановил его:
— Но давай всё же не будем торопиться. В конце концов, невеста в гипсе — не самое волшебное зрелище. Сыграем свадьбу в Москве. Уверен, и ты, и твой отец хотели бы настоящее пышное торжество. Я покупаю квартиру в столице. В принципе, она готова для проживания, осталось оформить сделку, и ещё мне, конечно, хотелось бы внести некоторые коррективы в обстановку с учётом наших вкусов. Как обустроимся, решим окончательно дела, тогда и свадьбой займёмся. Согласен?
Марку ничего не оставалось, как кивнуть.
— Не грусти. Считай, что вы помолвлены, если тебя это утешит, — и Филипп заговорщицки подмигнул ему, давая понять, что даёт ему карт-бланш. — Главное, береги мою Аришку. Ей пришлось многое пережить в детстве…
…Они стали близки в последний день лета, накануне отъезда Марка в Москву. Это произошло на берегу той самой речки, где впервые они почувствовали явное влечение друг к другу. В воздухе стояли первые запахи грядущей осени, земля не была такой тёплой, как в пору первых свиданий Арины и Марка, но речка журчала также приветливо и интимно, а заросли травы плотно закрывали тайный приют их любви. Арина млела под нежными ласками любимого, без стеснения открывая ему своё тело. Марк шёпотом предупредил её, но мог бы этого и не делать, потому что чудесные ощущения начисто перекрыли мгновенную боль. Арина чувствовала, что полностью растворяется в объятиях Марка, мерно качаясь на волнах удовольствия в такт его движениям, приоткрывая рот навстречу его поцелуям, впиваясь в его спину свободной от гипса рукой, чтобы стать к нему ещё ближе. Потом он долго лежали на стёганом одеяле, прикрывшись клетчатым пледом, и Марк прижимал её к себе, согревая, создавая ощущение надёжности и защиты.
— Ты не жалеешь, любимая? — спросил он, целуя её в висок.
— Как ты можешь такое говорить? — чуть слышно отозвалась Арина, боясь разговорами нарушить сокровенную трепетность момента, — Я ждала этого. Хотела подарить себя достойному.
— Я оправдаю доверие. Обещаю.
Арина верила каждому слову Марка. Да и как можно было не верить, когда он, точно покрывалом, окутывал её с ног до головы бархатной теплотой своих глаз, осыпал дождём ласковых слов, заставлял таять от нежности поцелуев. Наверняка, они так быстро полюбили друг друга именно потому, что так было предначертано свыше.
— Как же я буду тут без тебя? — вздохнула Арина. — Мне кажется, я с ума сойду.
Марк погладил её по волосам.
— Я буду звонить тебе каждый день. А потом ты приедешь ко мне, и мы уже больше никогда не расстанемся. Только представь, какая у нас будет встреча!