Кодекс Охотника. Книга XIV (СИ)
ЧТО?!!! РЕАЛЬНО?!! Нет, я предполагал, что это нападение, как часть Вторжения должно координироваться лично Эмиссаром Неназываемого! Но на груди главной твари висел Амулет Охотника. А это значит, что Орден наконец-то закончит одно из самых важных своих дел — покарает предателя, который загубил многих наших Братьев!
Вот только… сейчас я не Сандр. Хватит ли мне сил?
Всепоглощающая ярость разлилась по моим жилам жидким огнем. Возможно у меня нет сейчас моих прошлых сил и умений, но мой гнев и ненависть остались со мной. Предатель будет уничтожен!!!
Глава 5
Вот значит как… Вся эта армия нежити была не простой, а призванной из убитых душ и проклятых навсегда, что гарантировало заточение убитым людям, и не только. Людей здесь было много, но тварей еще больше. Ведь все это затеял Охотник… Предатель…
Больше, чем слабости, Орден ненавидел предателей. Они встречались не так часто, но все таки были, и участь их была незавидной. Впрочем, это нам сейчас хорошо демонстрирует мертвый Охотник, который, скорее всего, сбегая от праведного наказания, застрял в этом мире, где его и убили. Хотя, с другой стороны… Не сходится… Нет, все не так! Я понял…
Он изначально собирал человеческие души, которые извратили его самого, а затем он умер. У него был выбор — сразу умереть или превратиться в мертвого под действием некротики, которой в нем было достаточно.
Этот Охотник собирал не только души живых, но и мертвых, когда сражался с нежитью. Быстрый доступ к силе и запрещенная техника. Ведь запрет на души людей окончательный, и не подлежил сомнению.
Пока мои напарники и питомцы сражались, я не сводил своего взгляда с Охотника, который стоял далеко на вершине горы в серой броне из кости единорога, что раньше была белой, а теперь потеряла цвет через испускаемую от него энергию. Он тоже смотрел в мою сторону. Вот только его взгляд был безжизненным и пустым. При смерти он потерял все свои эмоции, и хотя мог мыслить, но человеком уже не был.
Ладно… Пора ему кое-что напомнить, а то не нравится мне такой противник.
Напитываю тело энергией и в несколько прыжков оказываюсь на пригорке, а затем поднимаю руку вверх и выпускаю в небо два луча энергии, которая формирует из себя герб Рода Галактионовых. Мой личный герб начинает развиваться над этой мертвой землей, освещая ее мягким теплым светом, отчего мертвякам становится больно и они начинают громко хрипеть.
Охотнику же плевать… Но это и неудивительно. Это было сделано больше для моих напарников, чтобы осветить им поле битвы.
Рука снова поднимается к небу, но она уже нацелена на другой участок. В этот раз луч, который вылетает, уже не узкий, а размером со столетний дуб.
Сигил Охотников засиял над полем боя. Это была сплетенная сеть из разных элементов, начиная от головы чудовища и заканчивая кулаком, который означает братство.
Теперь нежити становится еще больнее, и она бьется в припадках. Правда, теперь еще сильнее напирает в нашу сторону.
Но мне плевать… Я вижу, сколько их здесь осталось, и понимаю, что мы справимся. А все почему? А потому, что здесь нет больше кристалла. Нам нужно просто продержаться еще несколько часов до закрытия Разлома. Вот поэтому я и пошел сюда первым, чтобы уничтожить его с помощью призванных тварей, пока хозяин этого места не почувствовал угрозы для себя. Из минусов — я не только победил, но и не оставил ему никакого выбора.
Хм… а вот сигил таки вызвал нужную реакцию, и Охотник теперь смотрит на меня и испускает эманации смерти.
Пфф… я тоже так умею! Решил показать это, врубив свою ауру, даже не на полную мощность. Он, кажется, узнал мою ауру усилил свою, и стал увеличивать ее площадь покрытия.
Отлично! Этого я и ждал… Резкий удар ногой по краю копью, которое лежит у меня под ногами, и оно, подпрыгнув, попадает в мою руку. А дальше я коротко разгоняюсь и швыряю оружие со всем усилием, что только мог себе позволить, даже немного взял силы из Океана Душ.
До Охотника было очень большое расстояние, но копье справилось, ведь оно летело не в него… Пока он был отвлечен, я смог поразить Лича, который без остановки напитывал силой своих мертвых миньонов. Копье прошло через его голову и развоплотило его из этого мира, отправив душу на перерождение. Я специально напитал копье душевной энергией, чтобы душа больше не вернулась к Охотнику. Как же мерзко мне называть это существо Охотником.
Со смертью Лича стало немного легче, и моя команда смогла с новыми силами накинуться на нежить.
Охотник понял, что я просто отвлекал его внимание, ведь Лича напитывал он, управляя, как марионеткой. Но я его обманул, и он не успел дать команду твари защититься, правда для этого нужно было оторваться от манипуляции с мертвыми, но теперь все… Нет Лича!
Конечно, Шнырька показал мне и другую высшую нежить, которая займет его место, но это уже неважно. Нам бы сейчас от этой многочисленной волны отбиться.
— Ты там долго еще? А то нам, как бы, тяжеловато, — крикнула в мою сторону Катя, которой, вообще-то, сложно не было.
— Кто бы говорил, — покачал я головой, посмотрев в ее сторону.
Глядя на нее, можно подумать, что это она чумная. Вся нежить, в виде скелетов, зомби и умертвий просто аккуратно обходит ее, и пытается сделать вид, что девушки не существует. А она на это еще обижается, ведь хочет сражаться, а не просто рубить налево и направо, с применением своих техник. Она сейчас словно с манекенами сражается.
Зато ее брат весь уже бледный, вот кто выложился по полной. А Затупка так, вообще, придется сдать в монастырь, чтобы карму там ему почистили. Трудно даже представить, сколько всего сейчас навешано на него. Но ничего, сражается и ссыт… на врагов, и не только на поверженных.
Я тоже решил не отставать, спрыгнул с пригорка и ринулся в битву, рассекая на части всех мертвых своим клинком. Как же прекрасно снова окунуться в такую битву, в которой нас, настоящих героев, всего горстка, а врагов тьма. Ха-ха!
Правда, сейчас победить не так легко, как раньше. Но в этом и заключается высшее удовольствие от битвы. На крайний случай, если проиграем, то хоть выиграем время, чтобы люди сумели подготовить достойный отпор. Хотя, о чем это я? Мы? Проиграем?
Если позовут несколько Абсолютов и других сильных Одаренных, то сообща смогут завалить предателя Охотника.
Была идея взять с собой Бурбулиса и Бухого Деда, но решил оставить их на охране. Ведь земли оставлять без присмотра тоже нельзя. Да и не знаю, как на них подействует Скверна, зачем рисковать.
В какой-то момент я вовремя увидел, что Андросов сдает, и скоро ему будут делать очень больно две змеевидные твари, собранные из множества переплетенных человеческих скелетов, что пытались добраться до Лекаря. Пришлось бежать к нему на помощь.
— Ты как? — спросил его, подавая руку, чтобы помочь подняться.
— Я все! — тяжело дыша, ответил он затуманенным взглядом. — Кажется, я больше не могу.
Он, и правда, был уже пуст.
— Уходи отсюда… — дал добро на его отступление. — Ты сделал свое дело, и напитал свой артефакт достаточно. Кстати, а что это за царапина на доспехе?
Чет, не понял юмора… кто смог его поцарапать?
— Без понятия… — устало выговорил он. — Но могу предположить, что доспех спас мне жизнь.
Андросов все же отказался бросать нас, и никакие уговоры не помогли. Он еще пытался чем-то помочь, но это было больше для видимости, он реально выдохся. Да что там говорить о человеке, если даже мои големы были уже не такими резвыми, но зато скольких они уничтожили! Там, где они проходили, оставались лишь рожки да ножки. И кости… Много костей!
Здесь без моих тварей проблематично работать. А еще я не могу перед друзьями сражаться в полную силу. Одно дело, когда все знают, что Галактионов мутный тип, который быстро набирает силу, а совсем другое, когда он у них на глазах активирует вихрь душевного превосходства или начинает заливать поле боя своей душевной энергией.