Свет мой (СИ)

— Да, «казашка» (спиртное из Казахстана). Брат двоюродный из Се-нска контрабандно поставляет. Я решил сделать маленький бизнес. И людям недорого, и нам хорошо.
— Ты о людях как раз-то и не подумал. Не боишься отравить?
— Не придумывай, пожалуйста. Все чисто.
— Ну, хорошо, а на проверяющих нарвешься? Ведь нас предупреждали на курсах, не помнишь, что говорили: инспекторы особенно свирепствуют в летний период?
— Ой, да слушай больше. В прошлом году Севагин, с нами учится, полсотни на одной только водке заработал, и никто его не проверял. Водка есть, ума не надо.
Едем дальше. Вечереет. Слышу, Иван Сергеевич с коллегой разговаривает о том, что «студенты под завязку затарились «казашкой». Уже заметили, значит. «Если попадутся они, проблемы будут у нас», — сказал наш проводник. — Надо что-нибудь придумать». И они пошли дальше по вагону. Через полчаса Иван Сергеевич подзывает нас с Алиной и предлагает поучаствовать в розыгрыше, а потом раскрывает его суть.
На следующий день наши шефы решили поменяться вагонами (студенты знали только своего проводника) и, представившись инспекторами, потребовали предъявить личное имущество к досмотру, поскольку поступил сигнал, что в этом поезде нелегально торгуют спиртным. Еле сдерживая смех, наши кураторы прочли профилактическую беседу, пугая студентов страшными последствиями. Информация о внезапной проверке с нашей помощью быстро прокатилась по составу, навела испуг, и реальную проверку мы прошли практически без замечаний.
Значит, Илюша снова взялся за свое.
— Ты почему опять торгуешь водкой и коньяком? Совсем страх потерял? — начала я ругаться с первой ступеньки вагона.
— Сонь, не только водкой и коньяком, понимаешь, мне очень нужны эти деньги.
— Они всем нужны.
— Мне особенно. Я хочу Алине сделать подарок. Дорогой.
— А она примет этот дорогой подарок? Ты не муж, не жених. Не думал? Ты просто друг.
— Лучшие друзья девушек, как известно, бриллианты. Вот их она и получит в качестве друзей. А я хочу быть её парнем.
Любит он Алину, любит. Я давно заметила. Боюсь, что наша поездка окончится для Назарова очень плохо.
  
Глава 12
 
Я вновь мысленно погрузилась в то время, о котором писала Софья. Хорошее было время, спокойное. Повернув голову, увидела сидящую в кресле дочь. Взгляд ее был отрешенный и направленный в одну точку. Не успокоилась, переживает. Я перелистнула страницу дневника и продолжила чтение.
Из дневника Софьи Широковой
17 сентября 2007 г.
Сенсация, реликвия: дедушка с бабушкой решили жить вместе! Смотрели, смотрели друг на друга все эти годы — и решились, наконец-то. Конечно, я понимаю, почему долго тянули. Думали, вдруг не сложится совместная жизнь, и им, и нам придется сложно. Хорошо, если в свои скандалы не потянут, а то по-разному бывает. Мама с тетей Леной после дедушкиного сообщения сказали сразу:
— Мы только — за. Живите вместе, радуйте друг друга, наслаждайтесь жизнью, но нас, детей, в свои ссоры, если, конечно, они будут, не втягивайте. Все разрешайте сами. В бытовых же вопросах мы вам всегда поможем, так что на нас рассчитывайте.
Дедушка через неделю переезжает к бабушке в Городок — у нее же хозяйство, не бросишь. Да, ещё: они решили не расписываться, ведь в браке уже очень давно не жили, поэтому попробуют пока так. Вот хитрецы, всё сделали тихо, когда только успели договориться?
24 февраля 2008 г.
Ой, как я давно не писала. Что-то закрутилась: началась практика в школе (пробные уроки), параллельно идут занятия в универе, кроме этого, я готовлюсь к ежегодной научно-практической конференции студентов Сибири. Тема выступления такая: «Семантика и системные отношения лексических единиц в литературном языке и русских говорах Новосибирской области и Алтайского края». Сложно? Да. Но мы лёгких путей не ищем, правда, книга? В общем, я из библиотеки не выхожу. Пришлось даже съездить в гости к бабушке-дедушке, провести кое-какие лингвистические исследования на месте. А угадай, книга, кто мой научный руководитель? Правильно, дражайший Сергей Николаевич. Он сейчас у нас ведет СРЛЯ, я писала уже. Это забавное название предмета расшифровывается как современный русский литературный язык. Увидев меня на первых лекциях, узнал и тут же предложил поучаствовать в конференции, которая должна состояться в мае.
 
— За вами, уважаемая, должок, отрабатывайте свою пятерку.
Вот весь год я и отрабатываю. Выглядит мое произведение уже, как докторская диссертация. Толстенная такая работа, надеюсь, будет моим заделом на будущее. В школу же я идти не собираюсь? Или собираюсь? Хорошо, ещё есть время подумать.
Кстати, о школе. Марсель, Инна и их друг Слава Черных попросили меня снова возобновить занятия по русскому — нужно готовиться к ЕГЭ. В общем, с сентября я снова репетиторствую.
Теперь ты понимаешь, книга, насколько я занята?
Вчера после занятий Инна решила со мной поговорить. Я спешила к Сергею Николаевичу на консультацию, поэтому предложила побеседовать по дороге. Начала она так:
— Мы вчера гуляли с Марселем по парку.
— И что?
— К нам привязались трое пьяных. Начали ко мне приставать. Один вообще схватил за руку и не отпускал — тянул куда-то в сторону.
— Вижу, живы. Значит, проблему решили?
— Решили. Но как? Марсель схватил меня в охапку, и мы рванули. За нами бежали эти трое, но они были пьяны, поэтому приотстали, а мы, прыгнув в ближайшее такси, стоящее на улице, и уехали.
— Очень хорошо. А о чём ты хотела поговорить?
— Понимаешь, Сонь, мне казалось, что Марсель смелый человек, а он…
— Оказался трусом?
— Ну, да.
— Знаешь, дорогая моя, брат поступил абсолютно правильно. С пьяными вообще нельзя связываться. Они руководствуются эмоциями, а не разумом. Как говорится, что трезвому канава, то пьяному магистраль. С одним из них он бы справился, с двумя тоже. А третий всё равно сбил бы с ног, и втроём они бы парня покалечили. В этом случае, что было бы с тобой, не думала?
— Нет, я под этим углом проблему не рассматривала.
— Ну, так рассмотри. Марселя можно упрекнуть в чем угодно, только не в трусости. Всего доброго.
Я была раздражена: ради каждой особи женского пола парень должен ценой своего здоровья или даже жизни доказывать, что не верблюд. Вроде бы уже немаленькая, а такая наивная. Или чрезмерно гордая и эгоистичная? Честно сказать, я Инну, как человека, знаю очень плохо. Надо поговорить с Марселем. Не нужны ему такие девушки.
Когда я обо всём рассказала Алине, она, внимательно посмотрев на меня, прокомментировала этот случай так:
— Я раньше думала, что Инка влюблена в Марселя, нет, она любит только себя.
— Влюблена? Не замечала. То, что она временами пытается произвести на него положительное впечатление, ни о чем не говорит. Это всего лишь желание, чтобы кто-нибудь заметил, какая она взрослая и красивая.
— Не в этом дело. Ты многое не замечаешь, подруга, очень многое.
— Лучше не замечать, чем придумывать то, чего нет или не может быть.
1 апреля 2008 г.
— Мария Петровна, после урока совещание у директора.
— Хорошо, Виктор Иванович. А по какому поводу совещание?
— Не знаю. Новый завуч будет проводить.
— А почему новый?
— Екатерина Ивановна вчера уволилась. Из-за болезни.
— Жаль, а кого назначили?
— Не знаю, придём и увидим.
Завуч базовой (по совместительству родной) гимназии, где мы проходили практику, целую четверть была на больничном, поэтому никто не удивился её увольнению. И после урока, на перемене, учителя дружной вереницей потянулись в кабинет директора знакомиться с новым завучем. Пришли все, кроме Виктора Ивановича.
— Петр Петрович, к вам учителя. Можно их впустить? — спросила секретарша.
— Пусть войдут, — разрешил директор, и подумал: «Что я пропустил? А, наверное, хотят обсудить предстоящий юбилей Галины Владимировны».