Свет мой (СИ)
— С какой целью решил заниматься предметом дополнительно? — спросила я, внимательно рассматривая паренька. — В институт собираешься поступать?
— В этом году не планирую, а вот подготовиться к выпускным экзаменам было бы совсем неплохо. Главное, не завалить. В сочинениях делаю много ошибок, учителя порой не могут понять смысл текста.
«Так, двоечник. А парень внешне привлекательный: высокий, голубоглазый, смуглый и при этом — игра природы — блондин, — подумала я. — Сколько ему? Шестнадцать, семнадцать? Хотя, какая разница, все равно ребёнок».
— Только денег у меня немного, летом работал, да матери отдал почти все, — продолжил Шурик.
— Деньги твои мне не нужны. Позанимаюсь бесплатно. Почти.
— Как это?
— Ну, в доме всегда могут понадобиться лишние руки — лампочку поменять, утюг отремонтировать — так, по мелочи. Знакомых у меня в Городке пока очень мало, поэтому предлагаю такую сделку. Но не пугайся — я очень аккуратно отношусь к вещам, напрягать буду крайне редко. По необходимости.
Так у меня появилось ещё одно дело, которое стало в тот период одним из важных, поскольку хотелось доказать себе и всем, что из двоечника смогу сделать если не отличника, то хорошиста. Да, молодость, амбиции. Занимались предметом мы вечерами часа по полтора, сначала три раза в неделю, потом, когда поняла, что этого недостаточно, каждый день, кроме субботы и воскресенья. В свободное время, как правило, я гуляла в парке, в это время года он был особенно красив. Буйствовал осенний листопад, образуя разноцветный самотканый ковер из осенних листьев, который лежал повсюду: и на влажной от дождей земле и на многочисленных скамьях. Несколько раз мне на пути встречался Шурик, просивший разрешения пройтись вместе со мной. Я не хотела, чтобы кто-то разговорами мешал наслаждаться этой нерукотворной красотой, этими несравненными звуками шуршащих листьев. И тогда парень обещал, что будет молчать в такт со мной. Так и было, кажется, и сердца наши стучали в такт: "В парке листопад, в сердце листопад".
Иногда выходной я проводила в своем городе: в кругу семьи или с друзьями.
Особое отношение парня к себе я почувствовала, когда в декабре попала в больницу с пневмонией. Самое ужасное, заболела не вовремя — мы со старшеклассниками увлеклись постановкой КВНа. Думаете, нашли, чем удивить? И напрасно. Тогда это было ново, со временем в КВН начинали играть все — и дети, и взрослые, как же — перестройка, гласность. Далекий 1986 год…
Мы мечтали, что это мероприятие проведем по окончании второй четверти, как раз накануне Нового года, да ещё пригласим на игры две соседние школы (их всего в Городке было три) — и вот я заболела. Но выход был найден. Сценарий писала группа десятиклассников: Дима Тарасов, друг Шурика Огонька, Оля Непченко, Марат Хазаров, Игорь Швец, а обсуждать приходила в больницу вся команда, в которой и был мой двоечник, к тому времени почувствовавший под ногами не трясину, а почву. Уже и не скажешь — совсем пропащий.
Команда приходила в среднем раз в три дня, а Шурик — каждый день. Неизменно приносил яблоки. Я пыталась отказаться, но паренёк очень обижался и настаивал на своем. Приходилось уступать с условием, что съедим вместе. Кажется, ребята начали подозревать, что он относится ко мне как-то особенно. Они во главе с Хазаровым и Швецем по-дружески подсмеивались над Шуриком.
Глава 3
После нашей победы в КВНе, нашего триумфа Василий Иванович лично поблагодарил каждого участника команды и меня как руководителя.
— Мы долго думали с завучами, чем вас поощрить, ребята, и решили, что поездка на лыжную базу — самое то. Нужно развеяться, а то засиделись в стенах школы: то учились, то готовились к игре. Путёвки на одни сутки оплатят шефы, а питание — родители, — подвел черту директор.
— А кто из взрослых поедет? Можно, Светлана Владимировна? — наперебой закричали ребята после первых восторженных эмоций.
— Ну, думаю, Светлана Владимировна поедет как руководитель команды, а ещё одного учителя найдете сами.
И снова радостное «ура». С нами согласилась отправиться в «увлекательное путешествие» учительница немецкого языка Ирина Петрова, тоже молодой педагог. Я плохо каталась на лыжах, поэтому отказалась от двухчасовой прогулки с ребятами, решила, что за это время приготовлю обед для всей команды, благо продуктов, которые родители передали нам для поездки, было более чем достаточно. Чего только не привезли с собой: и макароны, и картошку, супы в пакетиках, рыбные консервы, пироги, даже две баночки свиной тушёнки, а еще яблочный компот. Кто-то решил, что без него, налитого в две трехлитровые банки, не обойтись. В общем, родители расстарались. Из солидарности со мной остался Шурик Огонёк, первый помощник.
— Что будем готовить? — спросил парень.
— Предлагаю на первое — суп из пакетиков, на второе — картофель с тушенкой.
— Здорово.
Так и сделали. К приходу ребят мы с Шуриком были полностью готовы. Накрыли на стол и беззаботно болтали, вспоминая минувший КВН, подготовку к нему. «Только зачем привезли с собой компот? Охота им была тащить лишний груз? — вдруг подумала я. — В комнатах, рассчитанных на четыре человека, совсем не жарко. Вряд ли захочется холодного компота. Уж лучше чай».
Ребята вернулись из круиза восторженные, впечатленные красотами зимнего леса, его несравненными звуками: скрипом деревьев, треском взломанных под тяжестью зазимка веток, падающего с сосновых лап снега.
— Безмолвная тишина зимнего леса дает возможность подумать о чем-то важном, разобраться в своих мыслях и принять ответственные решения для себя, — размышляла Ирина Ивановна.
— А какое решение приняли вы? — спросил у неё Шурик.
— Немедленно сесть за стол, — засмеялась я. И все поняли: хватит философствовать.
Обед ребятам понравился. Вечером же решили самостоятельно подойти к выбору продуктов для чаепития: кому — пироги, булочки, кому — печенья. Всё оставшееся до ужина время занимались своими делами: играми в шашки — шахматы; карты, договорились сразу — под запретом. Кто-то читал, кто-то разговаривал, кто-то спал. Поужинав, решили устроить дискотеку. Дима Тарасов взял из дома магнитофон, Игорь Швец и Марат Хазаров захватили кассеты с записями «Миража», «Веселых ребят», «Электроклуба», «Modern Talking», и, как ни странно, «BoneyM». Ух, и весело же было. Обессилев от танцев и конкурсов, а также насыщенного впечатлениями дня, мы с Ириной решили уйти в свою комнату, оставить ребят, наверняка, уставших от пригляда взрослых.
— Знаешь, так удивительно на дискотеке в конце восьмидесятых услышать песни, которые были популярными в период нашей молодости. Я про «BoneyM». И как активно под эти песни отплясывает новое поколение! Нет, правда, удивительно.
— Ничего удивительного. У нас разница в возрасте с новым, как ты говоришь, поколением совсем небольшая. Ты давно вуз окончила? — спросила я.
— Шесть лет назад.
— А говоришь, новое поколение.
— Утрирую, конечно…Уф, сразу воспоминания нахлынули: первый курс института, первая любовь. Знаешь, мой друг Сергей писал замечательные стихи, несколько из них он посвятил мне. Об этом никто, кроме меня, не знал.
— Здорово, мне никто никогда своих стихов не посвящал, у приятелей вообще таких романтических устремлений не было, интересы, понимаешь ли, у них совсем иные. А почитать что-нибудь можешь из тех, написанных для тебя?
— Конечно. Я прочту два, которые мне более всего нравятся:
Не идеальная совсем,
Но ты — мой идеал.
В тебе есть то, чего в других
Я даже не искал.
Когда бог сотворил тебя,
Понять он не сумел —
Ведь ты же из того ребра,
В котором бес сидел. —
Затем после непродолжительной паузы продолжила: –
А я приеду наудачу,
Куда бы мчаться не пришлось,
Тебя увижу и взлохмачу
Копну ржаных твоих волос…